Йон Линдквист – Икс. Место последнее (страница 51)

– Ничего себе прыжок. Типа мировой рекорд. Как ему это удалось?

Мальчишка пожал плечами:

– Он же был вообще не в себе, сам понимаешь.

– Почему не в себе?

Пацан огляделся, желая скорее удостовериться, что его никто не подслушивает, чем дать понять, что собирается выдать ценную информацию. Линус улыбнулся. Должно быть, кто-то из его родственников тоже в деле, раз он в таком возрасте уже знает жесты. Пацан понизил голос, наклонился к Линусу и сказал:

– С ним поговорил Маска.

– Маска? Какая еще маска?

Судя по выражению лица мальчишки, разговоры с таким идиотом, как Линус, были ниже его достоинства, но он все же накрыл лицо ладонью, растопырив пальцы, как монстр в «Чужом», и сказал:

– Маска. У которого много лиц. Масок.

– Он опасен, что ли?

– Ты что, шутишь? Опаснее него, типа, вообще никого нет. Встретишь его – тебе кранты.

– Ладно, буду осторожен.

– М-м, ну давай, – снисходительно бросил пацан и продолжил фотографировать.

Линус пошел в пиццерию.

От запаха, окутавшего Линуса, как только он открыл дверь, засосало под ложечкой. Он не ел уже сутки, но как-то держался на том скудном запасе калорий, который был в организме, и просто на силе воли. Теперь же, когда еда оказалась в пределах досягаемости, голод напомнил о себе.

Хенрик и Матти окопались в нише в самом дальнем углу, где их было почти не видно. Линус не спешил, внимательно осмотрел место холодным взглядом, как настоящий братан. Почти полдень, обед еще не начался. Не считая Хенрика и Матти, только несколько алкашей потягивали пиво за столиком у окна.

Когда взгляд Линуса задержался на углу рядом со стойкой, что-то в его строгой осанке изменилось, и губы тронула улыбка. Пинбол с семейкой Аддамс все еще на месте. Невероятно. Просто какой-то пинбольный вариант вечного двигателя. Линус нащупал в кармане монету в десять крон, но начать игру вместо разговора с Хенриком и Матти было бы не просто не круто, а прямо-таки гадко. Они помахали рукой, и Линус пошел к их столу.

Он стерпел «медвежье» приветствие и забрался в нишу. Хенрик посмотрел время на телефоне:

– Мне нужно вернуться через сорок минут. Пришлось уйти на пятнадцать минут раньше. Вообще-то перерыв начинается…

– О’кей, – сказал Линус. – Ты торопишься. А ты, Матти?

Матти пожал плечами:

– А я взял длинный перерыв на обед.

– А что, так можно?

– Вот и посмотрим.

Из них двоих Матти изменился меньше. Лишь подрос на пару десятков сантиметров с двенадцати лет и был на голову ниже Линуса, хотя и гораздо более крепким. Непослушные каштановые волосы доходили до широких бровей, и вкупе с ясным и хитрым взглядом он походил на игрока, который появляется и начинает действовать, прежде чем остальные поймут, что происходит.

Хенрик внешне был скорее похож на Линуса: то же вытянутое лицо и сероватые волосы, зализанные гелем назад, что только подчеркивало прыщи на лбу. Ему удалось поступить в обществоведческий класс в школе в Тэбю, его одноклассники в основном жили в виллах, и теперь он так лез из кожи вон, что было больно смотреть. Свитер «Моррис» и зализанные волосы ничего не могли поделать с напряженным одиночеством во взгляде, типичном для жителя Сарая. Пальцы неугомонно бегали по лежащему на столе телефону. Линус показал на него и спросил:

– Что-то важное?

– Да нет. Просто…

– Тогда забей.

Хенрик поднял глаза и нахмурил брови в ответ на авторитетный тон Линуса. Не успел он возразить, как Линус сказал:

– Вы уже заказали?

– Не-а, – ответил Матти. – С баблом сейчас хреново, так что…

– Заказывайте что хотите. Я плачу.

Матти посмотрел на него из-под челки, усмехнулся и спросил:

– Это все печенье?

– Да, – ответил Линус. – Печенье. Закажите пиво.

Пока они ждали заказ, в пиццерии стало людно. Несмотря на голод, в животе у Линуса потеплело, когда вошли двое из внешнего окружения Чиво и, увидев его, сразу же опустили глаза. Очевидно, они знали, кто стоит за Линусом.

