Ярослав Северцев – Последний из рода. Том 4. Цена крови (страница 4)

– Сядь, – тихо сказал он. – Не стоит.

– Да как они смеют… – начал Кузьма, но Алексей тоже схватил его за рукав.

– Он прав. Не сейчас.

Кузьма сел, сжав кулаки. Кирилл взял поднос с едой, сел за стол. Спина была прямой, лицо спокойным. Он чувствовал на себе десятки взглядов, но не показывал, что это его задевает.

Слабость – это не отсутствие силы. Слабость – это когда ты позволяешь другим решать, чего ты стоишь.

– Белозерский сегодня на общем собрании выступает, – тихо сказал Михаил, наклоняясь к Кириллу. – Говорят, будет говорить о новом порядке в школе.

– О каком порядке? – спросил Алексей.

– О том, что место сильнейших должны занимать те, кто действительно силён, а не те, кому просто повезло, – ответил Михаил, бросив взгляд на Кирилла.

– То есть о том, что он должен быть главным, – усмехнулся Кузьма.

– Примерно, – кивнул Михаил.

Кирилл отправил в рот ложку каши. Еда не лезла, но он заставлял себя. Телу нужны силы. Даже если магии нет, тело должно работать.

– Пойдём, – сказал он, поднимаясь. – Послушаем, что скажет наш княжич.

Главный зал школы был полон.

Студенты стояли вдоль стен, сидели на скамьях, толпились у входа. В воздухе висело напряжение – то самое, которое бывает перед грозой или перед дракой.

Белозерский стоял на возвышении в центре зала. Его свита расположилась полукругом за спиной, и Кирилл заметил среди них несколько новых лиц – старшекурсников, которые раньше держались нейтрально.

Значит, переманил. Или купил. Или напугал.

– Я собрал вас здесь, – начал Белозерский, и его голос разнёсся по залу, – чтобы поговорить о том, что происходит в нашей школе. О том, кто здесь настоящая сила, а кто – просто пустое место.

Он сделал паузу, обводя взглядом зал. Его глаза остановились на Кирилле, и на губах мелькнула усмешка.

– Мы все знаем, что в этом году случилось многое. Турнир, нападение тёмных магов, наш бывший герой, который… – он снова посмотрел на Кирилла, – …который, как выяснилось, не так уж и силён без своей случайной удачи.

В зале зашептались. Кузьма шагнул вперёд, но Кирилл снова остановил его.

– Я не говорю, что Димидов плохой боец, – продолжил Белозерский, и в его голосе появились масляные нотки. – Он доказал это на турнире. Но времена меняются. Тёмные маги на пороге, и школе нужен лидер, который сможет защитить её. Лидер, который силён не случайно, а по праву рождения. По крови.

Он выпрямился, и под его ногами каменные плиты пошли лёгкой рябью.

– Я предлагаю создать Совет Старших. В него войдут сильнейшие маги школы. Они будут решать вопросы защиты, тренировок, распределения ресурсов. И, конечно, они будут следить за тем, чтобы в школе не было места тем, кто ставит всех под удар.

Он снова посмотрел на Кирилла. Теперь уже открыто.

– Тем, кто привлекает тёмных магов на наши земли. Тем, из-за кого страдают невинные. Тем, кто не смог защитить даже тех, кто был рядом.

В зале стало тихо. Кирилл чувствовал, как десятки взглядов скользят по нему, оценивают, ждут реакции.

Он не двинулся с места.

– У тебя есть что сказать, Димидов? – спросил Белозерский, и в его голосе прозвучала откровенная провокация.

Кирилл медленно поднялся. Он чувствовал, как дрожат руки, но голос был спокоен.

– Скажи, Белозерский, – сказал он, и его голос разнёсся по залу, хотя он не повышал тона. – Этот твой Совет Старших будет выбирать самых сильных магов. По праву рождения. По крови.

– Именно, – кивнул Белозерский.

– И кто будет решать, что такое сила? – спросил Кирилл. – Количество меридианов? Мощь заклинаний? Или то, что человек готов рисковать собой ради других?

