Ярослава Кардакова – История одного человека. Рубль пятьдесят (страница 6)

Тамара Павловна, слава Богу, отправилась рожать, я стал оплачиваемым сотрудником, на время одного месяца, который пролетел довольно быстро. А потом, события понесутся со скоростью парового катка, моя мама сдружится с хозяйкой цирюльни. Поэтому, мой день рождения, отмечали в цирюльне, праздник удался на славу. В отличие от прошлого, на которой я позвал Алого и Валентайна, но один уехал на дачу с родней, а второй целый день кормил обещаниями прихода. Ну да черт с ним, с днем рождения, они у меня редко задавались, даже этот прошел не так гладко, как я хотел.

После моего дня рождения, хозяйка была в курсе, что у меня проблемы со здоровьем и срочно стала искать второго оплачиваемого администратора. Всегда удивлялся людям, как же они боятся инвалидов, те же, по сути, люди, только с легкими дефектами. Но обычно, как только кто-то узнавал о моем недуге, то отворачивался, так, что не удивительно, что данная ситуация повторилась. Плюс, второго администратора решили брать за зарплату, мне же платить опять-таки не предполагалось, это было обидней, чем ежели меня бы уволили. Так я полтора месяца работал с девицей напарницей, она была в высшей степени дружна с мастерами и закрывала глаза на их опоздания.

Но, помимо, бесплатной работы, у меня была еще и учеба, второй курс требовал сдачи трех экзаменов: истории, русского и математики. Расскажу, пожалуй, о первом экзамене истории, после которого у меня остался жутко неприятный осадок. Наша, Елизавета Генриховна Боброва, преподаватель истории, сама раздавала темы докладов для экзамена, и тем, кто лучше всего разбирался в истории, темы достались как для вузовских работ. Моей темой, был анализ зарождения образования во Владимирской области, а также его состояние на сегодняшний день. Мне пришлось облазить все библиотеки, чтобы выудить хоть немного информации, цифровых библиотек еще не было. Реферат вышел объемом на хорошую курсовую, и я его знал наизусть. В день экзамена, в работе нашли всего один недочет, я ошибся в количестве учебных заведений города. И то потому, что школа коррекции, как таковая, не входила в перечень школ, комиссия считала, что данный просчет от человека, живущего в городе второй год, незначителен. Но Боброва уперлась рогом, что я обязан был знать, и в результате сняла целый бал по истории. Четыре, тоже оценка, но, когда убил на работу полтора месяца, сглотнув ком благородной обиды, я решил, если представится случай, отомстить. Учитывая, что работу Боброва видела, читала, а на ошибку не указала.

Перед экзаменом по математике, было собеседование. День был теплый, солнечный. Спустя два часа, пытками уравнениями, я пошел курить с барышнями с курса. Курилка была обустроена на месте аварийного выхода, запретить ученикам курить было не реально. Поэтому ее разместили так, чтобы не было видно с улицы. Накануне, в профессиональное училище взяли новую уборщицу, которая помыла лестницы по всему периметру, в том числе и в курилку. Я как привык, перепрыгивая через ступеньку с сигареткой за ухом, спускался в курилку. Мокрые ступени, нога на которой так и не срослись связки, и красивый полет вниз.

Кое-как поднявшись в фойе профессионального училища, я сел на лавку и закурил, от боли темнело в глазах, и нога стала опухать. Я уже понял, что она опять сломана, и что завтрашний экзамен, есть все шансы пропустить. Подозвав к себе кого-то из девочек, прослушав тираду, что я оборзел, я показал ногу и девочка мигом метнулась за мастером. История повторилась, пришла наставница, наехала на меня за то, что я совсем обнаглел, я показал ей ногу и она убежала. Вернулась с преподавательницей ОБЖ и только та, посмотрев минуты три на ногу, сказала, что надо скорую вызывать. Еще двадцать минут и меня увезла скорая. Меня сопровождала мастер и самая мелкая из девчонок нашей группы.

Как и положено в России, больной должен быть спортивным человеком, поэтому кабинет травматолога был на втором этаже. Кое-как затащив меня к врачу, завели в кабинет, хмурый мужчина с пушистыми усами, сказал, что без рентгена, он всей картины не видит. Как и полагается, лифта в здании дореволюционной постройки не было, а для удобства пациентов, рентген находился на первом этаже. Когда меня спустили на первый, пришлось занять очередь на рентген, боль потихоньку выселяла из головы все мысли. Рентгенолог-женщина, старая, сказала, что мой район не обслуживается, тут я схватил ее за полу халата и прошептал на ухо, что дам двести рублей. Она резко поменялась в лице и совсем сочувствием, взяла меня без очереди, на снимке видно было, что я ювелир. Сломать ногу в том же месте, спустя столько лет, с погрешностью в миллиметр.

