Юлия Амусина – Нежный омут (с бонусом) (страница 79)

На мои плечи легли его крепкие ладони, и я резко развернулась, сбрасывая их с нелепой поспешностью.

– Ты привез меня к себе?

Щелкнул выключатель, в комнате загорелся свет.

– Сначала планировал отвезти тебя на кафедру матанализа, но в такое время нас туда никто не пустит, поэтому пришлось подключить фантазию.

– Я не понимаю, – пробормотала вполголоса, и это действительно было так. Мое изумление лишь нарастало, особенно когда Сергей, пользуясь моей растерянностью, беспрепятственно стащил с меня куртку и даже определил ее на вешалку рядом со своей.

– Что ты не понимаешь? – кажется, теперь он начал злиться. – Я был с тобой предельно честен, а ты в отместку строишь из себя малахольную девицу.

– Какую девицу?

Он предпочел не услышать вопрос, скрывшись в темноте коридора, куда вела единственная дверь из прихожей. Чуть поколебавшись, я решила, что глупо весь вечер проторчать здесь в ожидании его персонального приглашения и принялась стаскивать сапоги.

Это какой-то странный сон или замаскированный розыгрыш, либо все вместе, потому что на реальность… совсем не похоже.

Свет в коридоре Сергей так и не зажег. Поозиравшись немного, но не увидев поблизости выключателя, я наугад отправилась следом за Кайдаловым.

– Сергей Викторович! – громко позвала я, нарочно обратившись к нему по имени-отчеству, но лектор опять не ответил.

Ступив на порог очередной тонущей во мраке комнаты, я пошарила ладонью по стене в поисках выключателя и вскрикнула, в тот же миг оказываясь тесно придавленной к плоской поверхности его телом. Поверх моей ладони легла его ладонь, легонько придавила мои пальцы к стене в нужном месте, и тут же, как по заказу, вспыхнул чересчур яркий свет, заставляя меня поморщиться. Оказывается, выключатель все это время был совсем рядом.

– Зачем ты привез меня сюда? – тупо спросила я и сама едва не скривилась в досаде.

– Затем, что пришло время поговорить, как ты и хотела, – парировал Кайдалов, не отстраняясь. – Мы можем еще долго продолжать в том же духе, ты будешь плавиться в моих объятиях, считая меня невообразимым гадом, а я не упущу ни единой возможности доказать тебе твою правоту.

Я замерла, глядя прямо в его потемневшие бездонные глаза. Слова Кайдалова эхом отдавались в моей гудящей голове, я пробовала каждое из них на вкус, мечтая о том, чтобы он перестал болтать и перешел к делу, но вместе с тем страшась этого.

– Ты знаешь, что подобные отношения не для меня.

– Я понял это примерно в тот вечер, когда ты сбежала из ресторана после слов моего отца.

– Я просила тебя оставить меня в покое.

– И я не был к этому готов, – тихо засмеялся лектор. – Ты должна была пропустить все его дешевые провокации и остаться на моей стороне. Пусть это не слишком бросается в глаза, но мы с тобой отлично дополняем друг друга, Мартина. Если возникнет необходимость, тебе удастся удержать меня в рамках своих долбаных приличий. Ты станешь моим единственно важным смыслом, а я, в свою очередь, сделаю для тебя все, что ты только сможешь придумать.

– Я не очень…

– Послушай, – он устроил пальцы на моем подбородке, – первым делом я освобожу тебя от всех твоих дурацких переживаний и предрассудков, которые так сильно отравляют твою жизнь. Ты слишком много анализируешь, от этого мы со временем тоже избавимся. Плюнь на все и слушай только меня. В конце концов, – он ехидно усмехнулся, – я твой преподаватель.

– Уже нет, – так же ехидно напомнила я.

– Все еще да. Всегда да. Бывших преподавателей не бывает, – метко заметил Кайдалов и, отлепившись от стены, двинулся дальше.

Поколебавшись, я проследовала за ним.

Мы оказались в гостиной. С новой силой осознав, что мне выпал уникальный шанс как следует изучить логово моего загадочного преподавателя и, может быть, даже узнать о нем больше личной информации, я не смогла сдержать любопытства и быстро осмотрелась вокруг. Просторное помещение, справа раскинулся длинный темный диван, напротив – два широких белых кресла, низкий журнальный столик с какими-то незначительными предметами, парочка огромных картин на стенах. Никаких разбросанных по полу вещей и толстых пыльных слоев по углам и на мебели.

Пока я осматривалась, он бесшумно приблизился и остановился в считанных сантиметрах от меня.

– Мы оба запутались. Честно говоря, я понятия не имею, что будет дальше, но сейчас – и это очевидно – мы должны держаться друг друга, ты и я, потому что иначе у нас все равно не получится.

