Юки Онна – Токийская рапсодия (страница 11)

– Янлинь вздрогнула от услышанной истории, а в глазах появился молчаливый ужас.

– Она была красивой женщиной, – произнесла она прискорбно. Ей стало жаль концертмейстера, так как сама скучала сильно по родителям. На щеках Янлинь появились дорожки из слёз, она быстро вытерла их тыльной стороной ладони.

– Я не плакал, с тех самых пор, – его слова прозвучали тихо, – будто растерял все эмоции. Янлинь посмотрела на концертмейстера, который после душераздирающей истории заснул. Она налила воды в стакан и поставила на столик, убрала осколки бокала на полу, затем вышла из квартиры.

На часах было уже одиннадцать, когда добралась до работы. Зайдя в кабинет к сестре, она хотела поговорить о произошедшем, но Сюли не придала значения этому, сообщив что директор уже говорил о таких припадках концертмейстера. Сложилось ощущение, что никому не было дела до его душевных переживаний, всех волновало лишь его игра на скрипке.

– Но как же так? Он же тоже человек, хоть и своенравный, – обратилась к сестре Янлинь.

– Директор предупреждал об этом, я тебе тоже повторю, – сказала Сюли, – кто угодно, но только не концертмейстер, не сближайся с ним.

– Я и не собиралась! Мне просто стало его жаль! – Огрызнулась Янлинь сестре.

– Надеюсь он завтра придёт, иначе нам не выплатить неустойку.

– Когда я уходила, он спокойно спал.

– Никому в оркестре не говори о произошедшем, – сказав сестра вышла с кабинета.

***

Янлинь сидела на терассе книжного магазина, задумчиво перелистывая музыкальный журнал с изображением Тэкуми. Ей вспоминалось произошедшее утром.

– Не удивительно что он такой…

– Ты о ком? – Спросила подошедшая владельца книжного по имени Рей и поставила перед ней чашку капучино.

– Про своего босса, у него было трудное детство.

– Его били в детстве?

– Да, морально.

– Тебе жалко его? Ты же говорила он постоянно задирает тебя.

– Он поступает с другими так, как в детстве поступали с ним. Его не научили другому.

– Ты прям собаку на эту тему съела. Книжек начиталась про психов?

– Его мать покончила жизнь суицидом, тут и без книг всё понятно.

– Это ужасно, – улыбка Рей исчезла в мгновенье.

– Как думаешь, он может повторить ошибок матери в будущем?

– Он вроде не выглядит ведомым, – Рей посмотрела на его изображение.

– Он помешан на музыке. Скрипка для него всё.

– Думаю, он не такой, как его мать. В любом случае, будь с ним осторожна.

– Сюли сказала тоже самое.

– Она перестала заходить сюда, с тех пор как познакомила нас. Директор загрузил её работой?

– Да, они работают не покладая рук, – Янлинь произнесла едко. – Завтра ведь концерт, если концертмейстер не придёт, то меня уволят.

– Но ты не виновата. Это он причина твоих бед. – Рей ткнула пальцем в журнал.

– У него во всём виновата Лан Янлинь! Так раздражает!

– Это излишки его воспитания, ты же сама сказала так, – Рей засмеялась.

– Ты просто с ним лично не общалась. Он твёрдый сухарь. Но его музыка нечто волшебное.

– Помниться говорилось не сближаться с ним.

– Он даже не в моём вкусе! – Янлинь перевернула журнал с фотографией концертмейстера, чтобы не видеть его лица.

– Я прочитала очень много книг, в них написано, что от ненависти до любви один шаг.

– Не в этом случае! – Янлинь язвительно посмотрела на подругу.

– А кто этот загадочный, который оплатил такси? – Рей приняла удобную позу слушателя.

– Знаю, что зовут его Хару, на этом всё. Мне нужно домой. Нужно пережить завтрашний день. – Янлинь встала накинув на плечо сумку.

– Оденься завтра понаряднее, это же будет концерт классической музыки, – Рей дёрнула за край её футболки.

