Юлианна Винсент – Жестокий развод. Дракона (не) предлагать! (страница 18)
Я глубоко вздохнула и отставила кружку.
"Ладно, рискну", — решила я.
— Корди, это… сложная история, — начала я, пытаясь подобрать правильные слова, но они почему-то не подбирались. — Дело в том, что… я не совсем та, за кого себя выдаю. Вернее, я — это я, но… в другом смысле.
“Господи, что я несу?” — возмутилась я, мысленно отвесив себе подзатыльник.
Корделия на мгновение замерла в воздухе и я даже почувствовала, как она подняла на меня недовольную бровь. Хотя у метлы, конечно же, нет бровей.
— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила она.
— Я… я из другого мира, Корди, — я выдохнула, как будто выпустила из груди целого дракона. — Вероятнее всего, в своем мире я умерла и моя душа перенеслась сюда. И заняла место настоящей Паулины.
Метла зависла, словно обдумывая мои слова.
— Герард знает? — задала Корделия логичный вопрос.
— Нет! — отрицательно помотала я головой. — И прошу тебя, не говори ему. Я не уверена, что он благосклонно отреагирует на эту информацию, а пока что я не готова к новым разборкам.
— Почему ты мне рассказываешь? — Корди звучала немного настороженно.
— Потому что… — я на секунду задумалась, — я чувствую, что могу тебе доверять. Ты единственный человек в этом мире, который не пытался меня обмануть.
Корделия немного смягчилась и смущенно кашлянула.
— Ой, прости, — не сразу осознав, что сказала, попыталась исправить ситуацию я. — Просто для меня ты — живая, настоящая. Для меня ты — человек. Подруга…
— Все в порядке, подруга, — успокоила она меня, будто пробуя на вкус свой новый статус. — Хорошо, я сохраню твой секрет. Но будь осторожна, Саш… Паулина.
На следующий день, решив проветрить голову после откровений с Корди, я отправилась на городской базар.
Разноцветные ткани, пряные ароматы, гомон торговцев — все это кружилось вокруг меня, создавая ощущение, что жизнь продолжается несмотря на увеличивающееся количество мерзавцев в жизни.
Я бродила между рядами, с удовольствием разглядывая местные диковинки. Вот лавка с душистыми травами, вот гончар с глиняными горшками, вот торговец сладостями, у прилавка которого слюнки текут просто от одного взгляда на товар.
Я купила немного свежих фруктов, сыра и хлеба для ужина, приценилась к шелковым лентам для платья и даже задумалась о приобретении парочки новых аксессуаров для себя любимой.
И тут, как по заказу, мой взгляд упал на прилавок с украшениями. Среди простеньких сережек и кулонов мое внимание привлек изящный браслет из тонкого серебра, украшенный крошечными изумрудами.
"Вот оно! — подумала я. — Идеально подойдет к моему платью! И к глазам Герарда"
Последняя мысль возникла сама собой и сбила меня с толку. Я уже протянула руку, чтобы рассмотреть браслет поближе, как вдруг кто-то грубо толкнул меня в спину. Я шагнула вперед и едва не упала на прилавок.
— Аккуратнее, красавица! — поддержал меня за локоть молодой торговец. — Я люблю, когда мои украшения приносят радость, а не боль.
Я благодарно кивнула за помощь.
— Да что ж такое! — возмущенно обернулась я, готовясь отчитать неуклюжего прохожего. Но за мной никого не было. Точнее, был только стремительно удаляющийся силуэт в черном плаще, растворившийся в толпе.
"Странно..." — внимательно вглядываясь вслед ускользающей фигуре, подумала я про себя.
Я опустила взгляд и увидела у своих ног свернутую записку. Подняв ее, я развернула и прочитала строки, нацарапанные кривым почерком:
Глава 23
Паулина
— Хочешь большой и чистой любви? — бубнила я себе под нос фразу из одного известного советского фильма, вертя в руках записку найденную под ногами на базаре. — Приходи, как стемнеет, на сеновал.
То, что это увлекательное приглашение предназначалось именно мне — у меня даже не было сомнений. И оно было безусловно привлекательным, потому что отомстить Тристану, мне конечно же, хотелось. Хотя бы за измученную душу Паулины. Но с другой стороны, я понятия не имела, где находится городская конюшня — это раз. А два — не горела желанием соваться туда одна.
Но проблема была в том, что мне некого было взять с собой в качестве группы поддержки. У меня была только Корди, но вряд ли выносить говорящую метлу из поместья — это хорошая идея.
— К сожалению, — грустно ответила Корделия, когда я все-таки сказала ей и о записке и о предложении пойти со мной, — Я не могу покидать стены поместья.
— Почему? — нахмурив брови, спросила я.
— Этого я не могу сказать, — виновато ответила метла.
— У тебя от меня секретики? — ехидно поддела я Корди.
