Ярослава Осокина – Бумажные доспехи (страница 27)

— А кофе варить?

— И кофе тоже, — обреченно сказала Морген. — А у вас что, и кухня есть?

— А то, — с гордостью сказал Тень. — Мы подрубились к кабелю соседнего особняка, и у нас есть электричество. А этажом выше — газовая плита.

Сверху все затихло, а потом Морген услышала чистые мелодичные звуки гитарных переборов. Все-таки не кошка, вздохнула она с некоторым облегчением.

— А Унро знает, что вы тут живете? — осторожно спросила Морген.

Огляделась внимательнее, ставя в голове галочки: купить хозяйственные губки, тряпку и пару полотенец. Надо будет проверить, крепки ли стены, может быть, обновить стабилизирующие чары — вспомнить бы еще, как… можно будет у Эвано учебник взять…

Морген нахмурилась, подумав, что теперь домой не зайдешь, да и любая вещь оттуда может быть опасной.

— А вы не расскажете ему?.. — опасливо спросил Тень.

Значит, не знает. Морген пожала плечами.

— Я бы на вашем месте в общежитие подселилась, там сотрудникам ведь тоже места предоставляют.

Рок и Тень дружно вздохнули.

— Мы там и жили сначала. Потом подрались, — признался Рок. — Разнесли в холле пару дурацких горшков, и нас выкинули. Мы шефу не говорим. Он расстроится.

Молодые люди поморщились.

— Ребят, — сказала Морген. — Я давно замечала, вы только не обижайтесь… почему вы его боитесь? Он даже физически меньше вас, я уж не говорю, что у него специализация общая, не боевая.

— Э, док, — сказал Тень и запнулся.

— Вы, наверно, этого не чувствуете, — сказал Рок. — А мы как его увидели, сразу учуяли — на нем печать смерти. Самая настоящая, как в сказках про черных колдунов. Ведь он шагал за порог и вернулся.

— Он, может и не боевой маг, — продолжил Тень, — но если надо, нас обоих раскатает в тонкую лепешку. У него след такой, темный, — Тень неопределенно помахал рукой, показывая волну. — Тут, наверно, дело как раз в том, что вы не деретесь, а то бы тоже поняли.

Морген прикусила губу, отвернувшись, и некоторое время смотрела на обрывки занавесей. Выгоревшее на солнце дырявое полотнище красно-желтого цвета было аккуратно подвязано.

Это было даже мило — то, как два боевых мага в расцвете сил побаиваются хлипкого начальника. Но только смысл во всем этом Морген не видела. Уважение должно основываться не на суевериях и смутных «мы учуяли», а на действительных фактах. В Унро не было ничего пугающего, на взгляд Морген. Достойный молодой человек, этого не отнимешь… но вот с «печатью смерти» — чушь полная.

— На нем было смертное проклятье, — наконец сказала Морген. — Он входил в Лигу защитников искаженных, но накануне мятежа рассказал обо всем, зная, что проклятье убьет его. Каролус держал его на этой стороне, пока он говорил. И потом Каролус всю ночь снимал эти чары, и Унро действительно был мертв некоторое время. Но это была клиническая смерть… мы успели его вытащить. Тут, ребят, ничего мистического.

Рок и Тень кивали, внимательно слушая. Правда, отреагировали совсем не так, как думала Морген — вместо разочарования на их лицах было только восхищение. И вряд ли врачебным даром Каролуса.

Морген фыркнула, но задумалась. При случае надо будет как-то осторожно прощупать ауру юноши, подумала она. Каролус наверняка знает, а ей никогда в голову не приходило.

Синяя дверь

Где-то наверху, наверно, под самой крышей кто-то мучил гитару. Или кошку, с особенно мерзким пронзительным голосом, Морген никак не могла понять.

Она сидела на самом краешке кровати с высокими коваными боковинами. На черных завитках плотным седым слоем лежала многолетняя пыль.

Рок и Тень, которые гостеприимно усадили ее на старую кровать, суетились по комнате. Когда Морген шевелилась, матрас под ней отчетливо похрустывал.

Морген молчала только потому, что слов не было.

Расширившимися глазами она оглядывалась вокруг, прижимая обеими руками к груди сумку.

— Вы окна не открывайте, — предупредил ее Рок, оттаскивая в сторону металлический манекен-клетку, на котором болтались истлевшие остатки кружевного платья. — Рамы сгнили, могут вывалиться вместе со стеклом. Мы сейчас укрепим их, чтобы не дуло.

Тень, повязав черный платок поверх красных волос, оттаскивал куски сломанной мебели в коробку у выхода.

Мутное зеркало в резной раме отражало просторную комнату с высокими потолками, облупившимися стенами, почерневшие от времени картины, проваленные резные стулья вдоль стен, изящную козетку у двери и растерянную Морген на краешке кровати. Пол был усеян мусором.

Час назад, когда по звонку Морген приехали Рок и Тень, она и помыслить не могла, что эту ночь она проведет не дома. Первоначальное твердое решение больше не входить в квартиру постепенно испарилось, когда ребята, поднявшись на площадку, бодро поприветствовали ее.

