Йон Линдквист – Икс. Место последнее (страница 69)

Настроение улучшилось, он обогнул кусты и вышел в слабый свет фонаря у подъезда. Ускользнул из поля зрения полицейского и продолжил путь к подъезду Кассандры.

– Блин, как приятно тебя видеть!

Кассандра обняла его и поцеловала в щеку. Линус вытер щеку рукой и посмотрел на нее. Она улыбалась.

– Что с тобой? – спросил он. – Что-то случилось?

– Нет. Просто рада тебя видеть.

– Да, ты так и сказала.

– Прекращай дуться.

Линус знал о перепадах настроения Кассандры, но никогда не видел ее такой беспечной. Теперь она меньше подводила глаза, перестала начесывать волосы, превращая их в сорочье гнездо, а за последние недели еще и сбросила несколько килограммов, так что теперь за этой эмо – Спящей красавицей – можно было разглядеть довольно симпатичную девушку.

Кассандра запустила руку ему в штаны:

– Пойдем потрахаемся. Давай.

Она принялась массировать ему пах и использовала этот захват, чтобы дотащить его до кровати, но Линус отвел ее руку. Симпатичная или нет, ему не хочется, ему от этого нехорошо. Кассандра театрально нахмурилась и выпятила губы.

Линус имел дело с таким количеством кокаина, что навострился на глаз определять вес, и в последнее время ему несколько раз казалось, что в двухграммовых пакетиках чего-то не хватает. Возможно, всего одной или двух десятых грамма. Уверен он не был и не обзавелся инструментами, чтобы это проверить, но в свете предчувствия поведение Кассандры ему совсем не нравилось.

Он схватил ее за плечи, посмотрел ей в глаза – зрачки слегка расширены – и спросил:

– Ты что, начала нюхать? Скажи правду. Ты теперь воруешь кокс и нюхаешь? Если это так, просто скажи.

Кассандра рывком высвободилась из его рук:

– Ты в своем уме? Думаешь, я бы стала воровать у тебя? Так ты обо мне думаешь?

– А что тогда? Что с тобой случилось? Ты другая.

Кассандра состроила обиженную гримасу:

– Если тебе так надо знать, теперь у меня новое лекарство. Может, оно просто мне помогает.

– Как оно называется?

– «Золофт». Доволен? Если не хочешь трахаться, может, дашь мне товар для фасовки. Иначе буду просто сидеть здесь и дрочить.

Кассандра говорила слишком быстро, пальцы барабанили по внешней стороне бедра, словно собиралась начать прямо сейчас.

– У меня ничего нет, – сказал Линус.

– Что значит «ничего нет»? Товар почти закончился.

– У меня ничего нет.

Линус пошел на кухню, Кассандра шла следом. Рядом с весами лежали десять расфасованных пакетиков, Линус невооруженным глазом определил, что в них два грамма в каждом. Должно быть два грамма.

– Это все, что есть, – сказала Кассандра. – Потом конец, finito[66], nada[67].

– М-м-хм. – Линус бросил один из пакетиков на весы. Дисплей показал 2 496. Полграмма весил пакетик, а отсутствие четырех тысячных – ничто.

– Ты что делаешь? – спросила Кассандра. – Ты серьезно думаешь, что я тебя обвешиваю и сама нюхаю? Ты так обо мне думаешь? В таком случае убирайся.

– Я думаю, что хочу, – ответил Линус и взял в руки банку с тараканом. Ни лапки, ни усики у него не двигались. – Сдох?

– Нет. Иногда ползает. По ночам.

Линус потряс банку, и, кажется, один усик дрогнул, но, возможно, в неподвижном тельце просто отдавалась тряска.

– Сколько времени прошло? – спросил он.

– Пять недель, да? – ответила Кассандра. – Пять недель, как мы начали все это дерьмо.

Линус поставил банку на место и показал на пакетики:

– Раздели их на десять штук по грамму и двадцать по полграмма. Оставь в обычном месте.

– Да, босс. А что босс будет делать потом? Когда товар закончится?

– Покажи мне то лекарство.

– Что?

– Лекарство. «Золофт». А заодно и рецепт. С датой, когда его выписали.

Они уставились друг на друга. Не на это надеялся Линус, когда шел к Кассандре, но теперь пути назад не было. Нельзя иметь фасовщика, который обвешивает. Не хотелось давить на Кассандру, будто он какой-то гребаный соцработник, но это можно было оправдать тем, что он это делает и ради нее тоже.

