Яростный Мики – И так сойдет! Студент с ИИ (страница 41)
— Плахов Константин? — спросил он.
— Это я.
— Отлично, я твой адвокат. Дальше я беру всё на себя.
«Кавалерия прибыла».
В присутствии адвоката начался мой второй опрос. Следователь снова задавал много вопросов.
Он просил меня описать, как всё случилось. Несколько раз останавливал меня, задавая уточняющие вопросы. Просил продолжить с указанного им места и снова прерывал, повторяя те же вопросы, но несколько в иной форме.
Он просил вспомнить детали в тот или иной момент моей истории. Например, на каком этаже располагался склад. Где я брал ключ от склада. Сколько времени рабочие провели запертыми на складе. И многое, многое другое.
Следователь раз за разом искал в моём рассказе нестыковки, пытался поймать на неточностях, мелочах. Это нервировало — врать не стану. Да и как тут остаться равнодушным, когда к тебе относятся, как к настоящему преступнику? Такого опыта у меня всё-таки прежде не было.
Но присутствие опытного адвоката и Кары не прошло даром. Приглашенный Игорем специалист не раз и не два вмешивался в наш разговор. На какие-то вопросы он прямо говорил мне не отвечать. Порой он даже переходил в наступление на следователя, когда тот задавал особо каверзный вопрос.
Казалось, что я оказался в самом центре теннисного корта, где два матёрых игрока обменивались подачами. И один из которых постоянно пытался задеть меня снарядом!
В какой-то момент следователь остановил поток вопросов и откинулся на спинку кресла.
— Этого достаточно, — сказал он. Его цепкие глаза неотрывно следили за мной, за каждым моим движением. — Я услышал всё, что хотел.
— Тогда я свободен?
— Ещё нет, — покачал головой он. — Мне не даёт покоя то, как гладко у тебя всё случилось. Уж больно легко рабочие оказались заперты на складе. Очень вовремя появляется аудиозапись с их угрозами. Тут же ты отправляешься к начальству и обо всём докладываешь. Ловишь преступников, остаёшься чистеньким и даже заслуживаешь награду.
— Мы не обязаны отвечать на этот вопрос, — заявил адвокат.
Следователь едва заметно поморщился.
— Тогда что вы скажете на то, что остальные четверо утверждают, что Константин давно участвует в их схеме, а сейчас пытается не более чем обелить себя? — сверкнул глазами Ермолов. — Что именно он и был инициатором столь масштабной кражи. У него при себе ведь был ключ от склада. Он в любой момент мог открыть его и отвести взгляд, пока рабочие обчищают склад. И он делал это регулярно на протяжении нескольких месяцев.
— Я этого не делал — заявил я.
— Но мог. Добровольный отказ от преступления, может, и спасёт в этот раз. Но что насчёт всех предыдущих? Сколько раз вы до этого успели обнести склад?
— Это уже принуждение к самообличению, — выдал адвокат.
Я также не стал молчать.
— Я ничего не обносил. У меня есть аудиозапись, из которой это ясно как божий день.
— Твоя запись не является достаточным доказательством, — заявил следователь. — Да и твои подельники утверждают обратное.
— И снова принуждение к самообличению, — отмахнулся адвокат. — Мы не станем отвечать на это.
Не знаю, сколько времени длилась эта нервотрёпка, но следователь всё же отстал от нас. Если без наличия адвоката он бы и смог чётко и гладко выстроить свою версию событий, то в присутствии прошаренного юриста его нападки были обречены на провал.
Собранных мною доказательств было более чем достаточно, чтобы посадить Шерзода и его свору. Но не меня. Я вообще был не при делах! И доказать обратное сотрудники полиции не могли.
Стоило нам выйти из кабинета, как адвокат меня успокоил, разъяснив, что следователь так напирал лишь для того, чтобы определить степень моего участия во всем происходящем. Он подозревал худшее. Но я не повёлся на его махинации.
Как бы четверка воров ни пыталась перевести на меня все стрелки, как бы они ни хотели утащить меня вслед за собой, с пеной у рта утверждая, что это я главный организатор и мастер-манипулятор, который дергал за ниточки, но все их попытки были обречены на провал с самого начала.
Потому что на моей стороне была правда! А также адвокат, старый приятель Игоря, которого тот вызвал сразу после моего звонка. Ещё повезло, что он находился в ближайшем суде по своим делам! Потому и смог примчать так быстро. Именно адвокат разбил последнюю попытку следователя «вывести меня на чистую воду». Для чего он повторил слова самого следователя.
«Добровольный отказ от преступления». Что это означало? Окончательный и добровольный отказ от приготовления к преступлению. Даже если бы я и был «дружком» воров, то я по собственному желанию отказался от этого пути. Не из-за страха попасться, а из-за того, что меня ввели в заблуждение.
Более того, я не просто отказался обворовывать склад, но и приложил все усилия, чтобы помешать преступлению. Я был не обязан этого делать. Но я это сделал. Я запер воров на замок. Я доложил обо всём начальству. Я собрал неопровержимые доказательства.