В конце концов, они специализировались на таких проблемах. Хотя Морген уже привыкла к мысли о том, что они просто два великовозрастных балбеса, сейчас пришлось пересмотреть это впечатление: действовали они быстро и привычно.

Рок пришел в слишком легкой, не по погоде кожаной куртке — видимо, порванную чинить не стал. Снова выслушав историю Морген, они одинаково кивнули, и Тень забрал ключи.

Раньше Морген их путала — хотя на самом деле общего в них был только рост и худоба. Черноволосый угрюмый Рок мало разговаривал и бывал грубоват в выражениях. Ему обычно доставалось больше — он лез во все переделки, не раздумывая. Тень прежде был образцовым студентом — Морген как-то интересовалась, смотрела его табель, — но его слишком резкий язык и прямолинейность, видимо, сыграли не последнюю роль в том, что он работал не по специальности. Тень красил волосы красным и всегда на шаг отставал от напарника, потому что привык сначала все обдумать и взвешивать. За периодические «зависания» Тени Рок периодически отвешивал тому подзатыльники, придавая ускорение.

Пока Рок разминал руки, Тень стоял у двери, приложив ладони к поверхности и внимательно слушал что-то, склонив голову. Морген снова присела на ступеньку лестницы, наблюдая за металлическим блеском, который наполнял воздух вокруг кулаков Рока. Боевые плетения… надо как-то сказать, чтобы ребята поосторожнее внутри. Нет, пусть делают, как знают, лишь бы вычистили.

Тень кивнул Року, затем плавно провернул ключ в двери, и Рок нырнул в открывшееся темное нутро квартиры.

— Ждите здесь, док. Я позову, — предупредил Тень и двинул следом.

Дверь осталась приоткрытой, и Морген подошла ближе, прислушиваясь.

Изнутри тянуло гнилью, душный сладковатый запах забивал нос. Внутри бесшумно скользили маги.

Спустя несколько минут Тень распахнул перед ней дверь шире и, хмурясь, сказал:

— Забирайте, какие вещи вам нужны. Оставаться здесь пока нельзя.

— Как? — опешила Морген. — Что значит — нельзя?

— Дурной глаз, — пояснил Тень. — Мы поставим блоки, чтобы не расползалось дальше, но сегодня ночевать уже нельзя. Кто-то на вас повесил заклятье. Оно прижилось и разрослось.

— Но я… ничего не чувствую, — растерянно сказала Морген.

— И не будете, — отрубил Рок, появляясь рядом. — Тут надо знать, с чем имеешь дело, чтобы уловить. Вещи собирайте, мы посторожим. Их тоже надо будет почистить.

— Мне некуда идти, — сказала Морген и тут же разозлилась на себя: прозвучало чересчур жалко.

Ребята переглянулись.

— Хотя ладно, — быстро проговорила она. — Я на работу поеду, там заночую.

— Не, док, если хотите, — нерешительно начал Тень, — то мы можем с жильем помочь. Мы в частном доме живем, там есть пустые… апартаменты.

— И сколько это будет стоить?

— Да нисколько. Вы чего, док? Вы нам много помогали, какие деньги. Только вещи соберите.

— И продукты, — подсказал Рок. — Если что осталось нормальным.

— И одеяло прихватите! — крикнул вслед Тень, и это было первым звоночком для Морген.

Дальнейшее показало, что уточнять, что за «апартаменты» такие, надо было сразу.

Когда Тень сказал о частном доме, Морген решила, что это где-то в пригороде, что-то вроде того, где сейчас жили ее родители. Но, к ее удивлению, Рок повернул машину к центру. Они миновали Лилейные садки, проехали мимо исторического центра и углубились в квартал старинных зданий.

Морген в детстве часто бывала тут, на школьных экскурсиях. Каждый дом имел свою историю, и дети зевали до слез, слушая перечисления именитых (а порой и венценосных) особ, которые жили в этих домах.

Машина юркнула в Дуэльный переулок, и вот тут Морген и онемела.

«Частный дом» Рока и Тени оказался втиснутым между двумя особняками трехэтажным домишкой, узким и серым. Синяя дверь пестрела ободранной краской всех небесных оттенков, слоями укрывавших друг друга. Пять разбитых мраморных ступеней, сколотые, но изящные лепные карнизы и рамы. Судя по всему, дом был заброшен. В закоулке было темно, и маги запустили небольшие светлячки, чтобы Морген могла разглядеть и дом, и дорогу к нему.

— Его снести хотели, — рассказывал Тень, — но тут вступился Комитет по архитектурному надзору. Здесь когда-то жила актриса Мотылек, любовница императора, ну и он, вроде как бывал. Но денег на реконструкцию нет, и уже два года мэрия судится с комитетом, чтобы решить, что здесь будет.

Тень уверенно вел их на второй этаж, Рок тяжело топал вслед за Морген, внимательно изучая сумку с продуктами, которую помогал нести.

В комнате они усадили ее на кровать и принялись разгребать наваленные вещи.