– Ты и Сюли так похожи. Я не люблю бутафорию. Мне нравятся комфортные вещи и люди. – Сказала она, выкинув журнал в мусорную корзину.

– К чему такие жестокости? – Рей крикнула ей вслед.

***

Следующим утром, Янлинь стояла возле кабинета концертмейстера, директор велел ей навести там порядок. Открывая дверь и заходя в кабинет она ужаснулась от картины происходящего в кабините. Было такое чувство, что кто-то намеренно устроил беспорядок, либо ночью произошло землятресение. В добавок к разбитой вазе и раскиданных по полу порванных бумаг, прибавилась и перевернутый шкаф с многочисленными музыкальными дисками, а так же ободранные постеры с изображением самого концермейстера.

– Тут что тайфун пришёлся?! – Спросила она полуободранный постер на стене с изображением Тэкуми. – Вы знаете, как из-за вас мне тяжело? Хотя откуда вам знать, что такое тяжёлая работа, – Янлинь буркнула в сторону начальника.

Усевшись на колени, она начала собирать скомканные бумаги а затем подметала осколки разбившейся вазы.

– Бедные цветы, – цокнула Янлинь подобрав с пола наполовину засохший букет из небесно голубых гортензий, которые даже после такого обращения с ними, остались красивыми, сохранив свой прекрасный оттенок. Поискав новую вазу, она поставила букет в неё, и вернула их на рабочий стол Тэкуми.

– Не обижайтесь на него. В детстве его не научили любить, – улыбнулась она цветам, поправляя бутоны.

Закончив уборку в кабинете, она направилась домой. Где к её удивлению была Сюли. Увидев как она ест лапшу, Янлинь вспомнила как стала свидетелем тайны сестры. Ей захотелось поговорить об этом с ней, чтобы прояснить всё лично, но затем передумала, решив что сейчас не время для выяснения семейных отношений, ведь впереди был тяжёлый день.

– Тебе повезло, – прошипела она себе под нос, переобуваясь в тапочки и удаляясь в гостиную.

– Ты что-то сказала? – Сюли прокричала ей с кухни.

– Приятного аппетита сестричка! – Сардонически она ответила.

– Янлинь, – Сюли зашла в гостиную, – давай сходим выберем тебе наряд на завтра? – Сюли села на диван рядом с ней, заглядывая в глаза сестры.

– Не хочу! Я устала, – она обняла подушку и уставилась на стену.

– Я оплачиваю! Ну же, давай пойдём! – Сюли схватила сестру за руки, в попытках стащить с дивана.

– Какая щедрость и в честь чего? – Янлинь неохотно поднялась.

– Простая сестринская забота, – улыбнулась Сюли.

Девушки стояли в магазине возле множества вешалок. Сюли безостановочно крутилась возле кофточек, юбок и платьев, прикладывая их прям на вешалке к Янлинь.

– Вот! Это что надо! – Радостно она сказала, показывая сестре небольшое чёрное элегантное платье.

– Я не люблю такое! – Возмутилась Янлинь, но сестру было не остановить, она за руку ввела её к кассе, где расплатившись вручила ей пакет с обновкой. – Пустая трата денег! Всё равно не буду носить! – Янлинь настаивала на своём.

– Не веди себя так. Разве ты не обязана соблюдать дресс-код работе? Одеваешься будто студентка а не ассистентка концертмейстера. – Сюли сделала замечание сестре.

– Я работаю тут ради музыки а не чтобы устраивать показ мод.

– Хватит, ты не школьница и не в музыкальной школе работаешь. Ты работаешь в токийском симфоническом оркестре. Завтра будет столько журналистов, им только повод дай гадость написать. Нельзя им доставлять подобного удовольствия! – Янлинь сдалась перед напористостями сестры забирая у неё платье. Довольная Сюли повела сестру в другой отдел магазина, где продавались различные украшения.

– Ну а это к чему? – Янлинь устало обратилась к сестре, которая с вожделением рассматривала серьги.

– Смотри! Идеально! Берём! Будет отлично сочетаться с твоей бледной кожей, – улыбнулась Сюли.