Юлиана Брит – Сквозь долину дождя и солнца (страница 6)

– В Индии есть Тадж-Махал! – громко, с радостью воскликнул Михель.

– Вот видите! Отлично! Я сразу поняла, что вам нужно! – желая поскорее избавиться от надоедливого пассажира – Я сейчас свяжусь с пилотом, а он выберет наиболее короткий и быстрый способ пересадки.

Современные самолёты имели специализированные дверные проёмы, которые можно было присовокуплять к другим летательным средствам находясь при этом в небе. Благодаря соединительному процессу, пассажиры могли переходить из одного воздушного судна на другое и так далее. Вот и сегодня на радость лёгкой руки Михеля, рейс, следующий по маршруту Москва-Рим, мог осуществить индивидуальную пересадку для Михеля, подсоединившись к самолёту, что летел из Лондона в Нью-Дели. Оказавшись в одно время в воздушном пространстве Польши, небезразличные сотрудники авиакомпании, осуществили неожиданно всплывший закидон Михеля.

До одури радостный и воодушевлённый Михель, казалось совершенно забыл о важности изучения Колизея, ведь его ждало новое, неожиданно возникшее приключение. На его пути должны были предстать неизведанные цивилизации и общественные устои.

Улицы были пусты, и даже ожидаемый хаос и беспорядок – отсутствовали. Вместо хилых лачуг среди ужасающих трущоб и рек с нечистотами, вдоль дорог были выстроены высокие стены бетона, выкрашенного в розовый цвет. Солнце палило во всю дурь, и едва справляясь с высоковольтной жарой Михель подумал даже снять с себя футболку. Прикрыв лицо рукой, он с трудом всматривался в поле видимости и пытался отыскать хоть один человеческий силуэт.

Не заприметив ни одной души, он не отчаиваясь, пошел вглубь пустынной улицы в надежде встретить туземцев. Михель знал об Индии из различных документальных фильмов и подкастов. Обладая исключительным визуальным восприятием, он отчётливо понимал как должны выглядеть среднестатистические улицы Индии. Он был готов к сгусткам местного населения, заносчивому галдежу и адовой вони, что несётся из-за каждого угла. Но все ассоциации не оправдали его ожиданий, и единственное с чем встретился Михель – была пустота.

«Возможно, мне следует направиться в Тадж-Махал!» – думал про себя Михель, готовый настроить свой девайс на нужную локацию, но решил всё-таки повременить и попытать счастье на улицах Нью-Дели.

Тягучее солнце тем временем ещё больше кололо своим недружелюбием, к тому же Михель ощутил сильную жажду. Он даже намеренно, со всей силы пытался втянуть щеки, в надежде выжать из них несколько капель слюны. Преодолев ещё несколько метров, невовремя пришедшее утомление, готово было сломить его в коленях и повалить на пыльный асфальт. Но Михель был из выносливых, и несмотря на внешнюю хрупкость он обладал значимой силой. Для него представлялись преодолимыми тяжёлые веса и длительные маршруты, подъемы в горы и непролазные джунгли. Парнем он являлся не из хилых и сложные пути – ему поддавались. От этого, решив не покидать одинокую местность, тайный путешественник не сворачивал с пути.

И терпение с жаждой открытий, отплатили ему должной монетой, так как перед Михелем предстал местный мужчина с небольшой тележкой. Старая железяка неизвестного года выпуска, была выкрашена в ядовитый цвет фуксия и имела надписи на санскрите, выполненные неаккуратными разводами. На ветхой арбе, застеленной мешками, возвышался красочный натюрморт из фруктовой композиции. Измученный то ли жарой, то ли монотонностью будней, невысокий абориген – лениво, без тени удивления уставился на Михеля.

– Здрасьте… – протянул Михель и тут же получил встречное приветствие местного на его родном языке.

К этому времени языковой барьер между представителями различных местностей и народов, скатился к пыльному воспоминанию старого чердака, ведь уже в тридцатых годах, современные мобильные телефоны были оснащены умным миниатюрным наушником, что переводил обращение собеседника на родной язык.

– Добрый день. – дружелюбным, но при этом усталым тоном.

– Где люди?

– Простите…

– В Индии много машин, людей, коров… – Михелю сложно было производить наиболее точные предложения. – Где, они, все?

– А… вы имеете в виду старый Дели? – немного удивлённо – Его уже нет, всё что потерпело изменение – перед вами. – Михель выдал непонимающее выражение лица, но приветливый незнакомец и тут проявил участие. – Вы, наверное, не знаете, но после осуществления большого плана, мировое правительство пересмотрело все прежние устои, и теперь города Индии познали трансформацию.

– Трансформацию? – уставившись отреченным взглядом вдаль.

