Юлианна Орлова – Развод с предателем. Он не отпустит (страница 7)

—Да уж, неожиданно.

—Ты в порядке?

—Смотря что именно называть порядком, — шепчу, усаживаясь на кровать.

—Перефразирую. Тебе все еще нужен адвокат по бракоразводным?

Замираю, считывая бешеное сердцебиение рукой, прижатой к груди.

На выдохе произношу:

—Да.

—Адвокат по бракоразводным у тебя есть.

Прикрываю глаза и на мгновение расслабляюсь.

Глава 7

ГЛАВА 7

АНЯ

Горский ведёт себя как настоящий джентльмен, не грубит, не приказывает, а только успокаивает, настаивая, что любая проблема может быть решена, если ответственно подойти к вопросу. Наверное, он просто не имел дел с такими, как мой муж.

Охрану мне отец сменил со словами, что на этот раз все должно быть безукоризненно. Возможно, так и будет в этот раз, что бы это ни значило. Они и пошире в плечах будут, и лицом менее презентабельны. Словом, ощущение, что опыта им не занимать.

И хоть я тогда нахамила мужу относительно ненужности охраны, его слова заставляют меня напрягаться.

Я то и дело раздумываю, а почему он это сказал, собственно говоря?

Есть ли реальная угроза, или все дело в замыливании глаз? Как далеко Архангельский может пойти в оправдании своих поступков и нарушении логики?

Вдруг это все лишь для красивых жестов? Но компаньон ведь тоже мне намекнул на какие-то проблемы.

—Ань, иллюстрации слишком мрачные, это молодежный роман, а не готический хоррор, — наставнический голос подруги заставляет вздрогнуть. Рая человек науки, скажем так, она на “ты” с математикой, а я с искусством. Мы общаемся со школы, и так уж вышло, что это практически единственная моя подруга, если не считать Наташу, укатившую в Америку по обмену, но так и не вернувшуюся в родные края

Мы нашли друг друга. В тяжелые минуты она меня поддерживает, а я непременно помогаю с мыслями "как не убить босса", который высасывает из нее все соки.

—Да? Не подумала как-то…

Я вожу стилусом по экрану планшета и играю с палитрой. В самом деле — мрачно.

—Тебе твоя редактор скажет, ты не переживай, но сделает она это не так тактично, как я, — тянет Рая, и я совершенно согласна. Надо исправить.

—Душевное состояние переносится на полотно всегда.

—Я понимаю, но твой мудак этого не стоит. Веришь, мне половина класса позвонила с одним единственным вопросом, а разводится ли Славина. Они с ума сошли! Завистливые маразматички, — подруга вскидывает руки вверх и закатывает глаза. Экспрессия — ее все.

О, это я даже не удивлена. В школе меня многие недолюбливали. По большей части потому, что мне все давалось легко, а они все почему-то думали, что это из-за отца-судьи и матери нотариуса.

Я также была на слуху, потому что участвовала во всех художественных конкурсах, выставках. А вишенкой на тортике стало то, что я оказалась недурна собой, и мальчики за мной уплетались.

Вот только никому невдомёк, что лишь внешне у меня все было хорошо, а каждый день я свою свободу выбора выгрызала, но так в конечном итоге и не получила. Вернее, получила, когда красный диплом юриста подарила родителям, а там уже и замужем была.

Как говорится, вот теперь уже что хочешь, то и делай.

А так да, не жизнь, а малина!

—Что ж, я не удивлена. Чего-то такого и ожидала. Только ленивый не увидел эту новость, а приплюсовать сюда и их острую неприязнь ко мне, — выдыхаю и перевожу взгляд в окно.

Осень в этом году по-особенному мерзкая, противная и лишённая былых эмоций.

Раньше в это время я создавала свои самые успешные работы, а сейчас на стадии развода.

—Да пошли они, тоже мне …нашлись удачливые. У одной пьянчуга муж, а у второй мужик лупит, но узнать о неприятностях бывшей одноклассницы — святое дело.

—Не горячись, пусть говорят, мы не можем им запретить это делать. Да и в целом, я уже переболела фактом унижения по тв. Хорошо хоть журналисты не подбегают с просьбой дать комментарий.

И ровно в этот момент к нашему столику подходит кто-то, чьи духи настолько ядерные, что мне хочется чихать. Что я и делаю спустя пару секунд.

—Вы Анна? — звучит неприятный писклявый голос. Я резко поднимаю голову и вижу…

*****************************************************

Слишком знакомое лицо, чтобы просто проигнорировать подошедшую. Ее узнает и Рая, вот только в отличие от меня, она не теряет дара речи. Не могу сразу собраться, позднее зажигание на фоне нервного истощения. Мне бы ее в другое время и при других обстоятельствах, тогда и палец в рот не клади…

—Девуля, чеши отсюда, а то у меня черный пояс по тхеквондо, могу попрактиковать внезапно на тебе. Знаешь, потом придется губы переделывать, тело перешивать, а то силикон вытечет. Такое ведь бывает, да и не такое тоже бывает.