Следователь обязан был опираться на факты. И факты были целиком и полностью на моей стороне, как и говорила Кара.
Приятно было и то, что Игорь не оставил меня в беде. Он заручился поддержкой начальника объекта и собрал письменные показания своих коллег. Целую кипу бумаг исписали! Вкупе с адвокатом, моей аудиозаписью, тем фактом, что именно я обнаружил недостачу на объекте в восемь миллионов рублей и тем, что именно троица рабочих была поймана на месте преступления, а не я сам — всего этого оказалось достаточно для моего освобождения.
Уголовное дело было возбуждено, но меня это не коснулось никоим образом. Пуля пролетела всего в нескольких миллиметрах от моего виска. Но пролетела же!
В итоге Игорь забрал меня из отделения полиции и предложил отметить моё освобождение, несмотря на то, что было уже достаточно поздно.
И вот теперь мы с ним сидели в небольшой пельменной, я бы даже сказал, крохотной. Этакий закуток с парой-тройкой столов, но здесь до одури вкусно пахло мясом, перцем и выпечкой.
— В это место меня приводил ещё мой начальник, когда я только-только устроился на стройку, — ностальгировал Игорь, поглаживая старую столешницу. — Добрый был дядька. Суровый, но добрый. Он то и дело посмеивался с меня, приговаривая «ну ты и кожа да кости, Игорек. Надо будет это обязательно исправить».
Хмыкнув, он покачал головой.
— Как бы я ни отпирался, он тащил меня сюда с собой на пару чуть ли не каждый месяц. Чтоб я «не отрывался от коллектива и мотал на ус».
— Удивительно, что пельменная до сих пор не закрылась, — сказал я.
— Семейное дело, — улыбнулся Игорь. — Нынешний хозяин — это внук изначального владельца. Можно сказать, я уже застал три поколения лепщиков пельменей!
Я улыбнулся. И вправду забавно. Мой взгляд обратился к меню.
— Бери что хочешь! Сегодня мой черёд угощать! — приободрил меня старик, и я не стал скромничать. Аромат специй и теста стоял в помещении просто умопомрачительный.
Как только мы сделали заказ, Игорь сменил тему:
— Возвращаясь к нашим баранам… Можешь быть уверен, Костя, что Филиппыч не оставит произошедшее без внимания, — улыбался мне старик. — Сейчас в компании вовсю идёт проверка всех старых отчетов. Бумаг и пыли подняли просто жуть! Но когда эта свистопляска закончится, про тебя не забудут. Будь уверен!
— Надеюсь, мне не вручат какую-либо грамоту, — пробормотал я, чувствуя себя как выжатый лимон. Уж больно много событий сегодня свалилось мне на голову.
— Об этом даже не думай! — хохотнул Игорь. — Я лично буду ходатайствовать о том, чтобы тебе выплатили солидную премию! Ты это заслужил! Ты спас мою задницу! Так что на меньшее можешь даже не рассчитывать! И пусть они только посмеют этого не сделать! Я буду доставать Филиппыча, пока он из своего кармана тебе не выплатит! Ха-ха-ха!
Моё настроение стремительно пошло в гору. Вот это уже другой разговор! Премия — это хорошо! Это нам надо!
—
— А что будет дальше? Ну… вообще со всем? — спросил я у Игоря.
Даже несмотря на всё случившееся, я слегка волновался касательно своей должности. Оставят ли меня на месте? Я не раз и не два слышал, как компании увольняют «неудобных» сотрудников. А я сейчас под этот критерий, хочешь не хочешь, а вполне себе подпадал.
— Пока ничего, — ответил Игорь, понимая мое беспокойство. — Сейчас объект будут усиленно проверять. Понаедет проверок из компании. Крупные шишки посветят своими лицами, устрашая всех вокруг. А потом всё успокоится. И всё будет как прежде.
— Так уж и будет?
— Думаешь, это первый такой скандал на моей памяти? — вздохнул старик. — Поверь мне, ты ещё легко отделался. Молодец, что заранее подумал о доказательствах. В противном случае всю эту канитель бы раскручивали не один и не два месяца. Если не лет.
Я промолчал, в который раз поблагодарив Кару за советы. Благодаря ей сработала моя идея с диктофоном. Без её содействия разве смог бы я сделать так необходимую мне запись? ИИ действительно вытащил меня из больших проблем. Правду говорят, одна голова — хорошо, а две — ещё лучше! А когда вторая голова — это продвинутый ИИ, то и вообще замечательно!
Сколько раз я мог оступиться, допустить серьёзную ошибку? Что на стройке, что в отделении полиции, что в коллекторском агентстве. Рядом со мной везде была Кара. Её осведомлённость не давала мне блуждать в неизвестности. Всевозможные техники, советы, меняющие образ мышления и мироощущение могли показаться мелочью, но это было далеко не так! Кирпичик за кирпичиком, она способствовала моему росту.