Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 3. Стойкость (страница 24)
— Подобное как раз в стиле нынешнего руководства Союза. На словах они превозносят демократию, а в действительности — игнорируют законы и правила, превращая их в пустые оболочки. Это опасный способ ведения дел, и так не может продолжаться долго. Как раз из-за того, что их власти сами не уважают закон, общественные нормы в Союзе столь непрочны. Государство на грани краха.
— Даже если так, они должны сами решать свои проблемы, — кисло произнёс Руперт Кессельринг. — Нам не стоит о них беспокоиться. Когда кто-то наследует состояние, не имея собственных способностей, он должен пройти соответствующее испытание. И если не выдержит его, то его ждёт разрушение. Это относится не только к династии Гольденбаумов…
Рубинский, ничего не говоря, постучал пальцами по столу.
Глава 5: Следственная комиссия
9-го марта Яну Вэнли на Изерлон был доставлен приказ правительства Союза Свободных Планет о вызове его в столицу.
Приказ поступил непосредственно от председателя Комитета обороны, и Ян, преобразовав файл текст, провёл следующие пять минут, уставившись в табличку, на которой он отображался. Наконец он заметил, что Фредерика Гринхилл с беспокойством смотрит на него, и улыбнулся ей.
— Я получил приказ. В нём говорится, что мне нужно прибыть на Хайнессен.
— Для чего?
— Чтобы предстать перед «следственной комиссией». По крайней мере, так говорится в приказе. Не знаете, что это может означать, лейтенант? Я никак не могу вспомнить.
Фредерика чуть свела свои красиво очерченные брови.
— Я знаю об обычных судах и военном трибунале, но ни в Хартии Союза, ни в военном кодексе нет никаких упоминаний про «следственную комиссию».
— Ага… Значит, это что-то, выходящее за рамки обычных законов.
— Или, если перефразировать, нечто надуманное, не имеющее правовой основы, — Фредерика, с её феноменальной памятью, наизусть знала все основополагающие документы Союза.
— Вы правы. Но тот факт, что это идёт от председателя Комитета обороны, означает, что всё абсолютно легально. Похоже, мне придётся отправиться на эту ярмарку тщеславия.
Несмотря на то, что он родился на Хайнессене, название планеты вызывало в голове Яна унылую картину: это был очаг интриг и силовых игр сторонников Трюнихта.
Как бы то ни было, в своё отсутствие он мог оставить командовать на Изерлоне лишь одного человека. Ян вызвал к себе контр-адмирала Алекса Кассельна.
Узнав о полученном приказе, Кассельн нахмурился, но, конечно, он не мог сказать Яну, чтобы тот не летал в столицу.
— Что бы ты ни делал, будь осмотрительным, — сказал он. — Убедись, что не даёшь им никаких зацепок.
— Знаю. Позаботишься о крепости, пока меня не будет?
Бригадный генерал Шёнкопф, начальник службы безопасности крепости, тоже не слишком хотел отпускать своего командира:
— Вы ведь будете принимать все меры безопасности? Я бы с радостью возглавил вашу охрану лично, если вы…
— Не нужно перегибать палку. Мы ведь не на вражескую территорию пробираемся. Просто дайте мне одного человека, которому я мог бы доверять.
— Так уж вышло, что вы как раз сейчас разговариваете с умным и храбрым воином.
— Если я заберу с собой начальника службы безопасности, то могут возникнуть проблемы. Нет уж, оставайтесь здесь и помогите Кассельну. Юлиана я тоже с собой не беру. Я решил ограничиться минимально возможным числом людей.
В качестве транспорта Ян выбрал крейсер под названием «Леда II» вместо своего флагмана «Гипериона», а также эскортом из десяти эсминцев, который должен был проводить его лишь до выхода из Изерлонского коридора. Ян не желал создавать видимости, что он, командующий огромными воинскими силами, пытается запугать правительство. В его положении приходилось принимать во внимание множество подобных утомительных вещей.
Охранником, рекомендованным Шёнкопфом, оказался прапорщик по имени Луи Машунго. С глянцевой чёрной кожей, плечами толщиной с бедро Яна, широченной грудью, твёрдой челюстью и очаровательно-круглыми светло-карими глазами, он производил впечатление кроткого быка. Но эти могучие мускулы явно могли вызвать ураган подавляющей силы, если его разозлить.
