Ёсими – Хэллгейт: семья (страница 40)

Однако Алекс каким-то образом всё равно докопался до правды. Пусть до той, которую ему было позволено знать — но докопался.

У двери кабинета Джин, идущая первой, на миг замерла, оглянулась, точно сомневалась: а стоит ли просить о помощи? Стэши кивнула.

— Ты занят?

Алекс с усилием оторвался от очередной папки и поднял голову. Увидев Джин, он чуть изогнул губы в приветственной улыбке, но затем его взгляд скользнул ей за спину. Лицо точно окаменело.

— Не очень, — процедил он. — Что случилось?

Они протиснулись в кабинет. Джин села на шаткий стул в углу, Стэши, не найдя второго, замерла рядом с ней. Пальцы нервно стиснули спинку в потёртой обивке. Хотелось отболтаться, подождать снаружи — но уйти сейчас значило сдаться и, возможно, даже признать, что подозрения Алекса вполне обоснованы.

Стэши даже сумела выдавить подобие усмешки. Мелочь, но хоть что-то.

— Тут одну любопытную ведьму вчера занесло в «Луизианский приют» по приглашению Юджины, — сказала она. — И ковен, похоже, увяз в каком-то дерьме по самые уши. Нам нужно проникнуть туда и взять с собой Райли, потому что только он видит призраков, а их там, похоже, полно.

Ручка, которую до этого Алекс растерянно вертел в пальцах, хрустнула.

— Ты хочешь влезть на территорию ведьм? — спросил он таким тоном, будто ослышался. — И потащить с собой Грэма? Нас поубивают.

— Сказал человек, который успел покрасоваться перед общиной в костюме Дракулы.

— Это другое.

— То же самое, — отрезала Стэши.

Алекс упрямо поджал губы. Она почувствовала, что теряет терпение: ещё немного — и чаша даст трещину, а через край хлынет ярость. Так разговора не получится.

Если бы он только не мотался в Новый Орлеан. Если бы только…

— Пойми, — Джин с беспокойством оглянулась на Стэши и, видно, поспешила разрядить обстановку, — Верховная что-то скрывает. В «Приюте» проводили эксперименты, там держали людей. Никто не вернулся живым.

— С этого стоило начать.

Алекс мгновенно посерьёзнел и потянулся к ветхому стеллажу, полному бумаг.

— Вот здесь, — на стол с грохотом упала папка в твёрдой тёмно-синей обложке, — все пропавшие люди за последние тридцать лет. Нас интересуют, я так понимаю, лет десять. Знаешь хоть одно имя?

— Хелена Кларк. Диего Торрес. Вероника…

— Погоди, погоди. Торреса я помню.

Отыскав нужное дело, Алекс положил перед ними фотографию. При жизни Диего Торрес был чертовски хорош и едва ли разменял тридцатилетие, прежде чем бесследно исчезнуть. Стэши залюбовалась разлётом бровей, точёными скулами — проклятие, да в столице парня оторвало бы с руками любое модельное агентство. Впрочем, кем бы ни хотел стать Торрес, у него не вышло.

— Твой призрак выглядел так?

— Понятия не имею, — отозвалась Джин, с усилием отводя взгляд от снимка. — Они все говорили со мной. Просто писали на зеркале, никто не показывался.

С терпением, достойным самого Будды, она пересказала Алексу всё то, что уже успела обсудить со Стэши. Чем дольше Джин говорила, тем заметнее он мрачнел — понял, видимо, что в «Приют» всё-таки придётся лезть.

Глядя на его озадаченное лицо, Стэши горько улыбнулась: теперь-то ты понял, в какую задницу мы угодили. Какой бы эффектной ни была выходка на хэллоуинской вечеринке, Алекс будто недооценивал масштаб катастрофы — или, напротив, видел его слишком ясно и потому решил демонстративно игнорировать. Мол, меня ни во что не ставят ни вампиры, ни ведьмы, а потому я буду жить так, словно каждый день — последний.

Глупо. Может, и действенно, но до чего же глупо.

— Позвони Рэй, — посоветовала она. — Может, она подскажет что-нибудь…

Алекс по-прежнему старался не смотреть на Стэши, набирая номер, но всё-таки перевёл телефон в режим громкой связи.

— Тёрнер.

— Нолан, — ответил он безо всякого выражения. — Не хочу отвлекать, но у нас тут полная жопа.

