Ярослава Осокина – Сказки неназываемых земель (страница 31)
Юноша, за один только миг лишившийся всего, был изгнан из столицы, и вскоре с горем узнал, что из-за него был казнен младший брат, а вся семья была отправлена в изгнание.
Пылая ненавистью, он поклялся отомстить королевскому роду. Вскоре сколотил шайку из отребья и наводил ужас на окрестности столицы, каждый раз скрываясь от облавы в Путаном лесу, куда солдатам ходу не было.
Могучий чародей, талантливый стратег и яростный воин – Бронвалаттра со своей бандой стал огромной проблемой, и только при короле Энио Рослом его сумели схватить и посадить в тюрьму, одну из башен Молчаливых.
О чем эта сказка? Гнев, ненависть и жестокость не приводят человека к счастью, отдашь им жизнь, и ее не будет.
Ты не плачь, эта сказка закончилась, да за ней другие будут.
Глава десятая, в которой находится корона,
а тьма сгущается
Орели размахивала руками перед мутными мертвыми зеркалами в бальном зале, пытаясь разглядеть хотя бы чуточку движения. Зеркала упорно отражали только пыль и паутину. Фаукет пару раз сердито окликнул ее, потом замолчал. Орели даже удивилась – оборвал речь прямо на полуслове. Она повернулась, чтобы съязвить, и замерла.
Ее спутники один за другим молча опускались на пол, устраиваясь кое-как и закрывая глаза.
– Эй, вы чего это? Фаукет? – тихонько позвала Орели.
Она огляделась, невольно подзывая теневые лапки поближе к себе, но никакой опасности не почувствовала.
Все заснули – мгновенно и так крепко, что сколько бы чародейка ни трясла их, ни один даже не моргнул. Орели растерялась: что делать? Бежать за помощью? К кому? И разве можно оставить их здесь одних, без защиты…
Пометавшись по залу, Орели решила ждать, пока они проснутся, и сторожить.
Было скучно. Тени темными змейками бродили по периметру зала, охраняя. Сама чародейка нахохлилась, сидя на изящном резном комодике, пальцем проводя по завиткам и линиям инкрустированного на нем узора. Козетки и диванчики, стоявшие когда-то уютными островками в этом салоне, ее совсем не привлекли: мягкая обивка на них потемнела и покрылась плесенью. Внутри так вообще небось сгнила.
Слабое удовольствие первое время доставляло разглядывание славного воинства, которое Орели в меру сил устроила поудобнее. Ну, в самом деле, спать так спать, а то как шли, так и попадали.
Орели очень старалась.
Фламу она угольком написала на лбу «жмот», потом начала снизу мельче писать «и зануда», но не влезло. Его она положила отдельно, аккуратно выровняв и вытянув конечности. Она теперь поглядывала на его довольно широкие плечи, раздумывая, не прилечь ли к нему рядом подремать. Но разумом понимала, что это опасно.
Чары понемногу просачивались и в ее голову, но Орели ничего не стоило их контролировать. «Пока не стоило, а там посмотрим», – решила она.
Родеберта и Гленварта она устроила у стены так, что они сидели плечом к плечу, склонив головы друг к другу. Она не могла дождаться, когда они проснутся. Это просто должно было быть забавным.
Грамдульва она почти не трогала: слишком тяжелый, но все равно постаралась, придала ему такую позу, будто бы он куда-то бежал. Проснется – не заметит, а ей сейчас посмеяться.
Йоро спал с открытым ртом и похрапывал изредка, так что его устроила так, будто бы он пел что-то, приложив одну руку к груди, а другую отведя в сторону. Нарисовала еще ему черные усы и бороду, чтобы не обидно было.
Королеву она устроила на плече у Орны, сложив его руки вокруг ее плеч. Подумала немного и добавила цветочков на его щеки, в дополнение к вытатуированным плетям шиповника.
Над Мурху и Эддой думала долго. Обоих она еще не очень хорошо знала и решила действовать по наитию: уложила их рядом в небольшую сценку. Будто бы грубый мужлан лапает девицу за грудь, а та, одной рукой закрывая лицо, другой готовится дать ему пощечину. Вышло не очень смешно, но надежда была на то, что девушка проснется раньше и успеет почувствовать хватку на своей груди. Должно быть не менее забавно, чем с Родебертом и Гленвартом: ей показалось, что девушка довольно вспыльчива.