— Если выставить его против этих столичных слабаков, — довольным голосом произнёс Шёнкопф, — то он наверняка опрокинет целый взвод одной рукой.
— Хотите сказать, что он даже сильнее, чем вы? — уточнил Ян.
— И всё равно, я бы взял с собой целый отряд, — бесцеремонно продолжил Шёнкопф, проигнорировав вопрос. А потом добавил с хитрым выражением лица: — Кстати, а вы возьмёте с собой старшего лейтенанта Гринхилл?
— Без адъютанта я не смогу нормально работать.
— С этим не поспорить, но если вы возьмёте её, а Юлиана оставите… парнишка будет ревновать.
Сказав всё, что он хотел сказать, Шёнкопф отправился на полигон, чтобы посмотреть, как Юлиан тренируется в стрельбе. Когда тренировка закончилась, он обратился к юноше:
— Я знаю, что лейтенант Гринхилл неравнодушна к адмиралу Яну, каким бы непостижимым это ни казалось. Но как адмирал относится к ней?
— Не могу сказать… — пробормотал Юлиан с лёгкой улыбкой. — В любом случае, он из тех, кто ненавидит, когда люди знают о его чувствах, поэтому редко говорит что-то, позволяющее понять его.
— И это по-своему делает его довольно понятным. У него умная голова на плечах, а вот характер простой, и это делает его немного наивным в личных отношениях.
— Вы, похоже, знаете всё и обо всех.
Комментарий Юлиана застал Шёнкопфа врасплох.
— Эй, о чём это ты?
— Эм, да так, ни о чём. Мне пора готовить ужин, так что увидимся завтра. Приготовлю ирландское рагу, которое любит адмирал…
Юлиан отдал честь и быстро направился к выходу с полигона.
— Хорошо быть занятым, — крикнул ему вслед Шёнкопф. — Но постарайся не растерять своих талантов на приготовление рагу!
Юлиан был искренне разочарован тем, что не может отправиться в столицу вместе с Яном. Частично из-за разговора с Кассельном, но сейчас больше чем когда-либо он хотел держаться поближе к опекуну и присматривать за ним.
Он вспомнил, что Ян сказал ему, прежде чем объявить о своём решении: «Юлиан, на ближайшие два месяца я освобождаю тебя от работы по дому». Юноша не был уверен, были ли эти слова связаны с прощальным даром Шёнкопфа. Было похоже, что Ян тоже заботится о Юлиане — о том, что у него нет друзей среди ровесников. Возможно, поэтому он и хотел дать ему шанс завести их.
Впрочем, остался бы он или поехал с ним, скорее всего, в этой поездке на Хайнессен Юлиан ничем не смог бы помочь ему. В отличие от той же Фредерики, в отсутствие которой Яну было бы трудно выполнять немалую часть своих административных обязанностей.
«Как бы то ни было, я бы хотел быть ему полезным хотя бы до отправления», — подумал Юлиан. И поставил себе задачу как можно лучше подготовить адмирала к поездке. Ян молча наблюдал за сборами, понимая, что лишь помешает, если попробует помочь.
— Слушай, Юлиан. А какой у тебя сейчас рост? — внезапно спросил он, будто эта мысль только что пришла ему в голову.
— А? 173 сантиметра.
— Я так и думал. Похоже, в следующем году ты меня обгонишь. А ведь при нашей первой встрече ты не доставал мне и до плеча…
Больше он ничего не сказал, но и от этих слов мальчик почувствовал что-то вроде тёплого потока воздуха.
Время путешествия от Изерлона до столицы частично зависело от внешних условий, но стандартом были три-четыре недели. Ян решил использовать это неожиданное свободное место в своём распорядке, чтобы записать свои исторические теории и мысли о государственном устройстве. Пусть этого времени и не хватало для того, чтобы сделать всю работу, он решил, что должен хотя бы закончить черновик.
Когда крейсер «Леда II» вылетел с Изерлона, Ян немедленно устроился в своём кабинете и приступил к работе.
Ян поднял глаза от своего текстового процессора и хлопнул себя по шее рукой. Поразмыслив несколько десятков секунд, он снова начал писать.