Ярослав Жаворонков – Неудобные люди (страница 20)
Она мотнула головой, попыталась отогнать мысли о заспиртованных холодцах, застывших детях, прокручивала ленту и выборочно читала комментарии.
vika.st:
3ima43:
imama:
klara:
zvetok:
anna_strom:
rina.zayats:
nikita80:
Стоп. Аня закрыла глаза и попыталась всё это переварить. Лекарства, страх, симптомы, жалобы – и кровоточащие, и отстраненные, уже частично прожитые – змеились вокруг.
kseniya:
aleftinaV:
Vesla:
Аня скривилась. Бросило в жар.
Это не то, что она надеялась найти. Точнее… то, но не совсем. У этих людей было всё настолько тяжело, что это казалось другим миром, другими проблемами, не имеющими отношения к ее, Аниной, проблеме.
И вообще – зачем она здесь? Сколько лет прошло, сколько лет она с этим живет, никогда на такие форумы не заходила. Дефектолог посоветовала. Эта, как ее. Да. Зайдите, почитайте, там есть разделы про обучение, про взросление, про всё вообще есть. Может быть, что-то для себя найдете. Вообще многие там друзей по переписке находят даже, лично знаю несколько таких людей. – Хорошо-хорошо, спасибо, посмотрю на днях. Но не планировала Аня никуда смотреть на этих днях. Этих днях, – усмехнулась она. – Вот уж точно: вся жизнь как эти дни. Бесконечные.
Но зашла и посмотрела. Всмотрелась и онемела. Странное было чувство, будто заживающий нарыв наполнился новым гноем – или он там всё время был, глубоко? Да, подготовка к учебному году, к первому учебному году Димы и приезд в коррекционную школу Ане будто напомнили о существовании слабоумного сына. О тех годах, когда она его перекинула няне, о беременности, когда она… В конце концов, о том, как сейчас она… Еще был вариант нанять сиделку или поискать специальных преподавателей и оставить Диму дома, закрыть, как принцессу в башне. Но мороки это предвещало намного больше: составление индивидуальных программ, плотное общение с воспитателями школы для контроля за продвижением по этим программам, а еще всё время, много-много лет подряд снование незнакомых женщин по их дому. Постоянное напоминание. И, кажется, совсем уж лишение Димы возможности общаться с другими детьми. Так что от почти обретшей плоть сиделки отказались.
Зажмурилась, и еще, и еще, сильно сжимая веки, как губку. И почему вся жизнь связана с тупыми?
Аня росла с сестрами-близняшками, на четыре года младше. Ей казалось, что родители уделяют им внимания больше, чем ей. Аня была взрослее, за ней нужно было меньше следить, а затем – в ее лет семь-восемь – отец с матерью как-то молча решили, что старшая справится сама, а близняшек нужно еще растить и растить.
Аня так и жила – отправленная машиной времени на четыре года вперед, тогда как всё настоящее в семье происходило там, с ее младшими сестрами. Тебе столько одежды не надо, ты уже медленнее растешь. Отдай игрушки, не жадничай, тебе уже сколько лет, наигралась. Ты одна, а их две. Ты уже и сама можешь справиться, а они еще маленькие… ты посмотри, какие хорошенькие.
И хотя они вместе взрослели, Аня замечала, что умнеет будто бы только она. Близняшки вышли какими-то глуповатыми, неказистыми, несоциальными – всё в себе да друг с другом, но все родственники, учителя и друзья семьи с ними носились: вы посмотрите, какие интересные, не как все, и надо же, как повезло, первые близнецы в роду / среди знакомых/друзей/коллег.
Аня и стеснялась их немного, а их ей, как назло, впихивали поглубже, заматывали шарфом: отправляли гулять, провожать до школы (Аню и близняшек отдали в разные). Ни ее победы в соревнованиях, ни ее пятерки никого особо не интересовали, их же четверки с минусом, камышовая посредственность и потупленный взгляд интересовали всех. Так, в общем-то, продолжалось, пока Ане не исполнилось восемнадцать и она почти не перестала приходить домой.
Она провела рукой по клавиатуре, чтобы успокоиться. Собралась. Зарегистрироваться. anna.199
Динара закинула ногу на ногу, так и сидела. На столе лежали яркие распечатки, на которые она небрежно показывала зажатой между пальцами на манер сигареты перьевой ручкой.
– Задача моя не столько научить делать какие-то шедевры, сколько включить их в сам процесс. Снять блоки, вывести в новое состояние.
Сидящие напротив школьные директор и психиатр смотрели то на нее, то на документы – распечатки. Их заинтересованность, кажется, сочеталась с легким недоумением.
– Дифференцируется восприятие, улучшается мелкая моторика, развивается наблюдательность. Умение выбирать. Всегда есть положительные сдвиги в области умственных операций, о результатах моей частной работы можете почитать здесь же. И, если собеседование пройдет успешно… – Динара выдержала необходимую паузу (чуть не засмеялась) и сняла ногу с ноги, – то уже к концу недели я предоставлю вам полную программу, а со следующей – приступлю. Если такой график вас, конечно, устраивает.
Собственно, она знала, что собеседование чисто формальное. И на самом деле если кто и должен был собеседовать – то она. Это она делала одолжение бюрократам с проредившемся кошельком и разбавленным взглядом.
– Динара Саидовна, спасибо… – Директор (как его) повернулся к психиатру и снова повернулся к ней. – Это очень интересно, но… мы правильно понимаем, что вы устраиваетесь к нам на общих условиях?
– Совершенно верно, – медленно пропела Динара. – Всё как у белых людей, общие условия, ничего сверх.
– Но достаточно ли мы для вас?..
– О, не переживайте на этот счет, я работаю в разных местах, и практика в вашем заведении мне очень даже подходит.
Динара была специалистом по работе с неполноценными (в основном с детьми, но не только) – УО, аутизм, СДВГ, ЗПР, слабослышащие, слабовидящие, целая колода была, вытягивай что хочешь. Известным и высокооплачиваемым. Она давала консультации богатым семьям, школам и специализированным центрам, составляла программы, проводила тренинги, офлайн- и онлайн-курсы, разрабатывала креативные методики, ездила по всей области, потому что где в одном этом городке найти деньги.
В коррекционной школе восьмого вида № 9 была вакансия воспитателя. Динара изъявила желание устроиться преподавателем изобразительного (ха-ха) искусства. То, что это были две разные должности, ее не сильно смущало. Ее вообще в жизни мало что могло смутить.
Она решила попреподавать в коррекционке до конца учебного года. Опробовать новую методику в поле – возможно, на основе результатов написать статьи, а саму методику пустить в ход на курсах и индивидуальных консультациях. Плюс потенциальные характеристики![18] И в целом допуск до работы с группами в госучреждении – возможность неплохая. И это ее предложение директору (как там его) – аванс для него, честь для школы, а не для Динары.