Ясмина Сапфир – Одержимая. Истинная для эрлинга (страница 2)
– Опять ты будишь меня во сне, когда захрапел!
– Опять ты приняла душ и сразу, голая, не вытерла пол!
– Опять…
– Опять…
– Опять…
Как будто он сам не разбрасывает везде свои вещи. Как будто я не нахожу его пакеты, штаны, термобелье горами в гардеробной комнате. Как будто его инструменты не разложены прямо на полу, как на витрине, месяцами…
Как будто он починил мне ящик, который уже полгода без дна…
Как будто у меня нет повода сорвать зло и выкатить мужу претензии…
Про то, что пропадает целыми днями на работе, а денег почти не приносит…
Про то, что сына всегда лечу я, а он опять улепетывает в офис…
Я настолько привыкла к этому скрежещущему по ушам «Опять ты…», придиркам по поводу и без… что нежный, какой-то теплый тон незнакомца вызывает резкий отклик в душе. Я всхлипываю и начинаю рыдать.
Крылатый мужчина же… вдруг обнимает – бережно, осторожно, гладит по волосам, по спине…
– Аленька, маленькая моя, успокойся. Все хорошо. С твоим Беркутом все хорошо. Я просто не мог вытащить вас в одно место. Я сказал ему ждать, мы сейчас придем к нему. Ну чего ты? Не надо так…
Я все еще плачу, плачу, плачу…
Слезы катятся по щекам градом…
Когда в последний раз родной муж, ради которого я сменила диету, подбирала продукты, каждый день изобретала рецепты, чтобы похудел, снизил холестерин, ради которого я искала специальные упражнения йоги… оплачивала анализы, водила на лечебные процедуры… Когда он в последний раз так со мной разговаривал?
Так… неравнодушно, ласково и нежно…
Я отдала ему столько лет жизни… Я подарила ему сына – чудесного паренька уже четырнадцати лет. Не злого, не глупого, не вздорного, как многие мальчишки в его возрасте. Помощника родителям.
Я купила нам дом, я оплачивала коммунальные услуги и уже много лет не слышала в свой адрес ни одной фразы таким тоном…
Слезы продолжали литься и литься.
Я всхлипывала, нервно терла глаза, дрожала от накатившей истерики, что-то невнятно обиженно бубнила…
Незнакомец внезапно взял мое лицо руками, посмотрел так истошно-тоскливо, словно каждая моя слезинка – нож в его сердце… и… поцеловал.
Неожиданно. Без повода. Без разрешения.
Я дернулась, чтобы отпрянуть, оттолкнуть, но…
В последний момент… не смогла.
Это был такой выстраданный, отчаянно-нежный, болезненно-ласковый поцелуй…
Так целуют того, кто уходил на верную смерть, и все думали, что погиб, но он вернулся живым…
Так целуют того, кого не надеялись больше увидеть.
Никогда.
Но продолжали ждать и любить вопреки любым логике и фактам…
Наперекор увещеваниям близких, друзей…
Когда каждый удар сердца – для него, каждая молитва – о нем и каждый день – это воспоминания, помноженные на надежды…
Я не смогла оттолкнуть незнакомца.
Ощущала, что это неправильно, ведь я – замужняя женщина и что бы там ни было у нас с Сережей, он не изменял, насколько я знала. Какими бы ни стали наши отношения со временем, но у нас в семье не было насилия, не было издевательств, похождений налево. Да и вообще… казалось бы, мы вполне счастливы… если наблюдать «нашу идиллию» со стороны…
Но я позволяла себя целовать. Потому что это было настолько надрывно, настолько требовательно и пылко, и так категорически откровенно… что я просто оказалась не в силах что-либо сделать.
Наконец, незнакомец оторвался от моих губ и сам отпрянул, словно обжегся…
Произнес, будто бы извинялся:
– Прости, Аля. Я не должен был. Я знаю, ты замужем… Прости…
– Кто ты?
Он хотел что-то ответить, когда перед глазами замелькали кадры, воспоминания…
Я как будто опять увидела нашу аварию с Бером.
Сын пытался спасти меня и не смог, но нас обоих спас незнакомец.
Я была готова что угодно сделать для Бера, но его жизнью оказалась обязана этому странному крылатому существу.
– Я, что, действительно, в другом мире? – я мазнула взглядом по окружению, чуть приходя в себя.
Опять зацепила вниманием мохнатые лапы сосен на опушке хвойного леса. Стеклянно-ломаный медленный водопад, сползающий по серебристой диадеме скалы, что надета на склон, покрытый травой, словно пушком коротких волос…
И сосредоточилась на лице незнакомца…
– Ччто происходит? Это все, действительно, реально?
Он не успел ответить на мой вопрос. В голове прояснилось, и я поняла, что не сплю, не брежу, не умираю…
Да. Я, в самом деле, в другом мире.
Это было какое-то неожиданно спокойное, четкое осознание. Словно смотришь в окно в ноябре и видишь, как хлопьями падает снег.
О-о… Снег.
Нет потрясения, нет ни малейших эмоций, ничего странного…
Снег и снег. Он ведь и должен выпасть приблизительно в ноябре…
Я потерла виски.
– Мой сын… Его поймала в этом мире какая-то женщина.