Яростный Мики – И так сойдет! Студент с ИИ (страница 40)

Подобно профессиональному переводчику, Кара нашёптывала мне на ухо то, что обсуждали рабочие. И если большая часть их диалога состояла из проклятий в мой адрес и обвинений друг друга, то вот одна фраза привлекла моё внимание.

«Босс этого так не оставит. Уж поверьте. Он нас вытащит за милую душу. И мы свалим из этой страны как туман поутру».

Это сказал Шерзод. И произнес он эти слова с такой уверенностью, что его подельники успокоились.

Я сцепил ладони в замок, анализируя услышанное.

«Босс, значит, да? Получается, Шерзод и вправду работал не один. Кто-то на него вышел? Взял за шкирку, поймал на горячем и приказал делиться? А ведь Игорь тоже задавался вопросом, с чего бы это Шерзод разошёлся не на шутку, наплевав на всякую осторожность. Годами же промышлял своими грязными делишками, и ничего. Всё было на мази. А тут вдруг решил играть по-крупному. Совпадение?»

— Не исключено, что именно появление этого самого «босса» и стало спусковым крючком, — предположила Кара. — Можно предположить, что до встречи с ним Шерзод был уверен в том, что он в безопасности. Если кто и подозревал его в воровстве, то на подозрениях всё и заканчивалось. Но если его смогли приставить к стенке… В таком случае его действия можно было бы объяснить повышенной нервозностью, паранойей и опасениями за собственную жизнь.

«Он хотел собрать последний куш и сбежать на вольные хлева», — пришло ко мне осознание. Шерзод воровал как в последний раз, потому что это и вправду был его последний раз! Всё для того, чтобы захапать как можно больше и свинтить подальше от этого «босса»!

И всё бы у него прошло как по нотам, не реши влезть в это дело я с Карой. Вот такой вот выверт судьбы.

Наконец нас начали вызывать по одному для дачи показаний. Первым вызвали Шерзода, потом его прихвостней. Возвращались они мрачными и молчаливыми. Вот и всё. Их песенка была спета! Я был последним.

— Плахов, на выход! — скомандовал сотрудник полиции. — Твой черёд.

Я поднялся со скамьи и направился следом за ним. Удивительно, но я не испытывал какой-либо нервозности или волнения. Да и зачем? Мне больше было любопытно, как будет всё происходить.

Что сейчас мне предстоит? Допрос с пристрастием? Хороший и плохой полицейский? Я окажусь в комнате с тем самым зеркалом Гезелла, которое с одной стороны выглядит как зеркало, а с другой прозрачное?

— Ты пересмотрел фильмов, — произнесла Кара. — В данный момент происходит досудебное разбирательство. Сотрудники полиции должны выяснить обстоятельства произошедшего. Они уже опросили рабочих, выслушали их версию. Теперь они выслушают тебя. В зависимости от того, что ты скажешь, они будут решать, как быть и что делать.

«Ага, и они поймут, что наши версии противоречат друг другу», — припомнил я слова Шерзода и остальных.

— Это нормально, — усмехнулась Кара. — Редко когда стороны конфликта выдвигают единую и цельную версию событий. Рабочие могут обвинять тебя в чем угодно, но следователь в первую очередь должен смотреть на общую картину. Ты задержал преступников. Ты сообщил о факте преступления. Этого более чем достаточно, чтобы тебя не стали вмешивать в происходящее.

«Будем надеяться, что это разбирательство не затянется ещё дольше».

Меня провели в небольшой кабинет на втором этаже. За старым офисным столом сидел молодой мужчина, подстриженный ёжиком. С лёгкой улыбкой он поблагодарил моего сопровождающего, и тот вышел. Улыбка следователя ничуть не смягчала его цепкий взгляд, и это слегка напрягало.

— Позволь представиться, следователь Сергей Геннадьевич Ермолов, — сказал он и жестом предложил присесть напротив. Я не стал отказываться. — Я буду проводить опрос о произошедшем.

— Не допрос? — уточнил я.

— Сейчас идёт доследственная проверка. Уголовное дело ещё не возбуждено. Но оно может появиться после дачи твоих показаний. Поэтому рекомендую честно отвечать на мои вопросы и не юлить. Правда всё равно всплывёт наружу, и если твои слова будут расходиться с действительностью, то это будет отмечено в деле. Я доступно изъясняюсь?

— Предельно.

— Хорошо, тогда начнем… Когда ты узнал о готовящейся краже?

Что? Я недоумённо моргнул. Не такого вопроса я ожидал.

— Шерзод предложил мне поучаствовать в неком деле в пятницу. Три дня назад.

Следователь сделал пометку в блокноте.

— То есть ты понимал, что идёшь на кражу?

Я нахмурился. Мне кажется, или ситуация развивалась несколько не в том направлении?