Встретишь его – тебе кранты.

Линус решил, что сейчас самое время объяснить Хенрику и Матти ситуацию, поэтому крикнул «Эй!» и жестом подозвал двух парней. Переглянувшись, они послушались. Хенрик втянул голову в плечи и прошептал:

– У тебя что, совсем кукуха поехала? Я не хочу возвращаться в школу с…

– Заткнись, – сказал Линус и украдкой посмотрел на Матти, который сидел с недоверчиво-заинтересованным видом. Парни подошли к столу, засунули руки в карманы и кивнули Линусу. Вот, в общем, и вся демонстрация. Молодые люди были на пару лет старше и выглядели довольно круто: на шее татуировки и золотые цепи. Еще вчера невозможно было представить себе, что они вообще в состоянии заметить Линуса – разве только затем, чтобы дать ему в табло.

Но власть не является властью до тех пор, пока ее не применят, поэтому Линус кивнул в сторону барной стойки и спросил:

– Этот пинбол работает?

Казавшийся наиболее суровым парень с татуировкой, которая доходила до мочки уха, задумчиво кивнул, разглядывая Хенрика и Матти, – так охотник ищет новую добычу, когда та, на которую он нацелился, оказывается занесенной в Красную книгу.

– Супер, – сказал Линус. – Тогда мне всего лишь нужна монета.

Власть властью, но главное – знать границы. Например, Линус не протянул вперед руку. Намека яснее не придумаешь, но сейчас этот риск лишний. Взгляд парня остановился на Линусе, и тот его выдержал. Не двигаясь, они смотрели друг на друга, пока в воздухе между ними молча рикошетили вопросы и ответы, а информация поступала, словно по самому быстрому вай-фаю. В конце концов парень кивнул и сказал:

– Тогда тебе придется ее раздобыть.

Так себе ответ, но Линус хотя бы не дал понять, что парню удалось отбить трудно берущийся мяч. Он с сожалением кивнул, взял телефон и сказал:

– Тогда придется набрать Алексу. Может, у него найдется. Как тебя зовут?

Глаза у парня сузились, он улыбнулся. Чаша весов колебалась. Его более уступчивый приятель уже принял решение. Прежде чем противник Линуса успел что-нибудь сказать или сделать, приятель достал монету в десять крон и положил ее на стол. Второй ему не мешал, продолжая смотреть на Линуса, тот же равнодушно взял монету и сделал жест, означающий «супер, спасибо», а потом снова повернулся к Хенрику и Матти, не обращая внимания на взгляд, который так и прожигал ему ухо.

– Блин, как я голоден, – сказал Линус. – Заказал две, но, думаю, съел бы и три.

Хенрик и Матти не нашлись что ответить, поскольку онемели от кровожадных намерений, исходивших с другой стороны стола. Линус медленно повернулся, оглядел парня, поднял бровь и спросил:

– Что-то еще?

– Нет. Не сейчас.

– Ладно, – сказал Линус. – Увидимся.

Он отвернулся, а парень еще немного посмотрел на него, а потом фыркнул и ушел.

Гейм, сет и матч.

5

Через несколько минут пиццы были готовы, и теперь Матти принял предложение выпить пива. Линус дал Хенрику сто крон и отправил его к барной стойке.

– Какого хрена? – возмутился Хенрик. – Ты что, теперь и со мной будешь разыгрывать большого босса?

– Буду. Но сейчас дело в том, что из нас только тебе уже есть восемнадцать. И тебе продадут.

– Что за фигня, кажется, тебе достаточно просто сказать, и тебе дадут все, что захочешь.

– Так это не работает. Иди уже.

Несмотря на то, что Хенрик, по его собственным словам, торопился, он поплелся к барной стойке. Линус не питал иллюзий, что его новый статус что-то значит в обычном мире, а отказ в продаже пива был бы приравнен к поражению. Чиво наверняка достаточно было бы щелкнуть пальцами, и пиво прилетело бы само, но Линус еще не достиг этого уровня. Пока не достиг.

Ни Хенрик, ни Матти не издали ни звука после стычки с латиносом, только сидели и, разинув рот, пялились на Линуса, пока им не принесли пиццы. Линус свернул свою «Капричиозу» трубочкой, откусил большой кусок, прожевал и проглотил. Матти положил руку ему на плечо и сказал: