Юки Онна – Токийская рапсодия (страница 9)

Устало заявила Янлинь, входя в квартиру, но дома никого не было.

– Опять где-то пропадаешь Лан Сюли!

Злобно выговорила Янлинь, пнув тапочки старшей сестры, которая в последнее время повадилась приходить поздно. Янлинь решила поужинать и заварила лапшу, а пока лапша готовилась, приняла душ и переоделась в пижаму. Густые влажный волосы впитали запах персикого шампуня. Включив телевизор, она уселась за стол ужинать. Но горячую лапшу невозможно было есть, поэтому Янлинь вышла на болкон остудить её. Она стояла на балконе, размешивая картонную чашку с лапшой, когда заметила автомобиль, который остановился возле подъезда. Янлинь присмотрелась к номерам автомобиля и узнала их. Постояв примерно минуту, дверь открылась и из автомобиля вышел директор, следом Лан Сюли, которая широко улыбаясь, попрощалось с директором посылая ему радостно воздушный поцелуй.

У Янлинь задрожали руки, от чего она уронила чашку с лапшой, которая с глухим звуком шлёпнулась об асфальт. Она быстро села на корточки, чтобы не быть пойманной за подобным безобразием. Вскоре послышался звук отъезжающего автомобиля, Янлинь приподнявшись слегка увидела, как сестра рассматривает лапшичный суп а затем перешагивает через него. Забежав обратно в квартиру, Янлинь выключила телевизор, затем улеглась на диван притворившись спящей. В дверях послышался щелчок замка, Сюли не включая свет прошла на кухню, где пахло свеже заваренной лапшой, затем в гостиную где спала Янлинь, молча накрыв её пледом, она удалилась в свою комнату.

Янлинь не могла заснуть всю ночь, в голове засели навязчивые мысли от увиденного. Она не поминала что делать, промолчать или поговорить об этом с сестрой, но для неё всё было куда более понятным. Её не заботило бы, что сестра связалась с мужчиной, но им оказался именно директор, а то что он женат отягощало ситуацию ещё больше. Будто во всем Токио не нашлось другого мужчины.       Даже если бы директор оказался единственным мужчиной в Токио, она не должна была с ним сближаться, ведь у него есть семья, говорила Янлинь, съедая себя изнутри, что сестра может оказаться разлучницей, чьей-то спокойной и размеренной семейной идиллии.

В одной из многочисленных квартир города, не мог заснуть ещё один человек. Это был концертмейстер. Весь вечер он думал о прекрасном голосе, свидетелем которого стал недавно. Он ходил из угла в угол квартиры а затем открыв бутылку винаю, пил до утра. Тэкуми всегда пил вино, в надежде что оно поможет ему заснуть, но в итоге кроме головной боли, это ничем не заканчивалось. Так происходило каждый раз, вино, кофе, таблетки и головная боль на утро.

Он вышел на лоджию, разглядывая чёрное небо и приближающийся со стороны залива молнию, которая подсвечивала городские огни своей неоновой голубой вспышкой. Однако дождь совсем не торопился начаться. У Тэкуми неожиданно без всякой причины забилось сердце чаще а все тело переполнелось предчувствием чего-то грядущего. Он почувствовал лёгкое головокружение и ощущение восторга, когда в его ушах воспроизвелся прекрасный голос, который и стал причиной для внезапного хорошего настроения. Совсем где-то рядом раздался гром, от шума которого заложило бы уши любому, но Тэкуми цепенело продолжил стоять, пытаясь воспроизвести в голове прекрасный голос. Он поднял руки словно укладывая скрипку на плечо а затем под ритм грядущей непогоды заиграл беззвучную музыку, понятную лишь ему. Внезапно грянул ливень, наступая сплошной стеной и заливая пол лоджии. Упругие струи тёплого летнего дождя, падали разбиваясь об тело Тэкуми, от чего он промок моментально. У Тэкуми вспыхнула на лице внезапная улыбка, задрав голову под проливным дождём, он посмотрел на небо, как рикошетирующие капли дождя падают на землю с небес, ударясь об кожу лица и обдавая тело приятной прохладой.

Смерть и Дева.

Не смотря на произошедшее прошлым вечером, сёстра вели себя как обычно. По крайне мере этому не придавала значения Сюли, которая то и делала что без умолку болтала, примеряя обновки.

– Завтра состоится ежегодный концерт. Тебе нужно прикупить что-то нарядное.

Сюли обратилась к сестре, которая молчаливо сидела, читая книгу.

– Ты знаешь, что не люблю такое. Не кажется, что это слишком вульгарно?

Янлинь искоса посмотрела на короткую юбку сестры, которая еле доходила до колен.

– Ты слишком старомодная.

Улыбнулась Сюли, разглядывая свой наряд.

– Я, просто не ты.

Янлинь встала и порылась в сумке в поисках закладки для книги, нащупав что-то руками, она вытащала свёрток и округлила глаза.

– Сюли! Он с меня шкурку сдерёт!

– Что же ты наделала? Он наверное, всю ночь не мог заснуть без них! А если ему было плохо, то завтрашний концерт сорвётся!

Сюли воскликнула бросив своё занятие.

– Он сказал что заберёт их потом, откуда я знала что забудет!

Янлинь кинула свёрток на диван.

– Отвези их ему домой!

– Сейчас только семь утра, нельзя отдать ему на работе?