Неправда, Линус не был на вершине пищевой цепочки. Может, в данный момент у него и не было естественных врагов, но зато был сверхъестественный босс, который в один момент мог сожрать и его, и Кассандру, если на то будет причина. Нужно докопаться до правды, пока еще не поздно, и если придется прибегнуть к насилию, это его не остановит.

Кассандра продолжала пялиться на него, сложив руки на груди, а Линус уже собрался схватить ее, загнать в угол, выбить признание или доказательство, но вдруг послышался звук падающей капли. Он тут же выхватил телефон и нажал на иконку «Снэпчата».

Фотография карты. Большое зеленое пространство с единственным домом, который тут же привлек его внимание, поскольку на нем был нарисован знак «Х». Внизу детским почерком было написано: «Бромма гольф-клуб 1 ч маска». Линус не успел еще раз посмотреть на дом, как картинка исчезла.

Бромма. Гребаная Бромма. Как туда добраться? Один час, но сначала надо взять маску.

– Что такое? – спросила Кассандра. – Ты вроде нервничаешь.

– Забей.

– Товар на подходе?

– Этого тебе и хочется, да?

– Конечно. Мы же этим занимаемся.

– Товара нет.

Линус взглянул на Кассандру, и ему показалось, что она изменилась в лице, но уверен он не был. На это больше нет времени. Несмотря на то, что он сказал, речь вполне могла идти о новой поставке. В любом случае Икс еще в игре, и он что-нибудь узнает.

Линус даже не снял мокрые кроссовки, и теперь, шлепая, большими шагами пересек комнату, открыл входную дверь и закрыл ее за собой, после чего спустился вниз по лестнице.

Томми

1

В части порта Вэртахамнен, где обитал Янне, было темно. Свет в ангарах выключен, освещено только одно окно – в офисе Янне. Томми припарковался рядом с «феррари», открыл отремонтированный замок со стороны пассажирского сиденья и выпустил Хагге.

По дороге Томми заехал в Бергсхамру обсудить с Анитой покупки к позднему ужину и забрать Хагге. Ужин можно было обсудить по телефону, но Томми нравилось чувство, когда ты едешь домой, чтобы перекинуться несколькими словами и обнять друг друга, а потом отправиться дальше. Конечно, у него было жилье в Транеберге, но квартира в Бергсхамре больше походила на дом, и, к своему удивлению, Томми поймал себя на мысли, что его это радует. К тому же забрать по телефону Хагге он не мог, так далеко техника еще не дошла.

Ему недоставало интуиции Хагге – так дайвер использует эхолот, чтобы перед погружением удостовериться, что поблизости нет акул. Янне непредсказуем, и без подкрепления надежнее всего дать Хагге бросить лот, прежде чем Томми войдет в одну с Янне комнату. Томми не имел ни малейшего представления о том, как Янне принял его статьи. Благодарен ли он за то, что его не упомянули, или рвет и мечет, потому что статьи вообще напечатали?

Томми надел на Хагге поводок, и тот так захромал к двери, словно все горести в этом мире лежали на его собачьих плечах. Томми поднялся по лестнице и постучал.

– Какого хрена! – послышался изнутри голос Янне, но больше ничего не произошло. Томми снова постучал и был вознагражден еще одним выкриком «Какого хрена!» с дополнением: «Убирайтесь!»

– Это полиция! – крикнул Томми. – Мы забираем ваш автомобиль! Он нам понадобился!

Новое «Какого хрена!» прозвучало ближе и с долей уважения в голосе. Дверь открылась. На фоне освещенного офиса был виден лишь силуэт Янне, и Томми не смог разглядеть выражение его лица. Хагге опустил голову и сделал пару шагов назад. Янне ему не нравился, но пес не начал дрожать, рычать или скулить, а это хороший знак.

– Какого хрена! – в четвертый раз произнес Янне, и Томми услышал запах алкоголя в его дыхании. – Томми. – Янне посмотрел на Хагге. – Что случилось с твоим ревизором?

– Я его сменил, – ответил Томми. – Старый мне разонравился.

– Заходи, – сказал Янне. – И ревизора бери с собой. Кажется, у меня для него где-то здесь есть… косточка.