Ярослав Васильев – Возвращение к звёздам (страница 26)

— Да уж, — Этна всё-таки позволила себе небольшой смешок. — Девушка, которая неделю ночует с императором. Ведь и в самом деле выбор небольшой. Особенно если вспомнить, чтобы она ещё и нужный допуск имела. Дипломат из меня так себе, поэтому выдерживать паузу, изображать рассуждения и выторговывать себе что-нибудь я не стану. Надо — значит надо, тем более, как я понимаю, других кандидатур на эту должность у нас нет вообще.

— Действительно, нет, — покладисто согласился Ленард.

Налил себе чаю и мысленно уже в который раз за вечер чертыхнулся, ибо других вариантов помимо Этны и в самом деле не было с самого начала. Несмотря на славу победителя и суровую репутацию императора, политический баланс в системе оставался хрупким. Любая иная девушка, хотя бы на день окажись она на месте Этны, мгновенно разрушит это самое равновесие уже одной возможностью того, что всё-таки может задержаться в постели императора.

— Хорошо, мой повелитель. Но я всё-таки поставлю небольшое условие. Я попрошу исполнить одно моё желание. Но озвучу я его не сейчас. И обещаю, что ничего невозможного или опасного для тебя или для нашей планеты я просить не стану.

— Договорились. И я верю в твоё благоразумие, поэтому обещаю исполнить твоё желание.

На секунду Ленарду показалось, что во взгляде Этны опять заиграли озорные смешинки. Словно девушка наслаждалась происходящим. А ещё она напоминала кошку, которая долго охотилась за птичкой, и наконец её поймала. Но когда император посмотрел на Этну мгновение спустя, уже ничего не было, и Ленард убедил себя — только почудилось.

Вечер прошёл намного проще, чем Ленард рисовал себе мрачными красками в своих предположениях. Бытовых трудностей возникнуть не могло — размеры и оснащение императорских апартаментов позволяли разместить без стеснения вдесятеро больше народу. Этна оказалась очень приятным и умным собеседником, да и без этого Ленард просто наслаждался её обществом. Пусть вот так, ненадолго и не совсем по-настоящему — но даже почти счастье лучше, чем вообще никакого. Он немного опасался, что будет, когда настанет время ложиться спать. Но Этна ненадолго ушла в соседнюю комнату, вернулась уже в пижаме и без какого-либо страха спокойно легла, не обращая внимания, что одеяло всего одно общее на двоих. Заняла свою половину кровати, и почти сразу задремала.

Ленарду сон никак не шёл, он ворочался, одновременно опасаясь разбудить Этну… называя себя дураком, ибо до зубовного скрежета хотелось подвинуться поближе и хотя бы просто девушку обнять. Если бы не дурацкие обычаи вольфаров, он бы не стал впутывать Этну вообще, но и поступить иначе тоже не имел права — на другой чаше весов жизни миллиардов людей на Диане и в колониях. Ленард сам не понял, когда оттого, что он постоянно ворочался, Этна проснулась. Испугаться не успел, девушка пододвинулась ближе, с удобством устроилась у него на плече. Не просыпаясь до конца, поправила руку, чтобы мужчина её обнял, но рука у него не затекла, и провалилась обратно в сон. Разве что губы еле заметно шевельнулись, прошептав: «Дурак». Или ему опять показалось? Захотелось услышать — вот и услышал, потому что он и в самом деле дурак. Додумать Ленард не сумел, вслед за Этной провалившись в сон. Впервые за много недель он чувствовал себя счастливым.

Глава 14

Официальные встречи имеют много тонкостей. Особенно если встречаются посол пусть не самой крупной, но признанной звёздной державы и владыка государства, уже доказавшего силу, но никем ещё официально не признанного. Значение имеет любая мелочь. Встречаться делегации будут на территории дворцового комплекса, но на улице и недалеко от въезда для гостей — а не в зале для приёмов. Как бы подчёркивая, что сейчас обе стороны выступают как равные. Неприятность во всём этом была одна: на улице царил разгар весны. Если облака разогнали заранее, и вместо вчерашнего мокрого снега над дворцом раскинулось бледно-голубое небо, то с влажностью и ветром поделать ничего не могли. Одета делегация в парадные мундиры, ведь идёт прямая трансляция, и вольфары наверняка её наблюдают по дороге из стратопорта. Самое большее можно на время ожидания прикрыть делегацию встречающих прозрачными ширмами и крышей да поставить тепловые пушки. Всё равно было зябко, а о том, каково будет, когда загородки уберут, думать вообще не хотелось.