Незнакомка, которая проводила время в бане с моим мужем, запечатлена на фото, присланных в личку, улыбается недобро, но на подругу не смотрит. Ее взгляд прикован ко мне. Оценивающий, колкий, но мне стыдиться нечего, я за собой слежу и одежду покупаю приличную, у меня и вкус, и чувство стиля, и возможности.

—Я жду вашего конструктива, Анна. Этот разговор нужен нам обеим, — вздергивает подбородок. Она молча придвигает стул и садится к нам, полностью игнорируя мою подругу. Я вне себя от бешенства, но стараюсь скрыть за непроницаемой ширмой. Не дождется, тварь!

Надо же быть такой наглой и непрошибаемой?

Что он в ней нашел? Что в ней такого? Да она ведь совершенно не в его вкусе.

Совсем…

Да, грудь больше, да, бедра покатее, но это ненатуральное все, а я…подкаченная, умная и всегда все для него.

—Мне ей втащить? — подруга веселым голосом спрашивает, исподлобья на незнакомку поглядывая.

—Рая, —впервые нарушаю молчание, отрицательно махнув головой. Она понимает все без слов, молча встает и садится за соседний столик.

—Девушка, мне общение с вами неинтересно. Это, скажем так, ниже моего достоинства, так что и общаться я с вами не собираюсь. Думаю, мы с Кириллом в состоянии решить вопросы самостоятельно, без вмешательства девиц…облегченного поведения, — сглаживаю углы, макая незнакомку в грязь на уровне своего воспитания.

Но она только высокомерно осматривает меня, недовольно кривляясь. Не факт, что она вообще поняла хоть что-то из того, что я сказала.

—Анна, вы не понимаете, я пришла сказать, что несмотря на то, как начались наши с Кириллом отношения, я влюбилась, и он — тоже. И я хочу просить вас не строить воздушных замков, а навсегда исчезнуть из нашей жизни. Кирюша человек с принципами, очень правильный, он верит, что у нас случилось просто по физиологии, разбивать семью не хочет, но я-то вижу, что это любовь. Он сам себе сознаться не может, а вас отпустить не состоянии в память о былом. Эта ностальгия никому не нужна. Вы давно не живете как семья, а ощущения, что он любит двоих — просто сюр, согласитесь.

Я бы очень хотела оглохнуть, просто чтобы не слышать эту фразу и никогда больше не сталкиваться с подобным лицом к лицу. Любит двоих, да? Щеки начинают гореть, а внутри полыхает пожар.

Бам-бам-бам, сердце стучит сильнее и чаще, отчего мне кажется, что я практически готова получить инфаркт.

—Слушай меня очень внимательно. Ты никто и звать тебя никак. Мне достаточно только захотеть, чтобы ты перестала существовать как социальное существо. Я могу быть стервой, могу быть очень злой, а с учетом того, кто мой отец, я бы на твоем месте поджала хвост и бежала отсюда, извинившись за свое паскудное поведение несколько раз. Мало ли. Вдруг с первого сочту извинения недостаточными, — произношу спокойно, четко, с расстановкой своих мыслей настолько ясно и понятно, что даже такая недалекая модель с одной извилиной должна это понять.

И только в глазах самые страшные эмоции без прикрас, они способны сжечь все вокруг дотла.

Не сказать, что моя собеседница удивлена или удручена моей вспышкой, скорее наоборот, она слишком радостна. А вот я собой не горжусь, потому что все это можно расценивать как угрозы жизни и здоровью, хотя прямых и не было. Господи, мой отец судья, а я на таком простом палюсь!

—Вам сложно поверить, да? Кирюша мне говорил, как вы доводите его дома. Он говорил, что вы слегка не в себе, все потому что никак родить не можете. Так бывает, люди могут быть несовместимы, — она продолжает играть на моих нервах умело и ясно осознавая всю реальную подноготную нашей семейной жизни.

Кажется, только что был новый удар в веру и надежду на моего мужа.

Я не «не могу родить», ведь с моим здоровьем все хорошо, просто мы не ставили себе цель такую, потому что меня не слышат. Но это больно, настолько больно слышать, что будь я сукой поболее, точно нашлась бы с ответом. Но мне не все равно, вот почему я лишь сдерживаюсь, чтобы не заплакать.

—Разговор окончен, — я поднимаю руку, подзывая официанта. Меня трясет, но я упорно делаю невозмутимый вид. Чему меня в свое время научил отец, так это держать лицо, даже если все вокруг кричат о самом страшном о тебе.

Это, если сказать другими словами, первое правило покера.

—Вы дадите ему развод?

—Милочка, я тебе приплачу, только забери его уже и навсегда исчезни из моей жизни, — бросаю ей, расплачиваясь по счету, который уже принес официант. Он это тоже слышал, но мне плевать. Рая подхватывает меня за руку и уводит прочь от той, что умело довела до белого каления. Я чувствую, что вибрирую от напряжения. Мне прямо сейчас хочется расквасить лицо Архангельскому и затолкать ему в задницу кольцо, украшающее мой палец.