Юлианна Винсент – Развод. Я (не)твой подарок, дракон! (страница 21)

— У нас также есть, — подключилась я, — воспоминания о том, что этот тип носил капюшон, говорил сладкие речи и в конце дунул Галюне в лицо какой-то дрянью, после чего ей стало плохо. А еще он умеет телепортироваться или становиться невидимкой. Мелочь, но неприятная. 

— Телепортация на такие расстоянии требует либо невероятной силы, либо якоря, — задумчиво проговорил Аластор, поглаживая подбородок. Его взгляд был острым, аналитическим. — Что-то, что связывает его с этим местом. 

— Или с кем-то в этом месте, — добавила Паулина тихо. Все посмотрели на нее. — Ну, просто мысли вслух. Если он так долго водил за нос Галию, то, наверное, имел какую-то точку входа. Не физическую, может, а магическую. Привязку. 

— Печать, — вдруг сказал Рикард, и все взгляды устремились к нашим браслетам. — Она возникла между нами, когда правда вышла наружу. Это древняя магия рода, она реагирует на истину в узах. Что если он использовал что-то подобное? Не для правды, а для контроля? Для слежки? 

Меня передернуло. Мысль о том, что все эти годы за Галией мог кто-то наблюдать через какую-то магическую “прошивку”, была отвратительна. 

— Значит, нужно его спровоцировать, — заключил Дариан. Его лицо со шрамом было серьезным. Военный мозг уже работал на опережение. — Заставить выйти из тени. Он избавился от нее, потому что думал, что она отдала ему все необходимое. И вероятно очень скоро обнаружит, что это не так. А значит, придет за недостающим камнем. 

— Если он использовал Галию, как поставщика, — включился в разговор король. — Значит, сам не может пробраться к источнику. 

— А это значит, что ему нужен будет новый, — закончила его мысль Марианна. 

— Вербовка слуг? — предположила Фрея. 

— Вряд ли, — отрицательно помотал головой Рик. — К источнику могу подойти либо я, как хозяин, либо она, как моя жена.

Дракон показал на меня и тут в моей голове родился план. 

— Значит, мы покажем ему, что он промахнулся и я жива! — радостно воскликнула я. — Ловля на живца! 

— Я против! — тут же отозвался Рик. 

— Плохой план, — поддержал его Герард. 

— Думаю, дальнейшее обсуждение мы продолжим без вас, милые дамы, — заявил Великий Инквизитор, вставая с кресла и мягко подталкивая нас с девочками к выходу из кабинета. — Вы же там хотели подарки готовить. Вот, для этого сейчас как раз самое время. 

— Ты же понимаешь, что это не честно? — укоризненно глядя на мужа, спросила Марианна. 

— Естественно, — ответил он, широко улыбаясь. — Но ничего не могу поделать со своим непреодолимым желанием получить от тебя самый лучший подарок, любимая. 

— Ладно, девочки, — понимая посыл мужчин, отозвалась я. — Раз нам тут не рады, мы поедем на базар в ближайшее селение. 

— Базар? Зимой? — скептически хмыкнул Дариан. 

— Тем интереснее! — разгорячилась Фрея. — Там наверняка будут волшебные безделушки, пряники, может, даже местный глинтвейн! 

— Я еду, — заявила Паулина. — Мне нужна новая шубка. Гер, наверняка, хочет подарить мне новую шубу. 

— Мне нужно купить хоть что-то, кроме этих унылых балахонов, — сказала я, ловя на себе взгляд Рикарда. — И вдруг удастся найти красный купальник, пусть даже для купания в проруби. 

Рик просто покачал головой, но в его глазах читалось нечто похожее на смирение перед стихийным бедствием под названием “женщины с Земли”.

Глава 24

Поездка на базар оказалась именно тем, что доктор прописал для уставшей от подземелий и заговоров души. Он раскинулся на заснеженной площади, пестрый, шумный и совершенно невыносимый в своем жизнелюбии. 

Казалось, что люди здесь абсолютно не в курсе, что где-то там сидит их правитель и пытается найти способ спасти эту землю от истощения. Хотя, вероятно, что они действительно были не в курсе. 

— Ох, — выдохнула Фрея, прижимая к груди пустую корзину. — Я забыла, как это пахнет. Пряники, хвоя, жареные каштаны… 

— И навоз, — практично добавила Марианна, ловко лавируя между лотками. — Но это добавляет колорита. 

Паулина уже приценивалась к мехам у крайнего прилавка. Продавец, усатый детина в огромной шапке, сыпал комплиментами, явно не подозревая, что перед ним королева соседнего государства. 

— Шубку бы, — мурлыкала Паулина, проводя рукой по густому серебристому ворсу. — Хочется чего-нибудь необычного… Чтобы не как у всех, понимаете? 

Я переглянулась с Марго. Мы обе понимали, что она имеет в виду. 

— Конечно, госпожа! — гремел торговец, доставая откуда-то из дальнего угла белоснежный полушубок, переливающиеся в солнечных лучах. — Специально берег для такой красавицы! Самый теплый мех, самый легкий! Ваш муж будет в восторге! 