— Есть немного, — вздохнула она. — Но поверь, я бы с удовольствием пошла с тобой, если бы могла. Просто… не могу. Это связано с поместьем.
— С поместьем? — я задумалась, внимательно разглядывая смущенную метлу.
Шестое правило любых переговоров — уметь определять эмоции аппонента, даже если он делает все, чтобы их от тебя скрыть. Даже, если претворяется метлой.
"Интересно, что она скрывает? — задумчиво посмотрела на Корделию. — Ладно, проехали. Тут каждый что-то да скрывает, в том числе и я. Я обязательно вернусь к этому вопросу, но позже, а сейчас нужно решить, что делать с этой запиской и своим любопытсвом, которое зудело у меня в одном месте.
Я налила себе чашку своего любимого кофе и вышла к крыльцо — место, где в этом огромном доме я могла спокойно подумать.
Идти или не идти? Вот в чем вопрос. С одной стороны, шанс отомстить Тристану упускать глупо. С другой… это может быть ловушка, которую сам Тристан и организовал. С него станется. Хотя он для этого не особо умен. Но вот кто ж его знает? Я не так долго с ним общалась, чтобы смочь определить это на сто процентов.
“Как бы так придумать, чтобы и пойти и не опростоволоситься в случае чего?” — досадно поджав губы, задалась я вопросом.
Мои размышления прервали какой-то грохот и возня у главных ворот. Кто-то с силой колотил по железным перекрытиям и орал что-то невнятное.
— Кого это там такой бессмертный? — подумала я с раздражением и пошла посмотреть.
Стоит ли говорить, что единственным безрассудным существом, сунувшимся в логово страшного и ужасного графа Блэкторна — был его неадекватный младший брат Тристан.
— Ну и чего ты тут барабанишь? — возмущенно спросила я, подходя к воротам, которые в этот раз не были такими гостеприимными, как в случае со мной. — Всех белок пораспугал!
— Так и знал, что ты тут! — фыркнул бывший муженек и, дернув за калитку приказным тоном, сказал: — Открывай!
— Ага, — кивнула я, скрещивая руки на груди. — Бегу и тапки теряю.
— Ты меня не поняла что ли? — начал накаляться он. — Я сказал, открой эту чертову дверь.
— Ты же дракон, — вдруг решила вспомнить я. — Перелетишь, раз уж тебе так хочется внутрь попасть.
— Паулина! — зло прорычал он, хватаясь обеими руками за прутья калитки. — Не вынуждай меня.
— Ой, а то что? — не удержалась я от того, чтобы его поддеть. — Убьешь меня снова? Так мне уже не страшно.
— Я смотрю, — начал шипеть Тристан. — Ты как под братца моего легла, так жуть какая смелая стала.
— Знаешь, — слегка облизнув губы так, чтобы он естественно заметил, и намотав небольшой локон, выбившийся из прически, на палец, начала я. — Женская уверенность в себе во многом зависит от умений того мужика, под которым она лежит. Если мужик умелый, знает как сделать, чтобы одна и та же женщина стонала под ним с каждым разом все громче, то и женщина становится уверенной в себе, смелой и расцветает по всем параметрам. А если мужик сам пень трухлявый, то вряд ли можно ждать, что он поможет расцвести своей женщине.
Я ходила по очень тонкому льду, но выражение, которое исказило лицо Тристана — стало мне наградой. Я думала, еще немного и он лопнет от злости. Настолько сильно покраснело лицо, глаза налились кровью, ноздри раздулись, а зубовный скрежет было слышно в радиусе километра.
— Ты заплатишь за каждое сказанное тобой слово, — прорычал Тристан, резко стукнув ладошкой по калитке, которая по прежнему была плотно закрыта и не собиралась открываться. — Ты никто! Подстилка! Твой папаша продал мне тебя, чтобы я закрыл его долги. Пообещал, что весь ваш род очень плодовитый и ты точно родишь мне наследников, но ты даже с этим не справилась. А сейчас ты никому не нужна, кроме моего, такого же как ты, бракованного, братца. Да и ему ты нужна только для того, чтобы получить завещание, которое ты у меня украла.
Почему-то последняя фраза неприятно царапнула меня, несмотря на то, что я это и сама прекрасно знала. Видимо, где-то глубоко внутри мне все-таки хотелось, чтобы это не было правдой.
— Ну раз и тебе и ему я нужна только ради завещания, — ехидно хмыкнув начала я, помня про третье правило переговоров. — То я пожалуй выберу его. С ним хотя бы в постели поинтереснее будет!
— Ах ты, тварь! — взревел Тристан, но почему-то, не смотря на свою внешне богатырскую силушку, так и не смог преодолеть кованые ворота. — Ты сдохнешь! Поняла?
— Ну, рано или поздно все мы там будем, — заметила я философски. — Если список твоих угроз и оскорблений закончился, то я пойду. У меня там еще куча дел: нужно ужин повкуснее приготовить и ночную рубашку попрозрачнее выбрать.