Михелю казалось, что нет ничего на свете более печального и безвыходного, чем назойливая жара, способная расплавить человека по образцу сыра.

– Вы не слышали о политических изменениях, что произошли в мировой системе? – мужчина был невероятно выдержан и корректен, что его отнюдь не удивляла неосведомлённость Михеля. Он старался быть полезным для путника и ввести его в курс дела, без перспективы счесть Михеля за проспавшего простофилю.

– В Индии есть Тадж-Махал! – вскрикнул Михель.

– О, да, он конечно есть, и серьезно охраняем, и рассмотреть его не составит труда! – будто успокаивая больного, и играя по его правилам – Вы с лёгкостью сможете посетить наш памятник архитектуры! – мужчина взял из горы фруктов спелое манго, и разрезав плод погрузил в механическую соковыжималку, коих Михель и не видел в своей жизни. – Вы, наверное, испытываете жажду, я сделаю вам фреш.

– Сооооккк… – довольно протянул Михель.

– Одну минуту! – вежливый джентльмен, произведя несколько нажатий и издав еле слышное кряхтение, привлек сильное удивление Михеля, что тот громко засмеялся.

– Яблоко растет на дереве, из яблок делают – сок! – в своей привычный манере.

– Да сэр, но только простите, у меня сегодня нет яблок, только манго и арбуз. – протянув желаемый напиток путнику, который тут же осушил гостеприимный дар.

– Спасибо… – довольно протянув – А почему вы здесь?

– Потому, что я продаю фрукты и соки! – Михель, казалось бы, не удивился встречному ответу.

– Вы здесь один!

– Да, это все из-за того, что мы фермеры. Фермеры и садовники смогли остаться в прежних устоях и не поддаться полному изменению.

– Садовник – поливает грядки… – задумчиво протянул Михель.

– Именно сэр! – радостно протянул дружелюбный местный. – Только растительная культура была неподвластна умной машине, и такие как я смогли сохранить свой привычный быт.

– А другие люди?

– Они переехали в закрытые поселения, а множество людей, точнее мужчин были и вовсе отправлены из страны в долину технологий.

– Долину технологий… – повторив с присущей эхолалией.

– Да, вы разумеется слышали о кремниевой долине, наши соотечественники ещё много десятилетий назад эмигрировали, а оставшихся, что не хотели покидать родные земли, принудительно перевезли после трансформации.

– А почему так поступили с вашими соотечественниками?

– Все потому, что наш народ был готов предоставить тот же спектр услуг, но гораздо за меньшую плату! – усмехнувшись – В тот момент, когда европейское население требовало куда большей оплаты.

– А куда подевались местные женщины?

– Численность женского населения понесла ещё больший спад. – со вздохом.

– Что это значит?

– Уровень преступности против женщин познал критической отметки. – речь, что произносил мужчина, была переведена умным девайсом на более грамотное и точное повествование, отчего могло показаться, что беседа идёт не с торговцем фруктов, а с профессиональным журналистом. – Если в двадцатых годах осуществлялось девяносто случаев изнасилований в день, то в тридцатых годах – этот показатель удвоился.

Михель не понимал характер предназначения слова – «изнасилование», хотя встречал его во множествах произведений, но при этом он осознавал, что это дело крайне жуткое и непозволительное.

– Самое печальное, что больше семидесяти процентов преступлений против женщин, влекли за собой смерть. – махнув рукой и пожав плечами – В итоге женская половина населения стала заметно исчезать, хотя половиной то её и нельзя никогда было назвать.

– Почему так произошло, сначала?

– Это имеет исток ещё из далёкого прошлого… – задумавшись – Иметь в семье девочек, всегда было неприбыльным, так как они не могли трудиться наравне с мужчинами и приносить хороший доход. Множество семей узнав при помощи УЗИ пол будущего ребенка, прерывали беременность если выяснялось, что родится девочка, так люди пытались избежать бедности. В итоге мужское население имело ощутимый перевес. Говоря проще – женщин на всех не хватало. Но мне повезло, в нашей семье у всех есть жены и дети, мы сумели сохранить прежний суверенитет и традиции.

– А кто живёт там? – указав на высокую бетонную стену.

– Там живут люди нового образца.

– Как так?

– Те, кто не был против перемен и познал новую трансформацию. Новое общество, обновленной цивилизации.

– Туда можно попасть?

– Это сложно, так как у вас нет там родственников! Вход можно получить только по приглашению и разрешению, это закрытый район.

– А зачем его закрыли? – по-детски спросил Михель.

– Думаю, чтобы избежать преступности и получить полный контроль. – пожав плечами.

– И как же вы живёте?

– Я же уже сказал, я выращиваю фрукты, продаю фрукты, готовлю сок…

– Для кого?

– Сегодня – для вас!