– Он сегодня не придёт! Ты хочешь сорвать концерт?

– Почему я?

– Ты же его ассистент! Вот ключи на случай, если он не откроет дверь. Отдай лекарства, затем сразу на работу!

Сюли проводила сестру до дверей.

Такси затормозил возле подъезда элитного многоквартирного дома, что располагался в районе Сетагая-ку. Янлинь вышла из автомобиля, и подняв голову посмотрела на девятый этаж, где по словам сестры, находилась квартира концертмейстера. Упрекая сестру в неприятности и без особого энтузиазма она направилась к подъезду. Показав ключи консьержу, Янлинь зашла в кабинку лифта с панорамными стёклами. Прилипнув взглядом к пейзажу что открылось взору с высоты птичьего полёта, ей представилось, как красиво бывает тут в ночное время, когда район освещается сочными цветными огнями. Выйдя с лифта, она направилась к квартире концертмейстера, сделала глубокий вдох и ободряюще сжала руку в кулак, перед тем как нажать на звонок домофона. Казалось никто не торопился открывать дверь, постояв так минуту, она поняла, что дороги обратно нет и смело приложила ключ к дверному замку. Раздался характерный щелчок, открыв дверь тихонько, она зашла в квартиру. В тёмном коридоре было тихо, Янлинь медленными шагами прошла по нему и очутилась в гостиной. Из-за открытого настежь проникал прохладный утренний воздух, шелестя серыми шторами и разнося по комнате свежесть.

– Концертмейстер, вы дома?

Янлинь оглядела гостиную. Её взгляд зацепился за журнальный столик, на котором лежали поломанные карандаши а на полу рядом с ними валялись скомканные листы бумаги и пустая бутылка из под вина. Янлинь присела на колени собирая бумаги с пола. Она развернула каждый лист, разглаживая руками, затем собрала аккуратно в стопку. Слова Сюли оказались правдой. На скомканных бумагах была написана партитура, изящно красивыми линиями в ряд а на некоторых наброски рисунков. На одной из скомканных листов, она заметила эскиз безликой девушки нарисованный карандашом. Кажется, концертмейстер действительно не мог заснуть ночью, поэтому коротал время за написанием музыки. Янлинь несколько секунд рассматривала набросоки, затем собрав все бумаги, положила их на журнальный стол.

– Вы дома?

Повторила она, проходя вглубь комнаты, но в помещении казалось не было хозяина.

Её взгляд привлекла стойка в углу, на которой величественно востояла скрипка концертмейстера. Янлинь подойдя ближе, протянула руку, чтобы дотронуться до инструмента, как раздался громкий звук закрывающейся крышки пианино. Она испуганно одёрнула руку и посмотрела туда, откуда донёсся звук.

– Кто разрешил трогать?

Тэкуми всё это время сидевший за пианино, встал и вышел к Янлинь. Обойдя её с невозмутимым лицом, направился к барной стойке, затем взял бутылку вина, открыл её изысканным образом и жидкость свекольного цвета наполнила наполовину пустой бокал. Хлоднокровно посмотрев на ассистентку, он залпом осушил бокал. Янлинь в недоумении посмотрела на начальника, который выпил жадно вино залпом, словно жаждущий воды пустынный зверь. После чего, Тэкуми направил на ассистентку бесстрастный взгляд. Хмурое молчание повисло в гостиной, поэтому Янлинь поспешила прервать его и прояснить цель своего визита.

– Вы забыли лекарства… Я подумала, без них вам не заснуть, поэтому вот…

Янлинь достала лекарства из сумки и протянула ему. Тэкуми взглядом указал, куда их положить, наливая новую порцию вина в бокал, затем опустошив его как и в предыдущий раз

– Аптекарь сказал, чтобы вы следовали инструкции и соблюдали дозировку, – она добавила, застёгивая сумку. – Что же, я пойду… До свидание.

Янлинь понаблюдала секунду за тем, как Тэкуми хмуро наполняет бокал вином в очередной раз, не обращая внимание на её присуствие и повернулась к выходу. С того ни сего, ей в спину раздался звук бьющегося стекла а затем вовсе будто кто-то упал. Янлинь оглянулась, и увидела лежащего на полу концертмейстера, а рядом с ним осколки разбившегося бокала.

– Концертмейстер!

Янлинь кинув сумку на пол, бросилась к нему. Он оказался без сознания, но дыхание было глубокое и тяжелое. Янлинь не соображая что делать, оттряхнула осколки стекла подальше от него, подняла его голову уложила на свои колени. Пощёлкав пальцами возле его уха и не получив ответа, она слегка похлопала бледные щеки. Лицо концермейстера было измождённым, холодный пот выступал на лбу и шее. Не понимая что делать дальше, она аккуратно уложила голову концертмейстера на пол, затем встала, взяла за штанины домашней пижамы, пытаясь оттащить его к дивану, но он окозался слишком тяжёлым для неё. Положив его голову обратно на пол, Янлинь огляделась в поисках подушки. Она взяла диванную подушку и подложила под ноги концертмейстера, котрый по-прежнему остался без сознания. Янлинь, повозилась растирая ему конечности руками, пытаясь привести в чувство, затем проверила его дыхание. Концермейстер дышал, но его лицо было мертвечки изможенным и бледным. Янлинь взяла телефон, чтобы позвонить в скорую, когда ей прищло сообщение от Сюли. В итоге взяв телефон, она позвонила сестре.