Джин повторила свою историю ещё раз, и было слышно, как Рэйлин резко выдохнула, стоило ей услышать о похищенных людях и о том, что Сил заперла их в подвале «Луизианского приюта».

— Погоди, — её голос звучал теперь совершенно иначе. — Кларк, ты уверена? Хелена Кларк?

— Да.

Не сразу, но Стэши всё же поняла, что слышалось в голосе Рэйлин: злость. Та самая, что вела сегодня и её саму, и — наверняка — Алекса. Тщательно подавляемая, однако в итоге проступившая на поверхности.

— Хелена была моей подругой. Я сама искала её.

— Мне очень жаль, — вклинился Алекс.

— Сейчас это не важно, — с лёгким раздражением отозвалась Рэйлин. — Проблема в том, что вам в любом случае придётся вернуться туда. Иначе никак.

— Альтернатив точно нет?

— Один из нас, — Стэши повысила голос, — уже успел перейти дорогу и ковену, и общине. Ещё один промах мы можем и не пережить. Что раньше делали с проблемами, которые касались и ведьм, и вампиров?

На миг в кабинете воцарилась полная тишина, давящая и напряжённая. Затем Рэйлин проговорила:

— Подобные вопросы решал Шон Хьюз. Выступал третьей стороной, способной урегулировать конфликт. Полагаю, теперь можно обратиться с этим к мэру.

И снова мэр. Стэши не сомневалась: последнее, чего желает Блейк Александер — связываться с общиной или ковеном. Скорее всего, он удавится, только бы не вмешиваться в конфликтную ситуацию.

Однако он всё равно был им нужен. Как ни старалась, Стэши не могла выбросить из головы, что мэр зачем-то встречался с Коннором. Спроси напрямую — и наверняка скажет, что приезжал привести в порядок машину, но ведь для этого есть водитель. Не может быть, чтобы такая важная шишка потащилась к механику сама, отложив на потом все дела.

— Боюсь, наш мэр трусоват для таких вещей, — сказала Стэши вслух.

Рэйлин коротко рассмеялась.

— Да уж, спорить не буду. Но мне пора. У вас есть два варианта, как видите, так что сами выбирайте, что лучше.

Или что безопаснее. Но вписывается ли в их ближайшее будущее безопасность как таковая?

Вероятно, не очень.

Когда Рэйлин отсоединилась, Джин не сдержала судорожный вздох. Она выглядела напуганной — серьёзно напуганной, — и Стэши догадывалась, что сама со стороны смотрится немногим лучше.

— Мы не пойдём к мэру, да? — спросила Джин обречённо.

Алекс покачал головой.

— Вечером должен выйти Грэм. Узнаю, кто может его заменить, и попрошу не приходить в участок — встретимся сразу у его дома. Грэм живёт недалеко от «Приюта».

— А они с Юджиной правда родня? — спросила Джин.

— Вроде как. Она ему то ли троюродная сестра, то ли троюродная тётка… — развёл руками Алекс. — Не разобрался, честно.

На долю секунды они со Стэши встретились взглядами, и он с явным недовольством отвёл глаза.

— Слушайте, если вы закончили… Не хочу никого гнать, но у меня ещё полно работы.

«Разумеется, — хотелось сказать ей. — Полно работы. Ты просто удавишься, но не признаешь, что совершил ошибку, когда решил копаться в жизни человека за его спиной, и сейчас хочешь остаться один, чтобы этот самый человек не стоял у тебя над душой. И как, окупилось оно хоть на цент?»

Стэши промолчала и безропотно позволила Джин взять её под руку и вывести из кабинета.

В горле застрял тугой комок.

Дом, в котором жил Райли Грэм, был маленьким и светлым, с обшарпанными стенами и нелепым граффити у самого окна. В чуть расплывшемся кривоватом рисунке не сразу, но всё-таки узнавался попугай.

Грэм вышел им навстречу в потрёпанных тренировочных брюках и джинсовке. Сейчас он был совсем не похож на полицейского — скорее на того довольного жизнью парня, которого Стэши видела на вечеринке общины.

— Мы столько раз сталкивались, — мягко сказал он, глядя на Джин, — а случая представиться всё не было. Райли.

— Джин.

— Это ведь ты живёшь в доме Дельфины? Опасное место. Много теней.