Юхан Теорин – Санкта-Психо (страница 45)
Ян улыбается, но ни Ханна, ни Андреас не улыбаются в ответ.
— Все в порядке?
— Вообще-то да. — Андреас пожал плечами. — Только у нас будет какое-то собрание.
— Собрание сотрудников, — вставляет Ханна.
— Обычное собрание? Поднять самочувствие и настроение?
— Не знаю… не думаю. Что-то другое.
Андреаса, похоже, предстоящее собрание не интересует. И Ян тоже пытается соорудить равнодушную мину. Он снимает куртку, искоса поглядывая на Ханну. Ее голубые глаза настолько же красивы, насколько непроницаемы и холодны. Но она почему-то их отводит.
Через четверть часа все расселись в воспитательской. Все, кроме Марии-Луизы. Она стоит лицом к ним с прямой, как всегда, спиной и крепко сжимает ладони.
— Нам надо кое о чем поговорить, — заявляет она, — и это очень серьезно. Как вы знаете, здесь, в «Полянке», мы придаем огромное значение правилам безопасности, но они, как оказалось, у нас не действуют… — Она выдержала паузу. — Я пришла на работу в семь… и что я увидела? Дверь в подвал не только не заперта, она открыта чуть ли не настежь.
Мария-Луиза обводит глазами сотрудников. Ян прилагал все усилия к тому, чтобы у него не начали бегать глаза.
— Ханна, мы с тобой уже говорили на эту тему… ты сказала, что не знаешь, как это могло произойти.
Ханна согласно кивает. Глаза ясные и невинные, взгляд твердый и честный. Ян мысленно ставит ей пятерку.
— И в самом деле что-то очень странное с этой дверью, — говорит она. — Я точно знаю: когда я прилегла, дверь была закрыта.
Мария-Луиза пристально смотрит на Ханну:
— Ты уверена?
Ханна отводит взгляд. Буквально на полсекунды.
— Почти.
Мария-Луиза вздыхает и безнадежно вздергивает плечи — ну что тут сделаешь!
— Эта дверь должна быть заперта всегда.
Настроение у всех подавленное. Ян смотрит на Марию-Луизу и пытается лихорадочно вспомнить: неужели это он забыл запереть дверь, когда вернулся назад?
— Привет, граждане! — Тяжелое молчание нарушает веселый тонкий голосок.
Мира. Стоит в дверях и улыбается во весь рот, нисколько не стесняясь выпавшего переднего зуба. Она только недавно выучила новое слово:
— Привет, Мира. — Мария-Луиза изображает материнскую улыбку. — Мы сейчас придем. Нам, взрослым, надо немного поговорить…
— Но Вилле и Валле пора спать! Им же надо постелить!
— Ян, — тихо говорит Мария-Луиза. — Пожалуйста, уложи Мириных кукол.
— Конечно!
Повезло. Он все время чувствует эту тонкую нить лжи и тайны, натянутую между ним и Ханной, и боится, что кто-то может ее обнаружить.
— Привет, гражданин!
— Еще раз привет, гражданка Мира!
Мира, похоже, очень довольна, что именно Ян пришел к ней в спальню. Они садятся на корточки у ее кроватки, Ян достает двух кукол и укладывает под одеяло. Здесь ему хорошо. Он устраивает одеяло так, чтобы кукольные тряпичные головки высовывались наружу, ладонями расправляет складки на простыне… но думает все же о другом.
Если он и в самом деле забыл закрыть дверь, это серьезная ошибка. Таких ошибок в дальнейшем допускать нельзя — тогда наверняка поставят камеру наблюдения.
— Вот так… Довольна, гражданка Мира?
Девочка с энтузиазмом кивает, наклоняется над постелью и по очереди гладит кукол по голове, после чего засовывает палец в нос и смотрит на Яна.
— А что хотел дяденька? — спрашивает она ни с того ни с сего. — Он хотел забрать Вилле и Валле?
Ян оцепенел:
— Какой дяденька?
Мира вынимает палец из носа:
— Дяденька… который здесь был.
— Никакого дяденьки здесь не было.
— Был-был, — уверенно заявляет Мира. — Я его сама видела. Когда было темно.
— Ты хочешь сказать, ночью?
Она кивает и показывает на ножной конец своей кроватки:
— Он стоял вон там.
Ян пытается собраться с мыслями.
— Тебе приснилось, — говорит он наконец. — Этот дяденька тебе приснился.
— Не-а!
— Да, Мира. Ты же спишь иногда, и тебе снится то, чего на самом деле нет… например, тебе же снится иногда, что ты играешь в прятки, а на самом деле лежишь и спишь в своей кроватке?
Она задумывается. Такая мысль ей в голову не приходила. Подумав, она кивает.
Слава богу, убедил. Кто бы теперь убедил его самого. Посторонний в детской спальне!
— Ну вот и хорошо. Боюсь, мы мешаем Вилле и Валле спать.
Они выходят из спальни. Мира скачет впереди на одной ножке и, похоже, уже забыла ночное приключение.
Но Ян-то не забыл. Он возвращается в воспитательскую, но там уже никого нет. Только Андреас у мойки споласкивает свою чашку из-под кофе.
— Закончили?
— Ну.
— И к чему пришли?
— Да так… ни к чему. Дверь надо запирать. И самим запирать, и за другими следить, чтобы не забывали.
— Мудрое решение.
Ян слышит хлопок наружной двери и бросает взгляд в окно.
Ханна. Идет быстрым шагом по двору, на ходу застегивая куртку. Ночная смена закончена.
Ну нет. Он быстро натягивает сапоги и догоняет ее у калитки:
— Ханна?
Она останавливается и смотрит на него, как на незнакомого:
— Я иду домой. Что случилось?
Ян оглядывается — во дворе никого нет. Но все равно надо быть осторожным.
— Мире снятся кошмары.