Ленард краем глаза посмотрел на Этну, которая сейчас замерла возле правого плеча императора. Как и остальные, девушка была одета в форму, на которой красовались теперь уже погоны младшего лейтенанта, и, конечно же, медаль «Сражения рубежа». Смотрелась Этна в парадной форме сногсшибательно, не зря же камеры журналистов смотрели на неё чуть ли не так же часто, как и на императора. Ленард обеспокоенно подумал, как бы девушка не простудилась на ветру: всё-таки юбка до колена и туфли от холода защищали намного хуже адмиральских брюк и сапог. И тут же внутренний голос с ехидцей прокомментировал, что беспокоиться надо было раньше. До того как втравил в нынешнюю интригу. Тут же голос разума на это ответил, что иных кандидатур у них просто нет. Вопрос не в одной лишь внутренней политике. Для аль-Кеорла то, что, когда решался вопрос выживания клана, старшая женщина клана пошла в бой вместе со своим мужчиной, будет аргументом не менее важным, чем совместный запах. Его не обманули, ему не подсунули актрису, а император привёл на важные переговоры именно свою женщину. Ехидный голосок мгновенно добавил, дескать, действительно, такую потрясающую и умную девушку больше не отыскать. Утром ничуть не удивилась, проснувшись в мужских объятиях, не смущалась, но и не подала намёков, мол, ожидаю продолжения. На этом Ленард внутренний диалог оборвал. Так и до шизофрении недалеко, вдобавок утренняя реакция Этны и в самом деле поставила его в тупик.

Но вот потайной наушник подал сигнал: делегация прибыла. Ленард непроизвольно поморщился, ибо одновременно щёки резануло холодом перепада температуры. Оставалось завидовать вольфарам, которые благодаря хотя и короткой, но всё же шерсти чувствовали себя намного комфортней. Пусть им и пришлось около ворот выйти из машин и пару сотен метров шагать пешком. Но вот свиток верительной грамоты и карточка-приглашение от императора, согласно протоколу были отданы сначала младшему чиновнику Департамента иностранных дел, ждавшему возле начала ковровой дорожки. Тут же карточка перекочевала в руки господина Дарона, и тот сделал шаг в сторону, освобождая проход:

— Рад видеть столь уважаемых гостей, прибывших разделить хлеб и воду с хозяином.

Вольфары зашли на ковровую дорожку и снова замерли. Ленард обратил внимание, что гости остались довольны — эта часть была взята из их обычаев, ибо даже самый близкий друг не смеет зайти без разрешения в дом главы чужого клана. Дальше глава Департамента иностранных дел забрал свиток и отнёс его императору. Тот сломал печать на верительной грамоте посла, зачитал текст, потом громко на камеру поздравил аль-Кеорла с прибытием, и вместе с Этной двинулся навстречу. Остановились они на середине, где заканчивались цепочки гвардейцев, расставленных по обе стороны дорожки. Символ, что встречают друга и дальше нет нужды в охране. От делегации отделился аль-Кеорл, подошёл. Ленард поприветствовал гостя по обычаю вольфаров, аль-Кеорл по обычаю людей с императором поздоровался рукопожатием, его спутнице поцеловал ладонь. При этом стоявший рядом Ленард заметил, что словно бы невзначай аль-Кеорл принюхался и остался запахом доволен.

Остальную часть мероприятия Дарону пришлось придумывать с нуля, ибо это был первый визит инопланетян в резиденцию правителя людей. Один из гвардейцев совершил шаг в сторону императора и посла, сделал строго выверенный поклон и пригласил:

— Ваше Величество, леди Этна, благородный аль-Кеорл. Позвольте вас проводить.

Гвардейцы мгновенно перестроились, образовав почётный коридор, двое раскатали новую дорожку. На самом деле имитацию из специальной плёнки, настоящая ковровая дорожка вышла бы слишком тяжёлой и разложить её так быстро и изящно не выйдет. На камерах она будет выглядеть как положено. Император и его спутники зашагали сквозь почётный коридор, гвардеец пристроился идти ровно на два шага позади. В конце дорожки уже ждала самая настоящая запряжённая лошадьми коляска, с кучером. Гвардеец открыл дверку, помог забраться сначала даме, потом мужчинам. Сам встал на специальную подножку сзади и замер. Коляска плавно тронулась, Ленард же почувствовал, как внутри растекается удовлетворение. Вольфар ни на миг не запнулся и не засомневался, он принял, что сегодняшние переговоры будут на самом высоком уровне из возможных. И значит шансы на успех подросли.

Встреча с представителем вольфаров состоялась во второй половине дня и в той же самой «оранжерее». Разве что полянка была иная, побольше и сервировано всё было уже на три персоны. Аль-Кеорл придумку оценил, расспросил насчёт несекретных деталей и с уважением сообщил, что пробить такую защиту современными средствами подслушивания и в самом деле не представляется возможным. Так что и Совету отцов кланов неплохо бы задуматься насчёт чего-нибудь подобного. После чего вольфар озвучил свои предложения. Всё было предварительно разобрано и отшлифовано специалистами из свиты, но окончательную силу эти пункты обретут только здесь и сейчас. Ленард где-то согласился сразу, в некоторых пунктах выдвинул встречное предложение. Это было тоже ожидаемо и известно заранее, так что некоторое время оба торговались, выстраивая приемлемый обеим сторонам компромисс. Этна пока молчала.