— Мой муж будет в ужасе, когда узнает цену, — усмехнулась Паулина, отсчитывая монеты. — Но это даже забавно. 

Мы двинулись дальше, вливаясь в пеструю толпу. Я поймала себя на том, что впервые за долгое время не играю роль, не просчитываю на два хода вперед, а просто… живу. Снег хрустел под ногами, где-то наигрывала дудка, пахло сдобой и приключениями. 

— Галя, смотри! — Фрея дернула меня за рукав, указывая на лавку с диковинными безделушками. — Это же настоящий детектор лжи! 

— В смысле? — я наклонилась к странному стеклянному шару, внутри которого плавали золотистые искры. 

— Ну, если человек врет — шар темнеет. Дариану подарю. Буду проверять, когда он говорит, что я самая красивая, а не просто “ты и так знаешь”. 

Мы дружно фыркнули. Я представила лицо сурового военного советника с этим прибором и чуть не прослезилась от умиления. 

Дальше была лавка с кожаными изделиями, где Марианна долго выбирала ремень для Аластора. Она перебрала с десяток вариантов, прежде чем остановилась на строгом, темно-коричневом, с едва заметным тиснением в виде драконьих крыльев. 

— Неплохой такой “пояс верности”, — пояснила Марго, пряча покупку в корзину.

— А что, есть необходимость? — удивившись, спросила я. 

— Ну, когда-то он уже обменял меня на молодую жену, — недовольно буркнула Мари. — Ну, ладно, не совсем меня. И не сказать, чтобы прям обменял. Но осадочек остался, поэтому пусть носит пояс верности. 

Я лишь пожала плечами, решив не вдаваться в подробности. 

Паулина купила Герарду диковинную шахматную доску с фигурами, которые двигались сами, подчиняясь мысленным командам. Фрея долго мялась у прилавка с украшениями, а потом таки приобрела скромный перстень с лунным камнем. 

— Мое родовое кольцо очень древнее, — объяснила она. — Я то спрячу в тайник, а это буду носить.  

Я слушала их и чувствовала, как оттаивает внутри, заледеневшее за годы семейной жизни чувство женского единства. Коленька ведь всех моих подружек пораспугал, аргументируя это тем, что все они низко морально нравственные. 

Да и подарков он особо не любил подарков. Вернее, он любил, когда я дарила ему носки, свитера, инструменты — все практичное, нужное, без сантиментов. 

А если я пыталась купить что-то “просто так”, для души, он кривился и спрашивал: “Зачем это? Деньги на ветер?”. 

“Вот, Коля, — подумала я, глядя на горящие глаза подруг. — Смотри, как бывает. Можно дарить не “нужное”, а “от души”. И это работает совсем иначе”. 

Мы уже почти обошли всю площадь, когда я увидела неприметную, маленькую лавку в дальнем углу, заваленную всяким старьем. Но среди пыльных подсвечников и потертых книг на самом краю прилавка лежало то, от чего у меня перехватило дыхание. 

Я подошла ближе, чтобы разглядеть. Провела пальцем по гладкой, теплой поверхности. Дерево. Старое, темное, с прожилками, похожими на карту неизведанных земель. И на нем — искусно вырезанная, почти живая, голова дракона. Маленького, но такого домашнего. Не грозного стража сокровищ, а существа, свернувшегося клубком в ожидании ласки. 

— Сколько? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. 

Продавец, сморщенный старичок с хитрыми глазами, назвал цену. Я отдала, не торгуясь. Завернула находку в мягкую ткань и спрятала на самое дно своей корзины, под купленные ранее варежки и шарф для Марты. 

— Что нашла? — тут же оживилась любопытная Фрея. 

— Потом увидишь, — отмахнулась я. 

Она понимающе кивнула. Женская солидарность — великая сила. 

Дальше по плану было ателье. То самое, знаменитое на весь Хельгард, где шили наряды для знати. И если уж я затеяла ребрендинг своей личности, то начинать следовало с базы. 

— Госпожа Грейстен! — всплеснула руками хозяйка, полная женщина с идеально гладкими волосами. — Какая честь! Мы думали, вы больше не… 

Она осеклась, но я поняла: “думали, вы так и будете ходить в этих унылых тряпках до конца своих дней”. 

— Я решила, что перемены — это хорошо, — твердо сказала я. — Мне нужны новые платья. Много. 

Через час, утомленная примерками, но невероятно довольная, я смотрела на гору свертков, которые служанки грузили в сани. Три повседневных платья — мягких, теплых, но с изящными линиями. Одно парадное — глубокого изумрудного цвета, под цвет браслета и глаз Галии, с серебряной вышивкой по вороту. Два домашних — из тонкой шерсти, для вечеров у камина. 

И…

— А это что за чудо? — ахнула Паулина, когда я вышла из примерочной в последнем наряде. 

— Купальник я так и не нашла, — вздохнула я, разглядывая себя в высоком зеркале. — Но это… это, пожалуй, даже лучше для зимы. 

— Рикард упадет, — констатировала Марианна. — И хорошо, если не в обморок.