Я нервно усмехнулась, слегка обернувшись к нему:

– Если это такой очаровательный способ сказать мне о своих чувствах…

– Считай это чем угодно, – он никуда не торопился, устроился на диване, откинув голову на мягкую спинку и глядя на мою застывшую фигуру. – Я много думал о том, что ты говорила, только, в отличие от тебя, ничего не анализировал. Я чувствовал, – в этом месте я посмотрела на него с выжидающим интересом. – И знаешь… мне реально нравится все, что происходит сейчас между нами, хотя иногда ты заметно перегибаешь палку.

Потоптавшись на прежнем месте, я все-таки опустилась на диван рядом с ним и сцепила ладони в замок перед собой, избегая встречаться взглядами с Сергеем.

– Я перегибаю палку?

– Ну, конечно, – он резко выпрямился, повернувшись ко мне лицом.

– Иными словами, все дело во мне? В том, что я не хочу быть твоей игрушкой?

– Марта, – нежно позвал он и широко улыбнулся, заставляя меня почувствовать себя на редкость глупо. – Мы больше не играемся. Ты мне нужна, понимаешь?

В тот же миг я почувствовала, как рукава тонкой кофточки неумолимо соскальзывают с моих плеч, опомнилась, попыталась было вернуть их обратно, но Кайдалов перехватил мои ладони своими. В таком положении двигаться было бесполезно, и я дернулась скорее из упрямства.

– Ты все еще мне не веришь?

– Не знаю, я…

– Ты сказала, что не хочешь быть моей игрушкой, – перебил он, – и пусть мы не играем, в каких-то отдельных моментах мне нравится играться с тобой точно так же, как и тебе со мной.

И, не позволяя опомниться, он устроил ладонь на моем затылке и принялся меня целовать, лишая воздуха и способности мыслить здраво. Обезоруживая до пространного вакуума в разбежавшихся мыслях. Не совсем понимая, что происходит, я растерянно обвила руками его шею, неосознанно прижимаясь сильнее, и он обнял меня, его руки беспорядочно двинулись по моему телу. Мы быстро увлеклись, и я почти не заметила, как моя одежда спикировала на пол. Сергей уложил меня на диван и забрался сверху, не переставая целовать мои губы. Я дышала через раз. Он побеждал, но это не означало мое разгромное поражение. Он был прав в том, что при обоюдном желании эта маленькая игра может доставлять удовольствие нам обоим. Он игрался со мной, а я игралась с ним и чувствовала себя нереально счастливой.

***

Прислушиваясь к монотонным звукам улицы, доносящимся в комнату сквозь приоткрытое окно, я задумчиво провела ногтем по стыкам музыкальных дисков, сложенных стопкой на полке, пробежалась глазами по логотипам групп. Какие-то из них были мне знакомы, названия некоторых я видела впервые. Судя по имеющейся здесь подборке исполнителей, Сергей слушает все подряд, как популярную музыку, так и ту, которая не у всех на слуху. Один из дисков валялся чуть поодаль, рядом с тощими научными методичками по матану. Я потянулась к нему, поднесла коробку к глазам и не смогла удержаться от смешка. Мои любимые «Garbage». Диска внутри нет.

И в этот момент моего слуха коснулись первые знакомые аккорды. Сергей с пультом в руках остановился у двери, усмехнулся и многозначительно мне подмигнул, а я бросила коробку из-под диска обратно на стол и двинулась ему навстречу. Напряжения и страха невзаимности больше не было; все наши прошлые неясности и недомолвки вдруг стали простыми и понятными. Я как никогда чувствовала в себе силы продолжать, не пыталась разубедить саму себя в том, что в действительности должна делать, перестала искать причины немедленно убраться отсюда, запереться в своей квартире и в бесконечной жалости к себе сетовать на то, какой – цитата – Кайдалов невообразимый гад. Я просто люблю его и счастлива быть рядом с ним. Пока он со мной, мне больше ничего не нужно.

***

– О чем ты хочешь спросить? – в конце концов поинтересовался Сергей, устав наблюдать за тем, как я хожу вокруг да около, не решаясь задать ему очередной неудачный вопрос.

– Ты из-за меня ушел из университета?

Он засмеялся так, словно я в самом деле озвучила какую-то несусветную глупость, что показалось обидным, и я нахмурилась, но тут же, не удержавшись от резкого толчка, упала рядом с ним на темное скомканное покрывало.

– Хочешь знать, почему я ушел? – в его голос вновь заползли знакомые мне вкрадчивые нотки. – Просто мне до смерти надоело там прохлаждаться.

– Тебе нравилась твоя работа, – не могла согласиться я, вспомнив его безукоризненное знание предмета, то, как свободно и непринужденно он рассказывал нам материал на своих лекциях.

– А я и не говорю обратного, мне и сейчас нравится, вон, на досуге почитываю методички… – он засмеялся и добавил уже другим тоном. – В последнее время я совмещал преподавательскую деятельность с работой в бизнесе – задания на проектах, консалтинговые услуги… Научная степень, это, конечно, здорово, но она никогда не принесет мне особенного удовлетворения, я много раз порывался все бросить, а ты… Ты подвернулась как раз во время релевантного периода, когда я раздумывал, стоит ли делать решающий шаг.