Хирург наложил гипс и отправил домой, кое-как с загипсованной ногой, мастер и ее муж довезли меня до дома. Там я рухнул на кровать мамы, по причине того, что в ее комнате был телевизор, и минут десять гладил старого японского хина и собирался с мыслями. Потом стал звонить маме, разговор был уникальным. Я сказал, что не пойду завтра на экзамен, и убрал трубку от уха минут на двадцать, потом сказал, что сломал ногу. Когда мама закончила излагать свой монолог, сказала, что скоро приедет, действительно добралась она быстро. Первым делом она потыкала кончики пальцев в гипсе, потом сказала, что на такси я смогу посетить все оставшиеся экзамены.

На следующий день, в брюках, рубашке и галстуке, опираясь на костыль, явился в училище сдавать экзамен. Как положено, с букетом в руках, и с ударной дозой обезболивающего в крови, чтобы не чувствовать боли от движения. Я слабо помню, как я писал данный экзамен, по итогу мне поставили три и отпустили с миром. От собеседования по русскому меня освободили, но на экзамен пришлось ехать тем же манером, только тут мне предложили схитрить. Обходя класс, преподаватель русского предложила чуток позолотить ей руку, и моя тройка станет пятеркой, я благородно отказался от предложения. Никогда не принимал покупные оценки, лучше честная двойка, чем пятерка, за которую стыдно.

Так, весело, закончился второй курс, Тамара Павловна, заглянула меня проведать, сообщить, что я вроде как уволен. Ну, эта новость меня не огорчила, все равно нечестно трудится за бесплатно, потом она поведала свои планы. Она все-таки решила покорять столицу, хотя я полностью дал ей раскладку по ее идее. Покорение столицы требовало почти всю выручку местной цирюльни, которая хоть и была под тысячу долларов, но это были деньги для нашего города, а не для столицы. Проще было открыть дочернюю цирюльню на окраине города, тем самым заниматься сетевым развитием. Но, Тамара Павловна была непреклонна, как Титаник, идущий полным ходом на льдину.

Алый придумывал мне новые прозвища, исходя из хромоты, но сошлись мы на старом добром – Рубль пятьдесят, немного попахивало Советским Союзом. Хромоту я мог нейтрализовать, только фиксируя ступню эластичными бинтами. Помимо прекрасной походки, голеностоп постоянно выходил из сустава, при этом доставляя мне дикую боль. Алый, на моем фоне, становился прям альфа самцом, я знакомился с девушками и Алый их уводил.

Третий курс был последним, мне естественно, не было, где проходить практику, и пришлось с начала года, пристраиваться в учебную цирюльню. Меня туда взяли со скрипом, я прошел медкомиссию на медицинскую книжку, моя инвалидность, всех врачей склоняла к сомнениям. Остатки моих однокурсниц работали в учебке со второго курса и имели право брать клиентов подороже и по интересней. Мне же доставались бомжи, алкоголики и прочие социально-аморальные личности, но я настолько стал быстро стричь мужчин, что оставался в прямой выгоде. В среднем, мне хватало двадцати минут на одного человека, то есть, в час я мог подстричь четверых, работали мы по пять часов, получается 20 человек в день. Норма на ученика была двенадцать, деньги за восьмерых бонусных, я убирал себе в карман.

Потом, я делал дипломы семи из тринадцати оставшихся сокурсниц, это тоже было прибыльно. В начале курса, я наконец-то, обзавелся девушкой, не особо симпатичная, зато не вызывала порывов со стороны Алого. Инна была довольно скромной, и мы ходили в основном за ручку, я даже имел честь познакомится с ее родителями. Меня она воспринимала как своего парня, но на период, пока не появится более интересный вариант. Но мне хромому и такой вариант был выгодной партией, мало ли, она меня бы полюбила. Через три месяца мы расстанемся.

У меня стала появляться довольно приятная шкиперская бородка, которую я отпустил для импозантности, Алый отращивал мужской хвост и активно качал мускулатуру, чтобы на выпускном затмить всех. Хотя, его ЕГЭ не пугала по причине того, что матушка моего друга была завучем младших классов школы. Так, что Алому переживать не стоило, он по истории имел пять, несмотря, что ни мог вспомнить ни одного из царей. Моя учеба шла на уровне хорошиста, а профессиональное училище, медленно двигалось к слиянию с еще одним учебным заведением, и в декабре должны были быть срезы знаний.

Тут-то преподаватель истории, небезызвестная Елизавета Генриховна Боброва, решила показать лучший десяток знатоков истории для среза. Естественно, своим перстом она указала на меня и принудительно внесла меня в список участвующих, пришлось оставаться на час после уроков для подготовки. Я смиренно готовился и вошел в тройку лучших по истории, на меня возлагали надежды. Но я дал слово отомстить, и отомстил красиво, за три дня до среза знаний, мы с Квон Анной отдыхали в баре, пили холодное пиво. Наследующий день у меня запершило горло, и я направился к детскому врачу, та, чтобы себя перестраховать, отправила меня на больничный. Так, я по справке официально пропустил срез, и Елизавета Генриховна Боброва не вошла со своим предметом в тройку лучших.