Ярослав Северцев – Последний из рода. Том 4. Цена крови (страница 3)

– Завтра в это же время? – спросил он.

– Завтра, – кивнул Громов. – И каждый день. Пока не научишься держать удар.

Кирилл кивнул, развернулся и пошёл к выходу.

– Димидов, – окликнул его Громов.

Кирилл обернулся.

– Ты сильнее, чем думаешь, – сказал магистр. – Не магией. Собой. Помни об этом.

Кирилл кивнул и вышел.

В коридоре его ждал сюрприз.

Сеня стоял, прислонившись к стене, и сжимал в руках какой-то свёрток. Увидев Кирилла, он выпрямился, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на страх и решимость одновременно.

– Господин Димидов, – сказал он. – Я хотел… Я должен кое-что сказать.

– Что случилось? – спросил Кирилл, чувствуя, как внутри всё сжимается. Неужели что-то с Вероникой?

– Не здесь, – Сеня оглянулся по сторонам. – Это важно. Это… это про предателя.

Кирилл замер.

– Идём, – сказал он, беря Сеню за плечо. – Расскажешь в комнате.

Они пошли по коридору, и Кирилл чувствовал, как внутри разгорается холодный огонь. Предатель. Тот, кто продал карту источников. Тот, из-за кого Велес узнал о третьем источнике. Тот, кто косвенно убил Степана.

Теперь, возможно, он узнает, кто это был.

В комнате, кроме Алексея, Кузьмы и Михаила, никого не было. Кирилл закрыл дверь, жестом предложил Сене сесть.

– Рассказывай, – сказал он.

Сеня глубоко вздохнул, развернул свёрток. Внутри оказалась старая, потрёпанная тетрадь.

– Это я нашёл в библиотеке, – сказал он. – Вчера, когда искал книги по защитной магии. Она была спрятана за шкафом, в тайнике.

– И что в ней? – спросил Кузьма.

– Записи, – Сеня открыл тетрадь на закладке. – Кто-то вёл дневник. Здесь всё: про источники, про Велеса, про то, как он передавал информацию.

– Имя? – спросил Кирилл.

Сеня посмотрел на него. В его глазах был страх.

– Там нет имени, – сказал он. – Но есть кое-что другое. Герб. На обложке.

Он перевернул тетрадь, и Кирилл увидел. Серебряный волк, стоящий на скале.

Герб Белозерских.

– Это не может быть, – сказал Алексей. – Белозерский – аристократ. Зачем ему помогать Велесу?

– Зачем? – усмехнулся Кузьма. – Чтобы уничтожить Кирилла. Чтобы получить власть. Чтобы жениться на Веронике.

– Но если это его тетрадь, – медленно сказал Михаил, – значит, он знал всё с самого начала. Знал про источники. Знал про Велеса. Знал, что будет.

– И ничего не сказал, – закончил Кирилл.

Он взял тетрадь, пролистал. Почерк был аккуратным, каллиграфическим. Не похоже на то, что писал Белозерский, но Кирилл не был уверен. Он мало видел почерк княжича.

– Это не доказательство, – сказал он. – Любой мог подделать герб. Любой мог написать это, чтобы подставить Белозерского.

– Или это настоящий его дневник, – возразил Алексей. – И он просто забыл его или потерял.

– Белозерский не настолько глуп, – покачал головой Кирилл. – Он бы не стал хранить такие записи в школе.

– А если это не его? – спросил Кузьма. – Если это кто-то из его людей?

– Может быть, – Кирилл закрыл тетрадь. – Но пока мы не знаем точно, нельзя обвинять. Это может сыграть на руку настоящему предателю.

– Что будем делать? – спросил Сеня.

– Будем наблюдать, – ответил Кирилл. – Тихо. Аккуратно. Если Белозерский – предатель, он себя выдаст. Если нет – тот, кто оставил эту тетрадь, попытается что-то сделать ещё.

Он посмотрел на Сеню.

– Ты молодец. Это важно. Но никому ни слова. Даже Оболенскому. Пока.

Сеня кивнул, и в его глазах мелькнула гордость.

– Я понял, – сказал он.

Вечером Кирилл сидел у окна и смотрел на звёзды.

Они были яркими, чистыми, и на секунду ему показалось, что он видит среди них лицо Вероники. Её глаза, её улыбку, её холодные пальцы, которые однажды сжали его руку.

– Я верну тебя, – прошептал он. – Клянусь.

В кармане лежала тетрадь. Серебряный волк на обложке сверкал в свете магического фонаря.

Кирилл достал её, открыл на первой странице. Почерк был чужим, но что-то в нём казалось знакомым. Какая-то деталь, которую он не мог уловить.

«Первый источник находится на землях Димидовых. Защита слабая, можно пройти. Нужно только найти проводника».

Дальше шли пометки, схемы, расчёты. Кто-то очень хорошо знал магию источников. Кто-то очень хорошо знал его род.

Кирилл перелистнул страницу. На полях было приписано:

«Димидов слаб. Его можно использовать. Но сначала нужно убрать Шереметеву. Она слишком влияет на него. Слишком много знает. Слишком близка к правде».

Кирилл сжал тетрадь, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость.

Этот человек хотел убрать Веронику. Не Велес. Не Карамзин. Этот. Тот, кто прятался за гербом Белозерских. Тот, кто ждал своего часа.

– Я найду тебя, – прошептал Кирилл. – И тогда ты заплатишь.

Он закрыл тетрадь, убрал в потайной карман. Завтра нужно будет показать её Громову. Или Оболенскому. Но сначала – разобраться самому.

Он лёг, закрыл глаза. Перед ними снова возникло лицо Вероники – спокойное, безмятежное, словно она спала.

«Жди меня», – прошептал он. «Я скоро».

И провалился в сон, где не было ни магии, ни источников, ни врагов. Только она. И его рука, сжимающая её холодные пальцы.

Глава 2: Новые правила

Утро в школе встретило Кирилла чужими взглядами.

Он спустился в столовую, и разговоры за соседними столами стихли. Студенты оборачивались, смотрели, шептались. Кто-то с любопытством, кто-то с жалостью, кто-то с плохо скрываемым злорадством.

– Смотрите, герой пожаловал, – громко сказал кто-то из старшекурсников. – Говорят, без силы теперь. Как все.

– Как все? – усмехнулся другой. – Да мы его теперь любого первокурсника уделаем.

Кузьма, сидевший за столом, вскочил, но Кирилл остановил его, положив руку на плечо.