Ёся Джинн – Тайна берестяной грамоты (страница 2)

– С чего ты взял?

Мы продолжили разговор уже сидя в машине.

– Видишь ли, этот профессор, давний мой друг и товарищ. Так мне его жена позвонила, после того как ей сообщили.

– Когда вы всё успеваете? Ещё рабочий день толком не начался, а все всё знают и всем всё рассказывают, кроме меня!

– Таки я для чего к тебе сразу приехал? Именно для этого! Чтобы рассказать, почти из первых уст, что произошло и кто виноват.

– Блин! Я зачем еду, если преступление раскрыто по горячим следам? Что мне тогда делать в институте, поехали к горем убитой матери, бедной девочки!

– Какой матери? Что за девочка? – спросил Константин.

– Слава тебе Господи, хоть это не знаешь! И это радует! Чует моя пятая точка, что ненадолго!

Пока мы мило переговаривались не заметили как пробрались по пробкам до института. Машину пропустили на закрытую стоянку, место нашли рядом со входом. Навстречу нам бежал какой-то лысый толстячёк, обливаясь потом и вытирая лоб голубым клетчатым платком.

Глава 2 Колобок, колобок, я тебя съем

– Здравствуйте, Константин Тимофеевич! – звонким высоким голосом поприветствовал колобок профессора. – Такое горе! Такой пердимонокль! Полная эпидерсия!

Я вышел вперёд Константина, показал развёрнутое удостоверение:

– Следователь СК, Лев Валентинович Ирген, а вы кто будете? Представьтесь пожалуйста!

– Извините! Да, конечно, – мужчина близоруко прищурившись посмотрел на документ и протянул пухлую ладонь, произнёс противным голосом: – Колобков Акакий Нестерович, заместитель ректора по связям с общественностью, а также профессор по истории Дальнего Востока и стран АТР.

– Проведите нас на место преступления. – попросил я.

– Почему “преступления”? Так разве он не сам это, того? – мужчина сделал жест рукой как будто выпил что-то. – Яду хлебнул?

– Вот прям яду и сразу хлебнул? Ни с того, ни с сего? Записку-то хоть написал? Тип: “в моей смерти прошу винить Клаву К”?

– Клаву? – приостановился толстяк и завис. – Вы думаете это она?

– Кто она?

– Ну, Клава, только её фамилия не на К, на О…

– Вы, любезнейший, про какую Клаву говорите? – мы с Константином остановились.

– Про Клавдию, жену Орлова. Она Орлова, это же на О, а не на К…

– Н-да… Я вообще-то про кино… Ладно, забудьте! Ваша версия тоже имеет место быть! Проверим, алиби, мотив, возможность… жена, говорите?

– Ой, да нет! Что вы! Клавочка здесь ни при чём! Это добрейшей души и милейший человек! Да и зачем ей? Муж её обеспечивает, по курортам возит, ой возил…

– Милейшие, добрейшие, курорты, моря, океаны – иногда мы видим только верхушку айсберга, что там твориться за дверью, когда все зрители ушли? Вы же не знаете.

Колобков привёл нас в просторный кабинет. Группа заканчивала осмотр места преступления. Медэксперт упаковывал свой чемоданчик.

– Доброе утро. – поздоровались профессора с оперативниками.

– Да уж, кому-то совсем не доброе. – отозвался эксперт.

Я поздоровался кивком головы.

– Что скажете, док?

– Отравление на лицо. Время смерти из-за кондиционера не точно, но примерно около полуночи. Чем отравили покажет вскрытие. Такое ощущение, что его нашпиговали разными ядами, да ещё и по голове ударили. Но не смертельно, оглушили. Тело забрать можно?

– Да, только сам сейчас гляну поближе. – я подошел к столу. – Что пропало из кабинета, выяснили?

– Пропал рабочий ноутбук, про остальное не ясно. Видите какой хаос устроили.

– Отпечатков много?

– Да, уж, хватает! Год идентифицировать будем и отсеивать… пол института ходило сюда чай пить. Студенты тоже, табунами роились…

– Профессор у нас очень общительный… был… – запнулся Акакий Нестерович. – Про ноутбук, это я сказал, у всех обычные стационарные компьютеры, некоторые пользуются, для удобства, своими ноутбуками. Аркадий, везде ходил с ним. Я сумку не вижу. Она обычно на окне лежала.

