Ёсими – Хэллгейт: семья (страница 42)

Никто не ответил.

Ступая по тихому, точно заброшенному «Луизианскому приюту», Стэши боялась лишний раз вздохнуть — и знала, что остальные чувствуют то же самое. Спина Алекса перед ней окаменела, Джин позади то и дело бормотала что-то, отдалённо напоминавшее молитву — вот уж от кого не ожидала… Только от Грэма, который замыкал цепочку, будто волнами исходило спокойствие.

Возможно, он просто знал: если Юджина изловит их здесь, его придётся отпустить живым — всё-таки родственник. Но Стэши сомневалась, что в этом случае родная кровь будет значить хоть что-нибудь.

Ковен так тщательно защищал свои секреты от живых — тем ироничнее, что приоткрыть завесу тайны пожелали мёртвые. Однако наверняка и с призраками можно было сделать нечто ужасное, иначе те не молчали бы столько лет.

— Направо, — прошептала Джин. — Дальше вниз по лестнице.

У двери подвала она шагнула вперёд первой, махнула Алексу, чтобы тот подсветил — и осторожно вставила в замок шпильку.

— Надо же, — Грэм не сдержал смешок, который в тишине «Приюта» показался невыносимо громким. — Выходит, этим и без меня есть кому заняться.

— Зато духов без тебя точно никто не отыщет.

— А жаль.

Горечь в его голосе была такой явной, что Стэши стало не по себе. Как же, наверное, это сводит с ума — видеть тени с самого детства и не иметь никакой возможности отделаться от них, когда они летят к тебе мотыльками, завороженными пламенем.

Они спустились вниз. Джин оглядела подвал, недовольно поморщилась и распахнула шкаф — внутри не было ровным счётом ничего.

— Проклятье, — выплюнула она со злостью. — Надо было свалить отсюда раньше, чтобы Сил не видела…

— Зачищено?

— Ещё как. Вот здесь были те блокноты, про которые я говорила… А тут стояло зеркало. Ни хрена нет!

Стэши не нашла подходящих слов и просто хлопнула её по плечу. Разочарование стыло где-то глубоко внутри болотной мутью: столько тащиться сюда — и ради чего? Естественно, если тут и было что-то подозрительное, ведьмы всё уничтожили.

— Райли, — повернулась она к Грэму, — с вещами ясно. Есть ли тут духи?

— Пока не чувствую. И не вижу… Погоди, как-то странно.

— Что странно?

Он прижал палец к губам, и Стэши послушно умолкла. Джин и Алекс отступили к стене, одним своим видом давая понять, что Грэм может осматриваться здесь сколько душе угодно.

Тишина, покинувшая было это место, сделалась совсем невыносимой.

Грэм шагнул в центр комнаты, вскинул голову. Во всей его позе — раскрытых ладонях, слишком уж беззащитной шее — чувствовалось что-то уязвимое. Должно быть, он давал теням понять, что не причинит им вреда.

— Я знаю, ты здесь, — произнёс он вдруг. — Выходи. Никто не убьёт тебя.

Несколько долгих, ужасающе долгих секунд не происходило ничего — а потом Грэм заговорил снова, но голос, в мгновение ставший тоньше и выше, явно принадлежал кому-то другому.

— Они убьют м-меня. Остальных уб.. убили.

Стэши чудом подавила вскрик. Она впервые видела, как дух использует кого-то в качестве сосуда, и зрелище это было довольно жутким. На первый взгляд Грэм выглядел ровно так же, как и всегда, однако…

Он повернулся к ней — почуял страх, должно быть. Глаза были совершенно белыми, губы растянулись в широкой, неестественной улыбке.

— Как тебя зовут? — спросила Стэши так тихо, что и не рассчитывала на ответ. Но дух всё же услышал — и заулыбался ещё шире.

— Я Билли. Т-та тётка, Сесилия, прикончила всех. Смог… спрятаться.

Дух умершего Билли, кем бы тот ни был при жизни, с трудом выталкивал слова из горла Грэма. Но, по крайней мере, бежать он точно не собирался — и это вселяло надежду на то, что они смогут добраться до правды.

— Что ведьмы хотели от вас? — вступил Алекс.

— Ха.. Помойные крысы… Переплавляли нам м-мозги, вот чего… хотели.

— Переплавляли?

— Есть… ритуалы, — улыбка наконец исчезла с лица Грэма. Знакомые черты исказила безумная, почти нечеловеческая ярость. — Ты забываешь своих… б-близких. Помнишь лишь то, что должен с… сделать. Повинуешься.

Помедлив, Стэши сделала маленький, осторожный шаг ему навстречу. Она почти физически ощущала, как в теле Грэма клокочет чужой гнев, и пусть ни черта не смыслила в общении с духами, но полагалась на интуицию. А та подсказывала, что если не успокоить Билли, никто из них отсюда не выйдет.

— Это позади. Всё уже позади, Билли.

Уголок рта Грэма дёрнулся вверх, задрожал, на воротник потекла тонкая прозрачная нить слюны. Он — явно он сам, — силился вернуть контроль над телом и что-то сказать, но Билли не пускал.

— Когда это началось? — Стэши тщетно пыталась говорить спокойно. — Когда вас стали похищать для этих… экспериментов?

