Юлия Амусина – Нежный омут (с бонусом) (страница 40)

Словно так и надо.

Мы уже почти без одежды, но холод совсем не чувствуется то ли благодаря работающей печке, то ли его попросту не ощущается между разгоряченными страстью телами. Мне казалось, я чувствую руки Сергея везде, на каждом участке своей не спрятанной под одеждой кожи. Его жадные пальцы, проникающие в меня так глубоко, что я едва сдерживалась, чтобы не растопить фоновые звуки где-то в отдалении своим громким криком. Держаться становилось все тяжелее. Торопясь, не давая ему выпить себя до самого дна, я провела рукой по его груди ниже, завозилась с ремнем и вскоре стиснула пальцами упругий возбужденный член. Кайдалов глухо простонал в ответ на мои неуверенные движения по горячей плоти. В тот момент, когда я почувствовала его внутри себя, неудержимый вихрь, имеющий эпицентр где-то в нижней части моего живота, взорвался по телу до боли сладостной судорогой. Лишенная последних сил, я упала на широкую обнаженную грудь Сергея и цепко схватилась за воротник его куртки похолодевшими пальцами.

***

Кайдалов нежно прижимал меня к себе; даже не поднимая взгляд к его лицу, я точно знала, что он улыбается. Мне не нужно было смотреть на него, чтобы почувствовать его улыбку. Ощущая, как к щекам прилипает запоздалая краска, я завертелась в теплых объятиях, потянула к себе зацепившуюся за рычаг кофту и вмиг натянула ее на плечи. Мою куртку Сергей нашел сам, с поразившей осторожностью укутал меня в нее, застегнул молнию к самому горлу и нежно провел ладонью вдоль моей щеки.

– Черт, еще ведь совсем светло… – совсем уж некстати забеспокоилась я, бросив короткий взгляд в заднее стекло.

– Оглянись, я сказал тебе остановиться в подворотне. Тут никого нет, кроме нас, – ухмыльнулся Кайдалов.

И правда. Опьяненная им, я вообще ничего вокруг нас не замечала. Поблизости не было видно ни единой души, значит, хотя бы о сохранении своего морального облика я могла быть спокойна.

Ну… или почти спокойна.

Поправив юбку, я перелезла на свое сиденье и нерешительно положила левую ладонь на рулевую оплетку.

– Ты быстро сообразила, что надо делать, – то ли похвалил, то ли наоборот, подколол Кайдалов. – Эта забавная игра в инструктора и обучаемого… у тебя уже был такой опыт?

– Мне просто попался преподаватель, которому в любом вопросе цены нет, – вернула я ему его же недавние слова.

Кайдалов засмеялся и принялся застегивать пуговицы на своей видимо смятой рубашке.

– Зато признайся, сейчас тебя не особо волновало, что кто-то посторонний может нас увидеть.

Я пожала плечами, потому что Сергей оказался прав – заведенная им до безумного состояния, о предполагаемых свидетелях своего позорного грехопадения я думала меньше всего. И, надо признать, все то, что произошло с момента, как мы покинули университетскую стоянку, мне очень даже понравилось.

Я искоса посмотрела на Сергея, приглаживающего темные волосы, моими стараниями торчащие во все возможные стороны. Сейчас он выглядел еще более привлекательным, хотя все еще представлялся мне кем-то вроде недосягаемого божества, а вовсе не мужчиной, на которого я в припадке неразумной дерзости могла бы заявить свои права. Что между нами происходит? Что именно заставляет его вновь и вновь появляться на моем пути? Что руководит им, когда он злится, если видит рядом со мной Женьку и сразу же заводит свои бесконечные песни о контрольных, рефератах и прочем в том же духе?

Что это? Как это все называется?

Похоть? Страсть? Зов плоти?

Но как же это манит… Забыться, прыгнуть выше собственной головы ради временного удовлетворения, за которым обязательно последует терпкая горечь обрушенных надежд. Еще шаг, еще взгляд, еще касание теплой, чуть грубоватой ладони, еще один жаркий поцелуй, скольжение влажного языка по моему языку, близость мужского тела, дурманящий запах, мурашки, бешеным табуном несущиеся по моей коже… Все это так незначительно, но в совокупности привязывает меня к нему крепкими неразрывными нитями. Я уже понимаю, что хочу видеть его рядом с собой как можно чаще. Постоянно. Нет, это не любовь, не влюбленность, это что-то совсем другое… довольно растяжимое понятие призрачного неуловимого чувства.

Хотя сам он вряд ли испытывает что-то подобное.

[1] Я умираю лишь для того, Чтобы ощутить тебя рядом со мной, Чтобы знать, что ты – мой (Garbage – Crush)

[2] Ты поверишь в меня, И я никогда не буду отвергнута (Garbage - Crush)

ГЛАВА 19

ГЛАВА 19

Я сидела на диване напротив ноутбука и раз за разом вбивала в строку поиска инициалы лектора – Кайдалов С.В. Пока что мне удалось отыскать лишь некоторые из его старых авторефератов и неполный текст диссертации на какую-то чересчур заумную для меня тему. Ни в одной из соцсетей Сергей не обнаружился; складывалось такое впечатление, будто он сознательно скрывает личные данные от посторонних любопытствующих глаз. Само собой, меня это интересовало – в наше время почти у всех есть аккаунты в той или иной соцсети, у Кайдалова же не было ни одного. Я очень постаралась, чтобы убедиться в этом наверняка.

