Ярослава А. – Ты только моя (страница 11)

— Эх, память у вас, Даша, девичья. Вы мне тогда отказали со словами, что у вас муж очень ревнив. Я это запомнил.

Сказать, что я выпала в осадок – ничего не сказать.

— Я? Это я так сказала?

— Не имею привычки выдумывать. Давно это было. Вы тогда только пришли ко мне работать.

Обалдеть, у меня провалы в памяти. Надо таблеточек, что ли, попить для улучшения кровообращения.

Дальше едем молча, каждый думая о своем.

Почти ночь. Дороги свободны, и, ожидаемо, мы очень быстро подъезжаем к моему дому. Кошмарыч даже знает, в каком я подъезде живу.

— Спасибо большое, что подвезли, — от души благодарю мужчину и никак не могу сдержать интерес: — А вы на какой улице живете?

Мое праздное любопытство вызывает у начальника скупую улыбку.

— Буквально через пару кварталов от вас. Тут недалеко.

— Понятно, — улыбаюсь в ответ. — Еще раз спасибо. Хорошего вечера.

Стараясь казаться как можно грациознее, что при моих габаритах практически невозможно, выбираюсь из танка босса и, бодро стуча каблучками по асфальту, спешу к подъезду.

Но, сделав буквально несколько шагов, настороженно замираю, услышав громкий лай.

Внезапно из-за угла дома вылетает стая бродячих собак в количестве целых шести штук. Они в последнее время невероятно расплодились в нашем дворе. Тут недалеко мусорные баки, и собаки устроили там себе лежбища. И вроде все с бирками, стерилизованные. Как они умудряются множиться в геометрической прогрессии — ума не приложу.

Крайне неприятное соседство, скажу я вам. Всем двором мучаемся, но пока ничего поделать не можем. Куда только наши бабульки-активистки не писали, куда не жаловались – все без толку. Чиновники разводят руками, мол, если собаки не агрессивны, то не положено их изымать из естественной среды обитания. Видимо ждут момента, когда эта свора загрызет кого-то. Котов уже всех переловили.

С месяц назад соседу тачку раскурочили. Кот, прячась от своры, залез под капот новенькой соседской Гранты. Но псы так жаждали сожрать кота, что отодрали у Гранты передний бампер. И ведь додумались! Я если бы своими глазами это не видела, не поверила бы, что это сделали просто собаки. Это же не псы, в самые настоящие страшные и ужасные вредители!

Я собак с детства боюсь.

До трясучки… до полного оцепенения…

Вот и сейчас на меня напало именно оно.

Медленно поворачиваю голову в сторону лая и с ужасом гляжу на то, как на меня несется стая волкодавов с раскрытыми пастями и высунутыми языками.

Мамочки!!!

Колени вмиг становятся ватными, уши закладывает, а ноги просто отказываются мне повиноваться и бежать в сторону подъезда.

— Даша! — слышу взволнованный голос Константина Александровича, что каким-то невероятным образом перекричал лай.

Я его не вижу.

Я в дикой панике.

Перед глазами только распахнутые пасти псов, которые окружили меня со всех сторон, пытаются на меня запрыгнуть, тянутся к сумке, что я со страху прижала к груди.

— Что у вас в сумке?! — кричит босс, но я едва ли могу ему ответить.

Мужчина сдавленно матерится и пинками, раскидывая псов, пробивается ко мне.

— Дайте сюда, — вырывает из моих скрюченных пальцев сумочку, отыскивает там куриный рулет, что притаранила Альбинка.

Это он что же?

Хочет домашний рулет собакам отдать?

Ну, уж нет!

Только через мой труп!

— Вы с ума сошли! — взвизгиваю я и пытаюсь отобрать у босса завернутый заботливыми ручками подруги в фольгу рулет. — Это мое!

— Да отдайте вы им это! — рычит босс.

— Ни за что! –рявкаю и с особой резвостью выхватываю вожделенный рулет из рук Кошмарыча. — Еще я деликатесы псам не скармливала. Что за расточительство?!

Кажется, босс от моей прыти слегка прифигел и даже забыл про собачью угрозу.

Зато угроза не забыла про него.

Самая крупная псина внезапно кинулась на Кошмарыча, в попытке дотянуться до еды и передними лапами проехалась прямо по идеально белоснежной рубашке босса.

— А-а-а! — ору с перепуга.

— Что стоим?! — командует он. — Быстро в подъезд!

Сильная мужская рука подхватывает меня под локоть и буквально заволакивает в подъезд.

Едва хлопает дверь, я опираюсь рукой о стену и, переведя дыхание, поднимаю виноватый взгляд на босса.

— Извините, Константин Александрович. Неловко вышло.

— Ваше “извините”, Дарья Васильевна, на хлеб не намажешь, — сурово говорит мужчина. — Теперь вы должны мне рубашку.

— Что? — непонимающе хлопаю глазами.

Босс делает шаг ко мне и в неярком подъездном освещении становится отлично видно, что собачьи когти сделали с дорогущей рубашкой Кошмарыча. Мало того, что на ней теперь отвратительные грязевые пятна, так еще и когтями псина умудрилась сбоку выдрать огромный клок.

— Какой кошмар, — стону я, не зная, как смотреть мужчине в глаза.

Подвез один единственный раз сотрудницу, называется.

Я знаю, что Кошмарыч вообще не обидчивый, но все равно мне очень неудобно перед ним, и ничего лучше мне в голову не приходит, кроме как:

— Пойдемте скорее ко мне. Я пятна застираю, а рубашку зашью. Будет лучше новой!

Кошмарыч бросает на меня скептический взгляд, типа, сомневается, что лучше новой, но покорно следует на четвертый этаж, где я живу в довольно просторной по меркам обычного человека трехкомнатной квартире.

Еще дрожащими после пережитого стресса руками открываю замок и лихорадочно пытаюсь вспомнить, прибрано ли у меня дома.

Вообще в обычной жизни я невероятно, просто до безобразия, чистоплотна. Крошки на столе или грязная кружка в мойке вызывают у меня чуть ли не психоз. Я именно та самая женщина, что с маниакальностью моет полы на кухне по три раза в день, гладит постельное белье и вытирает насухо посуду.

Но, помимо меня, в квартире живет еще дед, а он не особо утруждает себя порядком.

Очень надеюсь, что он еще не вернулся с дачи.

Войдя в прихожую и впустив Кошмарыча, бросаю беглый взгляд на обувную полку и, не заметив там дедовых дачных калош, облегченно выдыхаю.

— Разувайтесь и проходите сюда, — машу рукой в сторону кухни.

Кошмарыч, с интересом оглядываясь, покорно идет в указанном направлении и прямо на ходу начинает расстегивать рубашку.

Я, семенящая следом за ним, слегка выпадаю в астрал, когда перед глазами оказывается сначала голая мужская спина с широченными плечами, а потом и накачанная грудь.

— Э-э-э, а что это вы…, — с трудом оторвав взгляд от кубиков пресса, что у Кошмарыча вместо пивного живота, бормочу я.

— Не на мне же вы зашивать будете? — спокойно и вполне резонно замечает босс, протягивая мне рубашку.

— Да, конечно, — заторможено киваю и делаю то, что делает любая приличная женщина, если оказывается в пикантной ситуации – ставлю чайник.

— Вы кофе хотите? — стараясь выглядеть, как можно беспечнее, спрашиваю я, суетясь и лихорадочно пытаясь вспомнить, куда я запихнула свою железную банку со швейными принадлежностями.

— Не откажусь, — раздается ленивый голос босса. — Но я чай предпочитаю.