— Восемь лет н-назад.

— Восемь… Но тогда Верховной была Афина, — возразила Джин. — Она бы не допустила подобного!

Билли как-то сухо, по-стариковски захихикал. Он ничего не добавил, но ясно было и без слов: Афина Гудвин просто не догадывалась, что Сесилия и Юджина творили под самым её носом.

Именно тогда, наверное, Юджина и начала продумывать, как занять место Верховной… Стэши нахмурилась: тут что-то совсем не складывалось, ведь Афина отказалась от титула добровольно. Тогда все эти игры с чужим сознанием могли и не пригодиться вовсе.

Хотя так ли важно, какую цель преследовать, если в твоём распоряжении послушные, готовые исполнить любой приказ марионетки? Их можно и придержать до лучших времён.

Стэши заметила, что Билли ни разу не назвал имя Юджины. Даже если эксперименты и были её идеей — а кому ещё подчинялась Сил? — прямое подтверждение не прозвучало. Досадно. Похоже, чёртова сука подсуетилась как следует и воздействовала на бедолаг так, чтобы они никогда не сумели на неё указать.

Из обеих ноздрей Грэма вдруг потекла кровь, и он, покачнувшись, упал на колени. Алекс бросился к нему, но тот вскинул голову так резко, что шейные позвонки громко хрустнули.

— Н-не вздумай, — выплюнул Билли. — Сп… сперва договоримся!

Стэши и Джин быстро переглянулись. Ну да, только сделок с призраком они ещё не заключали. Едва покажется, что нельзя закопать себя ещё глубже, кто-то берёт лопату и бросает сверху пару свежих гостей земли.

— Мои к… кости. Найдите их. Н-не хочу… огорчать маму. Пустой гроб. Знаю, она… Она плакала.

— Найдём, — ответил Алекс быстро. — У тебя есть наше слово. Теперь отпусти его, Билли.

Они по-прежнему что-то упускали, но что? Стэши сжимала кулаки так, что ладони уже ныли, но боль не отрезвляла. Слишком много всего обрушилось на них за один вечер. Новость о выжившем Хьюзе, проникновение в обитель ведьм, встреча с настоящим духом… У неё голова шла кругом.

— Погоди, — вспомнила она вдруг. — Билли, среди вас был человек по имени Коннор Джонс?

— А т-то! Обещал… меня п-покатать на тачке. Но я т-тогда уже… уже умер. Говорил с-с-с… ним через зеркало.

Она едва удержалась от того, чтобы рассмеяться в полный голос. Теперь понятно, почему той ночью Коннор казался обезумевшим. Видно, Юджина преуспела в работе с чужим мозгом, но этого оказалось недостаточно, чтобы сохранить рассудок. Коннор что-то сделал для неё, а потом либо не сумел освободиться от влияния, либо… что? Возможно, его сознание просто не выдержало такой нагрузки.

Красиво придумано, ничего не скажешь. Таким образом чужими руками за тебя могут сотворить всё что угодно, а твоя задача — лишь проконтролировать, чтобы марионетка продержалась в здравом уме столько времени, сколько потребуется.

Грэм качнулся вперёд и упал бы лицом вниз, не подхвати его Алекс в последний момент. Он был бледен как смерть и явно ослаб, и на несколько коротких мгновений Стэши задумалась, в какой заднице они окажутся, если кто-то из ведьм ворвётся сюда. Сбежать с человеком, который едва держится на ногах, просто невозможно.

Но, так или иначе, до сих пор их никто не заметил — и это казалось подозрительным. Стэши подозревала, что ведьмы расставили ловушку, в которую они ещё не угодили лишь по счастливой случайности. Или угодили, но не знают об этом — ведь бывают же, кажется, отсроченные проклятия…

— Давайте убираться отсюда, — просипел Грэм с трудом. — Повезло, что он всего один.

Алекс и Стэши подхватили его под руки, повели к выходу. Джин с фонариком ступала впереди. Его луч то и дело мигал, грозя вот-вот исчезнуть. Оставалось только верить, что он протянет ещё немного: «Луизианский приют» и без того ощущался как чертовски недружелюбное место, а уж погружённый во тьму… Стэши не хотела проверять, что будет, если фонарь погаснет.

— Когда мы только пришли сюда, ты сказал про что-то странное, — спохватилась она, — что?

— Здесь было чуточку слишком тихо, если ты понимаешь, о чём я. Обычно присутствие теней ощущается за пару десятков метров. Этот дом казался мёртвым. Абсолютно пустым. Я и Билли-то почувствовал с трудом — только потому, что он сам решил показаться.

— Он говорил, что Сесилия… убила всех.

— Да, — Грэм едва заметно дёрнул головой, — развоплотила. Обычно теням позволяют упокоиться, но Билли говорил об убийстве. Значит, от них вообще ничего не осталось.

Стэши подавила желание обыскать «Луизианский приют» до самой крыши, найти Сил и разрядить револьвер ей прямо в лицо. Эти мрази из ковена возомнили о себе слишком много. Мало того, что они похищали людей, пытали их, подвергали их рассудок какому-то ритуалу снова и снова, так ещё и отказали в упокоении. Она впервые соприкоснулась с миром духов, но на месте этих людей желала бы совсем иного посмертия.