Потом опять стало скучно. Чародейка прошла с инспекцией по прилегающим комнатам, посидела на подоконнике, глядя, как на востоке немного начинает светлеть, а потом, зевая, побродила по залу. Действовали на нее чары или банальная усталость, она не знала. Стащила из рюкзака Флама фляжку с бодрящим напитком, который он сам готовил, и пару сухарей.
Когда один из спящих зашевелился, заскучавшая Орели от неожиданности вздрогнула и едва не упала с комода.
– Ты как? – оживленно спросила она, помогая теневыми лапками подняться.
– Орели, – сиплым со сна голосом сказала Ри. – Где тут королевская усыпальница?
***
Чуть раньше, в мрачных коридорах Аннургарны, когда измочаленное и оплывшее существо, заменявшее Гленварта, привело их к темному пятну на стене, Ри задумалась.
В пятне угадывался контур человеческого тела, Родеберт под руководством Йоро взялся за освобождение Гленварта.
Мурху потыкал сапогом скорчившегося на полу самозванца, который уже совершенно не походил на Глена.
– Это ж один из ваших, из королевского совета, – сказал он. – Который занимался защитой всегда.
– Точно, Аэбегрин это, – подтвердил Йоро, отвлекшись от работы. – Он в ту ночь погиб.
Грамдульв только покачал головой: существо не казалось призраком… к тому же они ведь сейчас спали?
Ри в это время висела под потолком, изучая черные лепные узоры. Перевернулась вверх ногами, покачалась в воздухе и вдруг рванула к Грамдульву.
– Я подумала, – сказала она.
Сделала паузу – и нетерпеливый Грамдульв тут же зарычал:
– Ну?
– Нам надо пойти туда, где усыпальница. Где короли. Есть такое место?
Ри вздохнула.
– Честно говоря, у нас совсем немного времени осталось – я чувствую, как хочется спать. Во сне это плохо – или же проснемся, не успев доделать, или же умрем. Ну, вроде я уже это говорила.
Грамдульв пожал плечами.
– Ой, – вдруг ахнула девчонка. – Нет-нет-нет!
Она таяла.
Висела, как прежде, в воздухе, но становилась прозрачной, осыпаясь тонким пеплом.
– Я сейчас проснусь! – крикнула она.
Похлопала себя по щекам – и немного уплотнилась, но затем снова начала исчезать.
– Грамдульв! – позвала она и протянула ему ладонь. – Возьми меня за руку! Пожалуйста!
Старый дракон поспешил к ней и, может быть, успел бы, но резкий порыв ветра сместил ее слабую тень в сторону.
Орна, заметив это, бросился к ним, но был слишком далеко.
– Черт подери, – разозлилась Ри и снова рванула вперед, протягивая руку.
Невольно – потом и сам себя ругал за глупость, – Грамдульв отшатнулся, упустив время, чтобы поймать ее. Слишком уж знакомы были злые светлые глаза покойного безумца, сверкнувшие вдруг с тонкого девичьего лица. Всего на миг замешкался – но и его хватило, чтобы тело Ри рассеялось в пыльном воздухе Аннургарны.
***
– Орели, где тут королевская усыпальница?
Девушка-тень поколебалась, потом подробно объяснила дорогу. Вздернув брови, наблюдала, как Ри идет к приоткрытым тяжелым дверям.
– Я с тобой не пойду, – сказала Орели ей в спину. – Я с ними остаюсь.
Ри обернулась, некоторое время разглядывала ее.
– Я и не думала тебя с собой звать, – соврала она.
Но выйти не смогла.
Это во сне коридор был залит светом, наяву же только бледная полоса из открытой двери бального зала разрезала тьму. Отблескивали металлические украшения на стене – рамы картин или канделябры, не разобрать.
Темнота слепо уставилась на нее, и Ри замерла. Колючим холодом пробежало по рукам и спине, и девушка шагнула назад.
– Я не могу, – с отчаянием сказала она, – не могу…
Снова попыталась заглянуть в коридор, но ужас туго сжал ребра. Ри всхлипнула, стыдясь этого, прикусила палец, чтобы сдержать слезы.
«Орна, – сказала она себе. – Орна, Эдда, Грамдульв».