Белозерский усмехнулся.

– Сила – это то, что можно измерить. Меридианы, заклинания, победы в боях. А не пустые слова.

– Тогда измерим, – Кирилл сделал шаг вперёд, и зал замер. – Я сейчас слабее тебя. Это факт. Но сколько раз ты выходил против тёмных магов? Сколько раз ты рисковал жизнью, защищая других? Сколько раз ты терял тех, кто был тебе дорог, и продолжал идти?

Белозерский побледнел. Его свита зашевелилась, но он поднял руку, останавливая их.

– Ты не знаешь, что такое настоящая сила, – продолжал Кирилл. – Ты думаешь, что меридианы и кровь делают тебя великим. Но великим делает то, что ты готов отдать ради других. Я потерял силу, защищая источник. Я потерял человека, который был мне дорог. И я потерял девушку, которую люблю. Но я здесь. Я стою перед тобой. И я не сдался.

Он посмотрел Белозерскому в глаза.

– Ты говоришь о силе. Но настоящая сила – это не победы. Это способность вставать после поражений. И если ты этого не понимаешь, никакие меридианы не сделают тебя лидером.

В зале повисла тишина. Белозерский смотрел на Кирилла, и его лицо было бледным, но в глазах мелькнуло что-то, чего Кирилл не ожидал. Не злость. Не ненависть.

Сомнение.

– Твои слова ничего не меняют, – сказал Белозерский, и его голос звучал тише, чем раньше. – Школе нужна защита. А ты… ты сейчас не можешь её дать.

– Может, и не могу, – согласился Кирилл. – Но это не значит, что я буду молчать, когда кто-то пытается использовать страх, чтобы захватить власть.

Он развернулся и пошёл к выходу. Кузьма, Алексей, Михаил и Сеня двинулись за ним.

В спину летели взгляды. Кирилл чувствовал их, но не оборачивался.

Он сказал то, что должен был сказать. Теперь нужно было делать то, что должен был делать.

После собрания Кирилл пошёл к Громову.

Магистр ждал его в малом зале, но на этот раз не один. Рядом с ним стоял мужчина в строгом чёрном сюртуке, с холодным, непроницаемым лицом. На его груди поблёскивал знак – двуглавый орёл, сжимающий в лапах молнию.

Тайная канцелярия.

– Димидов, – Громов кивнул на мужчину. – Это господин Вересов. Он хотел с тобой поговорить.

Вересов смотрел на Кирилла долгим, изучающим взглядом. Кирилл чувствовал, как этот взгляд проникает под кожу, оценивает, взвешивает.

– Господин Димидов, – сказал Вересов, и голос его был ровным, без интонаций. – Я слышал о ваших… приключениях. О тёмных магах. Об источниках. О девушке, которая сейчас в коме.

– Что вам нужно? – спросил Кирилл.

Вересов усмехнулся – первый признак эмоции, который он позволил себе.

– Прямо. Это хорошо. – Он достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги, протянул Кириллу. – Это приказ из Канцелярии. Империя берёт под контроль все расследования, связанные с деятельностью тёмных магов на её территории. Вы будете сотрудничать с нами.

– Или? – спросил Кирилл, не беря бумагу.

– Или вас объявят пособником тёмных, – спокойно ответил Вересов. – Учитывая, что вы работали с Ратмиром, который был замечен в связях с Велесом, это будет нетрудно доказать.

Кирилл почувствовал, как внутри закипает ярость. Но он взял себя в руки. Сейчас нельзя было показывать слабость.

– Что вы хотите? – спросил он.

– Информацию, – Вересов убрал бумагу. – Всё, что вы знаете об источниках. О Велесе. О его планах. О том, кто ему помогал.

– А взамен?

– Взамен Империя обеспечит безопасность вашей усадьбы. И, возможно, поможет с лечением вашей… невесты.

Кирилл замер. Невеста. Он не называл Веронику так, но для Империи это было важно. Статус. Связи. Всё, что давало власть.

– Я подумаю, – сказал он.

– Думайте быстро, – Вересов развернулся и вышел, не попрощавшись.