– Кто бы сомневался… Чем таким важным занимался ваш профессор? За что могли убить и забрать ноут? Может что-то открыл и держал в секрете, или компромат собирал? – предположил я с ноткой иронии.

– Что вы, какие у нас открытия, тем более, секреты? Про компромат вы конечно пошутили?

– В каждой шутке, есть доля шутки – остальное всё правда! – заметил я, поднял указующий перст в направлении к небу.

– Не обращайте на него внимание! – подал голос мой друг. – Конечно он шутит, но иногда он бывает прав и самые невероятные и абсурдные на первый взгляд версии часто выстреливают.

– Ничего нельзя сбрасывать со счетов… Мне кажется, я всегда говорю эти слова, как по шаблону… – чертыхнулся я. – Как медики – по скрипту! Константин Тимофеевич, вы хорошо всё посмотрели? – я сделал акцент на слове “хорошо”, Кот меня понял и утвердительно кивнул головой.

– Более чем…

– Господин Колобков, когда вы сможете сказать какие документы пропали, точнее?

– Думаю, его помощник, аспирант и протеже, Дмитрий Ковалёв.… кстати где он? – Акакий огляделся, увидел возле двери снаружи парня и поманил жестом.

К нам подошёл худющий, молодой мужчина в строгом, отутюженном костюме, темносинего цвета и белой рубашке.

– Что вы хотите? – не поздоровавшись, спросил красаФчеГ, глядя на Акакия Нестеровича сверху вниз. Этот взгляд был не из-за разницы роста, он излучал превосходство и извергал (если можно так сказать) пренебрежение и даже брезгливость, как показалось мне. Может и не показалось. Кругленький лысый профессор, сжался, стал плоским и по порозовевшей лысине потекли струйки пота.

“Как удав на цыплёнка” – промелькнула у меня мысль. Почему-то стало жалко Акакия. Мне захотелось вбить этого тощего человека как гвоздь, по самую шляпку в пол, чтоб не зазнавался. Аспирант, а ведёт себя как “властелин колец”… какая власть у него может быть?

Акакий Нестерович, собрался и в полуприседе полушёпотом спросил:

– Вы не знаете, что-нибудь кроме ноутбука пропало из кабинета?

– Ничего! – сухо ответил Дмитрий, сморщив нос.

– Как вы в таком беспорядке смогли определить всё ли на месте? – спросил я и посмотрел пренебрежительно на этого червя. Благо мой рост позволял это сделать легко, я был выше дрыща почти на голову.

И тут он, что называется, потёк:

– Э, ну, я, это, мне кажется… тут и воровать нечего было. Вся важная информация, если она и была то в компьютере, точнее в ноутбуке… – Ковалёв блеял и слегка подёргивался.

“О, как всё запущено! – подумал я, внимательнее приглядываясь к странному худому надменному помощнику, – глазик-то дёргается, коленки подгибаются, ручки трясутся… “

Вслух спросил:

– Когда вы сможете стопроцентно сказать мне, что ничего не пропало?

– З-з-завтра… – промямлил он.

– Замечательно. Вот мой телефон. Позвоните. Если у вас взяли отпечатки пальцев, можете быть свободны.

Аспиранта сдуло ветром, как и не бывало.

– Странный тип… – произнёс Константин. – Приглядись к нему…

– Акакий Акакиевич, ой, извините, Нестерович, вы можете подробнее рассказать мне об этом помощничке? – вежливо и мягко спросил я.

– Да, да, конечно, когда изволите.

Тело несчастного Аркадия Орлова уже унесли. Ребята заканчивали осмотр. Я попрощался с группой и повернулся к своим профессорам:

– Где здесь можно в тишине попить кофЕю…

– У меня в кабинете. Пройдёмте, пожалуйста! У меня есть вкуснейший кофе и печеньки найдутся! – он покатился по коридорам и ступеням, а мы с Константином Тимофеевичем, Котом, еле поспевали за ним.