Ни одного. Но как же с ним тогда связываются?

У меня нет номера его телефона. Сергей ни разу мне не звонил, не просил мой номер, не предлагал записать свой на случай, если когда-нибудь он мне понадобится. Наверное, не хотел, чтобы однажды я стала слишком навязчивой и обрывала его драгоценную трубку кучей бесполезных звонков. Что ж, в этом определенно был смысл.

Я слезла с дивана, послонялась по квартире, задернула шторы – уже начинало темнеть – поискала телефон, а отыскав, убедилась, что мне никто не звонил. Машинально сунула мобильный в карман домашних штанов и снова уселась напротив ноутбука. Зашла на страницу Малыша, посмотрела его новые фотки, выложенные в течение пары последних дней. Ага, это явно с того вечера в клубе, куда приглашал меня Женька. На фотографиях группа «Homeless» в полном составе на сцене во время своего выступления, потом Макс в обнимку с Сашей, далее одна Саша, застенчиво улыбающаяся в нацеленный на нее объектив, снова Женька, Макс и Рома, Макс и парочка ребят из «Бомжей», Макс и Дима…

Дашку рядом с Димой, да и на остальных фотках, я почему-то не увидела и удивилась. Снимки с Женькой просматривала дольше остальных, с каким-то смутным интересом вглядывалась в черты его лица, машинально фиксировала растрепанные после выступления волосы, лучистые глаза, широкую белозубую улыбку… Я не сразу заметила, что и сама улыбаюсь.

Почему у нас ничего не вышло? Чего мне не хватало с ним рядом? Внимания… любви… Он ведь постоянно был чем-то занят, на меня находил время только параллельно репетициям «Бомжей», и то просто позволял посидеть где-нибудь рядышком, подождать окончания, а после немного погулять вместе, как парочка застенчивых старшеклассников, не знающих, как перейти черту и сделать финальный шаг навстречу друг другу. Все это было здорово и очень мило, но оказалось недостаточно, чтобы наши отношения получили шанс на развитие. Мне было мало того, что он мог мне предложить, хотелось чего-то не в пример большего.

Кайдалов способен обеспечить это неопределенное «большее»? Нет, не способен. Сергею это не нужно, ему я сама совершенно не нужна. Непонятно, с какой стати он продолжает уделять мне внимание, но я уверена, что это временно и вскоре выльется в более чем предсказуемую развязку. Нас не ждет никакое общее будущее, я не должна даже думать в этом направлении, и все же… все же…

Я снова прокрутила новые фотографии из клуба. На тех, где была Саша, Макс поставил отметку, ведущую сразу на страницу его девушки. Щелкнув по ссылке, я перешла к ее аккаунту.

На главной стояла фотография, на которой Саша позировала рядом с незнакомой мне улыбающейся девушкой-шатенкой. На Саше было темное пальто длиной чуть выше колен, нижние пуговицы небрежно расстегнуты, одна рука в кармане, другая сжимала ремешок темно-коричневой сумки. В отличие от своей спутницы, Саша не улыбалась и, как мне показалось, выглядела несколько уставшей. Обычный живой снимок, никаких постановочных фото.

Переместив мышку вниз, я поставила лайк под ее фото и щелкнула на «Добавить в друзья».

Саша появилась в сети уже после полуночи, приняла мою заявку, написала короткое сообщение, я не спала и вскоре ей ответила. Мы проговорили с ней до двух ночи, она рассказала мне о походе в клуб и выступлении набирающих популярность Homeless, я, в свою очередь, поведала о том, что теперь мы будем чаще видеться с Женькой. Саша предположила, что мы с ним еще можем помириться, но я тему не поддержала, и, думаю, она все поняла. Мы с Сашей договорились встретиться после пар, и я, выключив, наконец, ноутбук, отправилась спать.

***

Этой ночью мне вновь снился Кайдалов, и опять сон был из разряда 18+, только на сей раз я проснулась не в холодном поту, а с легкой улыбкой на губах и сладкой истомой по всему телу. Мне было приятно видеть во сне Сергея, более того, лежа в постели в ожидании повторного звонка будильника, я вдруг с отчетливым удивлением поняла, что не представляю рядом с собой никого другого. Никого, кроме него.

Пораженная этой внезапной мыслью, я широко распахнула глаза, чувствуя, как меня покидают остатки сна. Без всякой охоты выползла из постели, сунула ноги с вмиг похолодевшими пальцами в пушистые тапочки, небрежным движением сколола спутанные волосы наверх и побрела в ванную умываться. Однако мысль, с которой я выбыла из объятий сна, ни на секунду не хотела меня отпускать.