— Шерзод не рассказал деталей. Он просто попросил меня помочь ему с «правильным делом».

— И ты так просто согласился? — прищурился Ермолов.

— У меня не было причин отказываться.

— Тебе остро нужны были деньги, поэтому ты не стал уточнять детали этого «дела»? — продолжил он. — Разве сначала не спрашивают, с чем конкретно нужно помочь, а уже потом соглашаются? А не наоборот?

Я начал терять нить разговора. Разве этот опрос был не был формальностью? Почему он ведёт себя со мной так, будто бы я…

— Будто бы ты такой же преступник, — вмиг посерьезнела Кара. — Это нехорошо.

«Думаешь? А то я не заметил!»

— Похоже, он взялся за тебя всерьёз, — выдала Кара, выдержав короткую паузу. — Не исключено, что слова Шерзода и остальных не были проигнорированы.

«И что теперь делать? Я не собираюсь врать следователю или как-либо увиливать. Мне нечего скрывать».

— Вот только всегда можно подменить мотив твоих действий, — заявила Кара. — И в один миг ты станешь не честным студентом, что вознамерился остановить кражу, а трусливым пособником преступления, который испугался последствий и решил выйти сухим из воды, предав своих «коллег».

«Разве ты не утверждала, что факты будут на моей стороне?»

— Это так, — ответила ИИ. — Но лучше перестраховаться. В данный момент у тебя есть право на личный звонок и право на адвоката. Тебе необходимо сделать звонок.

«Зачем?»

— Чтобы сообщить о происходящем. А также попытаться найти адвоката. По закону ты можешь запросить государственного адвоката, но лучше к этому не прибегать.

«Почему? Неужели он так плох?»

— Вопрос не в квалификации, а в мотивации. Государственный адвокат получает фиксированную зарплату от государства, а не от тебя, как клиента. Формально ему всё равно, как решится твоя судьба. Нанятый же тобою специалист будет лично заинтересован в том, чтобы обеспечить тебе лучшую защиту. За это он получает свой бонус.

Понятно… Тогда не будем медлить.

— Могу я позвонить?

Следователь не мог мне отказать, поэтому уже через пару минут у меня в руках оказался мой телефон.

Вот только кому лучше позвонить? Родителям? Они в другом городе, а помощь мне нужна уже сейчас. Бабушке? Точно не вариант. В университет? А чем там мне помогут? Значит, и этот вариант отпадает.

Перебирая все возможные варианты, я понял, что могу рассчитывать только на Игоря. Он же не оставит меня в отделении полиции? Он, как никто другой, знает, что я ничего противоправного не совершал.

Игорь ответил после нескольких гудков. Я рассказал ему, в каком я отделении и что происходит.

— Мне не нравится, куда всё идёт, — честно признался я ему. — Такое чувство, что меня хотят выставить преступником наравне с Шерзодом. У тебя нет знакомых адвокатов, что могут мне помочь?

Игорь протяжно хмыкнул и замолчал. Некоторое время он перебирал в уме всех знакомых. Наконец, сказал:

— Я тебя понял. Я займусь этим вопросом. Пока я не приеду, ничего больше им не говори.

— Спасибо, Игорь. Ты мой спаситель.

— Не говори глупостей, Костя! Это меньшее, что я могу сделать! Так что не дури — всё решим, как должно! Только дождись!

На этом наш первый разговор со следователем подошёл к концу.

Меня вернули в камеру для задержанных. Минуты текли до одури медленно. Казалось, что время застыло.

Я ждал. Оскорбления Шерзода и его своры я просто игнорировал.

К нам заглянул следователь. Предложил мне вернуться к разговору в его кабинете и воспользоваться защитой государственного адвоката.

«Достаточно подписать бумагу, и всё ускорится в разы!» — уверял Ермолов. Но Кара стойко убеждала меня не соглашаться.

Да и я сам не горел желанием ставить подпись под документом, в котором ничего не смыслю. Уже один раз погорел на этом! Так что, спасибо, дядя полицейский, я ещё подожду! У меня весь вечер впереди!

Моё упорство не было напрасным.

В какой-то момент из коридора послышался шум и гам. Кто-то схлестнулся языком с дежурным. Неизвестный требовал встречи со мной, грозил статьями, ссылался на нарушение гражданских прав и сыпал юридическими терминами направо и налево.

Ещё я различил голос Игоря. В его интонациях слышалась ярость:

— Что значит «нет показаний в его пользу»⁈ Как это задержать до завтра? Если он останется здесь на ночь, то и я здесь останусь! Не сомневайтесь! Я без парня не уйду отсюда!

Шум всё нарастал, к разговору на повышенных тонах присоединились новые лица. Но дальше разговоров дело не пошло… По крайней мере, я так думал до тех пор, пока дверь в комнату не открылась. На пороге стоял незнакомый мне мужчина в костюме.