Юлианна Орлова – Развод с предателем. Он не отпустит (страница 34)

В каком ее? Вопрос не задаю, но по выражению лица брата, понимаю…он сказал лишнего.

—Не сказала тебе, — продолжает угрюмо, сжимая губы а прямую линию.

Желваками играет, взгляд в сторону отводит. Черт.

Новость сбивает с ног, буквально пригибает чем-то тяжёлым по затылку. Уши заливает бетоном. Сдуреть…

Улыбаюсь разбитыми губами и чувствую, как в груди разливается тепло. Радость прошивает тело насквозь, аж не верится, что со мной происходит.

Я уж точно не заслужил так много счастья. Тру лицо и от лыбы, что растягивает рожу, шиплю от боли.

—Молчи, она, наверное, хотела подарок сделать, млять, ну что я за идиот! — хлопнув себя по лбу, спрашивает брат, а я радуюсь, как ребенок.

Воодушевление такое зарождается, что о негативе и думать как-то не хочется.

Жить хочется, да. Сражаться хочется, да. Теперь сильнее.

—Он на Аню намекал, сделай все, чтобы она в безопасности была.

—Обижаешь, да? У меня все в безопасности, и моя жена, и твоя. Так что успокойся.

Глава 37

ГЛАВА 37

Аня

Что-то идёт не так. В этом нет никаких сомнений, ведь это подтверждает увеличение количества охраны вокруг дома. Они пытаются быть неприметными, но в итоге получается только больше выделяться.

Я то и дело думаю о неудачной встрече с девушкой, у которой жизнь сломалась в крошку. Ее растоптали и превратили в пыль, но она все равно осталась со стержнем, характером и принципами.

Отдаленной частью своего мозга я думаю, что Лера нам все равно поможет. Пусть не лично, пусть запишет показания, это всяко лучше, чем совсем ничего.

Она не такой человек, каким хочет казаться.

Леша намекнул, что ее личность будет стёрта в ноль, что она настолько заморочилась, что создала для себя новое имя.

Что же девушке пришлось пережить, что она вот так готова избавиться от всего, что связывает ее с реальностью?

Готова стереть себя и создать нового человека.

Не без помощи людей моего мужа. Девушка боится, и я вполне могу ее понять, но и себя понять могу.

Это становится все более невыносимым.

Мыслить позитивно не получается. Наверное, из-за гормонов я стала менее стабильной, чаще могу всплакнуть, расстроиться или впасть в какую-то апатию.

Я больше не могу в этом напряжении вариться, а для четкого плана Кира очень нужна именно Лера.

День ее отъезда близится, а обещанная помощь нужна уже. Вот буквально прямо сейчас. Напряжение в пространстве резонирует с каждым днём сильнее.

На допрос меня больше не вызывали, но это совсем не значит, что дело этим и кончится. Власов считает это своеобразным представлением, не стоящим внимания, но я так не думаю.

Это психологическое давление на Кира.

На смену апатии приходит и противоположное чувство. Сложно даже описать все в деталях. Просто…

Вдруг меня от счастья подкидывает. Словом, прокручивает на американских горках, и при этом я не пристегнута, но стараюсь удержаться на месте.

Вика и Леша показательно спокойны. И если в случае с Архангельской все ясно, она беременна и скачки настроения норма, то вот у Лёши спокойствие скорее пугает, ведь он вполне умеет выражать эмоции (особенно, негативные), и когда их нет, становится ой как не по себе.

Почти каждый день меня полоскает без остановки. Иногда кажется, что рвать уже нечем, но спазмы не прекращаются. Понимаю, что надо бы сходить к гинекологу и встать на учёт, может мне бы выписали что-то.

Да и удостовериться надо, что все хорошо. Пусть я подолгу могу разговаривать сама с собой, уверенная, что вот у моего ребенка все очень хорошо и без подтверждения врачей.

Откуда это слепая вера — без понятия. Доходит до смешного: я рисую себе картинки, что у нас родится обязательно девочка.

Мне снятся только они в розовых пышных платьях и с длинными кудрявыми волосами.

Если бы не тошнота, то было бы прекрасно. Со скачками настроений как-то бороться ещё можно.

Вот и сегодня я провожу добрую половину дня в ванной, а всунуть в себя хоть что-то, кроме воды, кажется невозможным.

Вика пару раз стучится, а потом не выдерживает и заходит без моего согласия, пока я без сил валяюсь на кровати и мечтаю почувствовать себя как раньше.

Без удушающей тошноты.

—Так, малышка, а давай мы с тобой в порядок себя приведем и поедем к моему врачу, а? Пусть посмотрит, я им довольна, хоть это и мужик. А ты понимаешь…акушер-гинеколог мужик, у моего же клепку того…сорвало бы, но этого допустил, значит, хороший. Считай, что пломбу качества и одобрения на врача поставил мой муж. Так что советую, — Вика участливо всматривается в меня и загадочно улыбается, поглаживая по голове.

—Давай сходим, я что-то вообще не понимаю, почему мне настолько плохо.

—Это токсикоз, Анют, поверь мне, я уж в курсе. Я ещё тошнит так от пацанов, — усмехнувшись, она поглаживает себя по животу.

Нет, какой мальчик? Девочка же, ну. Уверенность железобетонная.

Я даже знаю, как назову ее. Конечно, посоветоваться с Киром надо, но мне кажется, он не будет против.

Ощущение, что по факту он будет согласен на все.

—Нам безопасно куда-то ехать?— воду пальцами по жюрлоскому животу и медленно моргаю. Тяжесть даже в веках.

—Леша бы сказал, если что не так. И да, я ему говорила, что мы в центр поедем, так что в голову не бери. Потом погуляем, посмотрим тебе одежду, развеемся. Не сидеть же нам бесконечно в четырех стенах, — возмущенно произносит Архангельская и прямо излучает бурное желание куда-то навострить лыжи.

Но так уж и быстро мы, конечно, не выходим. Мне необходимо чуть больше времени, чтобы собраться и сделать хоть что-то с тошнотой. Просто лимон не помогает вовсе, может если я буду съедать их в больших объемах, то эффект будет лучше?

Сомневаюсь.

Странное дело, но в этот раз захотелось нарядиться, словно я совсем не в больницу еду.

Интуитивно срабатывает мысль, что красиво — это теперь про каждый день, потому что хочется, потому что для себя самой важно.

Потому что сделать что-то для себя вдруг становится ппрвоочрреднцо задачей. Как же круто меняется жизнь, когда в тебе находится другой маленький человечек.

Мышление, повадки и даже желания.

Вика по телефону с кем-то говорит, когда я выхожу на первый этаж “при параде”.

Оценивающе на меня поглядывает и кокетливо улыбается. Вообще Вика - это перманентная кокетка. Порой она и сама не замечает этого, выходит чисто на автомате.

Как Леша держится? Она ведь со всеми такая, даже с охраной.

Вроде бы говорит обычно, а выходит флирт. Надо же…

Учиться надо, ведь для семейной жизни пригодится.

—Ты как? — уже в машине переспрашивает.

За окном тихо падает снег на рыхлую землю, укрывая белым полотном как плотным одеялом.

Пахнет наступающим новым годом, мандаринками и чудом. У каждого оно свое, это чудо.

—Относительно порядок, немного волнуюсь.

—Вот это ты зря, право слово, — протестующие машет головой и тепло улыбается.

Доезжаем быстро.