Юлианна Клермон – Дракоданка, или Инструкция по укрощению строптивой (страница 20)

Нет, что-то я расслабилась в последнее время. Непростительная ошибка.

И что теперь делать?

Завтра докопаю здание, проверю, что внутри, и если окажется, что я ошибалась, и никаких ответов там нет – сбегу!

Как?

Вопрос, конечно, хороший. За две недели я даже не удосужилась проверить границы магического купола. Подозреваю, что он охватывает всё поместье, но это лишь предположение.

Мужчина, кстати, больше не донимает меня вопросами, заводит на подведомственную территорию, а потом долго молча рассматривает, засунув руки в карманы и немного склонив голову к плечу.

Ждёшь, когда признаюсь?

Ну жди-жди.

Ныряю в домик, оставив снаружи только хвост.

Вот, разговаривай с моей… спиной. К себе не приглашаю, потому как гостей не ждала, дома не прибрано, посуда не мыта. А ещё у меня тут грандиозная постирушка намечается. Не до расшаркиваний и приёма визитёров. Понял, нет?

Ушёл, не ушёл маг – я даже не оглядываюсь.

У меня сейчас другая проблема. Нужно продумать вариант «Б», то есть план побега.

Интересно, магический купол действует только на поверхности? А если сделать подкоп, под землёй он шандарахнет или нет?

Русские драконы не сдаются… Только на провокации поддаются.

Эх, я…

– Снежка, ужин подан, – через некоторое время зовёт меня Драк. – Ты, так-то, либо вовнутрь заходи, либо вылезай. Чего разлеглась на проходе? Чай, не коврик.

Встаю, захожу в дом, разворачиваюсь и высовываю наружу морду.

Ну и?..

Ну и, блин, стоит мой дознаватель, как стоял. Руки в карманы, только голову к другому плечу склонил. Смотрит и молчит.

Ой, ну и тупень.

Ясно же сказала, а точнее, показала – не буду я признаваться ни в чём.

Штирлица смотрел, нет?

Зря, батенька, зря – чертовски интересный сериал. Нам его в детском доме пару раз перед девятым мая крутили в целях обязательной программы по развитию и поддержанию патриотизма.

Так вот, я покруче радистки Кэт буду, и кричать «Мама!» не собираюсь.

– Ну что, малышка, – с абсолютно невинным выражением говорит Рэй, – чем сегодня предпочитаешь ужинать? Ветки груши или лучше принести свежескошенной травы?

Не обращаю внимания, выхожу, молча тянусь к большой охапке веток и начинаю смачно чавкать.

Пусть хоть лопнет от любопытства, я реагировать не собираюсь.

– Стоп! – мужчина вдруг резко меняется в лице. – Кто наломал ей вишнёвых веток?!

Он бросает испуганный взгляд на мой ужин и кидается к конюху, а я резко отшатываюсь от кормушки.

Опять?!

Шумно дышу и сглатываю, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Нет, я не готова ко второй серии марлезонского балета.

Прислушиваюсь к себе, ожидая, когда начнётся первая стадия – опьянение.

– Эрр Рэйчер, я не… – доносится до меня сквозь шум в ушах.

– Кто собирал ветки?! – рычит маг.

– Я, но… – лепечет перепуганный мужик. – Эрр Рэйчер, да что ж я, вишню от груши не отличу?

Да! У меня тот же вопрос!

Открываю слезящиеся глаза и…

Да чтоб тебя! Да как ты мог?!

Рэй смотрит прямо на меня. В глазах победоносный блеск, на губах самодовольная ухмылка.

– Драк, ты свободен, – кидает он через плечо, не отрывая от меня прищуренных глаз. – Нет тут вишни, я ошибся.

Нет, Штирлиц никогда не был так близок к провалу, как я.

Да что там, это безоговорочная победа мага.

Драк уходит из загона на трясущихся ногах, продолжая нервно оглядываться и недоуменно почёсывать затылок, а Рэй активирует браслет связи и произносит всего одну фразу:

– Вард, срочно в загон!

После чего отходит, садится на кем-то принесённую скамейку, вытягивает вперёд длинные ноги и, закинув руки за голову, осматривает меня с головы до кончика хвоста, будто видит впервые.

Серьёзно?

Вдвоём на одну?

Мальчики, вам не стыдно?

Успокаиваюсь, цепляю на морду маску абсолютного равнодушия и возвращаюсь к кормушке. Тщательно обнюхав всё, что туда сгрузил конюх, убеждаюсь, что запрещённых веток действительно нет, и продолжаю прерванное поглощение пищи.

Война войной, а обед по расписанию.

А ты теперь попробуй докажи, что я тебя понимаю. Я обычное голодное животное, а ты – баламут и фантазёр.

– Малышка, приятного аппетита. Чер, зачем звал? Что за срочность? – разбавляет гнетущую тишину явившийся через несколько минут Эд.

На самом деле тишины никакой нет: Лий ещё не закончил работать, поэтому от кузницы доносятся глухие мерные удары молотка по наковальне, конюхи пригнали с пастбища лошадей, и из конюшен слышится их ржание и негромкое переругивание работников, растаскивающих воду и траву по поилкам и кормушкам, а в саду ещё звонко щебечут запоздавшие пташки.

Жизнь кипит.

Но в моём загоне будто бы повисла особая, многозначительная тишина. Даже кажется, воздух вибрирует от напряжения.

– Тут такое дело, – черноволосый маг, отодвинувшись, указывает другу на место рядом с собой. Блондин садится, и Рэй продолжает: – Вард, ты знал, что драконы понимают человеческую речь?

Брови мужчины взлетают вверх.

– Э-э-э…

Он медленно переводит взгляд на меня.

А я что? Ничего.

Жую, молчу, всем своим видом показываю, что этот разговор меня совершенно не касается.

Несёт какую-то ерунду. Да кто ему поверит? В лучшем случае, запрут в комнате и вызовут специального врача. В худшем, посадят в карету с решётками и отправят в дом для душевнобольных. Драконы у него человеческую речь понимают. Ага. Скажи ещё, разговаривают. А по выходным, небось, сканворды разгадывают и в домино «козла забивают».

Едва сдерживаю смех, с шумом выпуская воздух через ноздри.

– Чер, если это шутка, то мне сейчас не до этого, – хмурится Вард. – Я обещал твоей матери проверить москитный полог в комнате Мелиссы. Она утверждает, где-то там маг-заряд подтекает. И вообще не понимаю, почему заботы о твоей недоневесте поручают мне. Ты бы не мучил девушку, если не собираешься на ней жениться.

Он уже собирается встать, но Рэй перехватывает его за плечо и что-то очень тихо говорит. Блондин замирает… и медленно опускается обратно на скамью.