Ярослав Росиненков – Иной взгляд (страница 5)

— Я… я не знаю. Просто в какой-то момент… всё остановилось. Я не могла пошевелиться. — Она растерянно улыбнулась, отмахиваясь. — Да и ладно, наверное, перевозбудилась! Марк, ты купишь мне мангу «Связь сердец»? Или, может, «Этот глупый свин не понимает мечту девочки-зайки»?

— Только одну, помнишь уговор? — напомнил я, стараясь скрыть беспокойство. Что это было? Снова эти странности?

Пока Иори с азартом металась между стеллажами,я огляделся. Магазин был небольшой, но битком набитый. Стеллажи до потолка с фигурками, коробки с коллекционными картами, стойки с одеждой с принтами. В воздухе витал запах новой полиграфии и пластика. У кассы сидел угрюмый парень в очках, уткнувшийся в ноутбук.

— Марк, а как там твоя гитара поживает? — спросила Катя, разглядывая брелок с Тоторо.

— В углу пылится, — честно признался я. — Три аккорда выучил и забросил. А ты? Не хочешь чего-нибудь?

Она покачала головой.

— Просто посмотрю.

— А как там твоя манга поживает? — спросила Катя у Иори, когда та вернулась с двумя томами в руках, выбирая.

— О! — Иори снизила голос до таинственного шёпота. — Она пока-что пишется. В строжайшем секрете! У меня там сюжетный поворот такой… Никому не скажу!

В итоге она выбрала первый том «Связи сердец» и с торжествующим видом протянула его мне. Пришлось раскошелиться. После оплаты я с тоской взглянул на остаток на карте — три тысячи до следующего месяца.

Нормально, проживём. Главное, чтобы до дня рождения Иори ещё что-нибудь не случилось, а то на подарок не накоплю. Она в прошлом году намекала на один крутой сборник табов для гитары…

На улице уже совсем стемнело. Мы побрели дальше, без конкретной цели.

— Может, на набережную? — предложила Катя.

— Давайте на горку! — воскликнула Иори, указывая на небольшой холм в конце улицы, откуда открывался вид на часть города. — Там здорово!

Мы поплелись туда.Холм был пустынным, только ветер гулял по жухлой траве. Вид и правда был ничего: огни города, тёмная лента реки вдали.

И тут это началось снова. Сперва лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Потом — знакомое, леденящее удушье. Воздух будто стал густым, как сироп, и не хотел заполнять лёгкие. Я сгрёбся, делая короткие, прерывистые вдохи.

— Марк? — тревожно позвала Катя.

Я не мог ответить.Поднял голову и увидел Иори. Она стояла, отвернувшись, но её поза была неестественной. Она одной рукой судорожно сжимала свой левый бок, чуть ниже рёбер, будто ловила судорогу. И дергала за хвостик своей куртки, который действительно торчал с левой стороны, снова и снова, с каким-то одержимым, механическим упорством.

Боль,паника, это жуткое ощущение потери контроля — всё смешалось в один клубок. И так же резко, как началось, всё отпустило. Воздух хлынул в лёгкие, тело обмякло.

— Фух… — выдохнул я, вытирая холодный пот со лба. — Всё. Всё, ребята. По домам. Уже седьмой час, темнеет.

На этот раз никто не стал спорить. Иори молча кивнула, её весёлость куда-то испарилась, лицо стало сосредоточенным и усталым. Катя лишь обняла себя покрепче.

Мы молча пошли обратно, к остановке. В голове стучало: «Что это было? Опять? Почему у неё тоже?» Вопросов было больше, чем огней в том городе внизу. И ни одного ответа. Только тишина, нарушаемая нашим неровным дыханием и далёким гулом машин.

Глава 5. Связи

От лица Сина

Сознание вернулось не плавно, а резким, болезненным толчком. Я проснулся от жуткой, глубокой боли в боках и шее, будто всю ночь провел в неудобной петле, а не в собственной кровати. Чёрт. Значит, вчерашнее напряжение не ушло, оно впиталось в мышцы, превратилось в тупое, ноющее напоминание. И этот отец Саши… Его голос, полный немого укора, все еще стоял в ушах. Вчера он так меня напугал своим внезапным визитом, что я буквально впал в ступор, не мог пошевелиться. Неприятное, чуждое чувство беспомощности.

Надо сходить умыться. Холодная вода – лучший способ стереть остатки сновидений и вернуть контроль над телом. Я уже сел на кровати, когда в кармане джинсов, брошенных на стул, завибрировал телефон. Кому я нужен в шесть утра? Секунда на анализ: звонок, а не сообщение. Срочно. Марк. Другой бы на такое время не позвонил.

— Привет, Марк. Что случилось? — Голос мой звучал хрипло от сна.

— Син, привет. Ты уже в курсе? — в трубке слышалось непривычно взволнованное, почти паническое дыхание.

— В курсе чего? Говори конкретнее.

— Помнишь, на параде? Я чуть не рухнул. Эта… фигня с грудью.

— Ну, да. И что? Ты хочешь этим сказать, что это повторилось? — Я встал и подошёл к окну, отдернув штору. Утро было серым, бесцветным.

— Хуже. Син, вчера это появилось не только у меня. – Он сделал паузу, будто собираясь с мыслями. – Я ходил с девчонками. Иори… у неё тоже было. И не только она.

— Марк, я тебя не понимаю. Ты скачешь с темы на тему. Можешь нормально объяснить? По пунктам. — Я включил холодный, аналитический режим. Это успокаивало.

— Ладно. Син, что ты делал вчера примерно в четыре часа? — его голос стал настойчивым.

Мысленно я прокрутил вчерашний день. Отец Саши. Его внезапный приход. Одежда, которую он принёс для неё, и его взгляд — смесь вины и требования.

— Я… стоял в ступоре. Из-за отца Саши. Буквально не мог двинуться с места минуты две, может, три. Почему?

— Потому что примерно в это же время Иори в аниме-магазине впала в такой же ступор. Замерла, как статуя. А я почувствовал это самое удушье. И Катя… с ней тоже что-то было. Значит, это… Син, это какая-то хрень синхронная. Давай сейчас встретимся. Около школы. Надо обсудить, пока все не разбежались.

— Окей. Через сорок минут.

— Марк, какого хр… — начал я, но он уже сбросил. Не в его стиле. Значит, дома у него действительно что-то творится, если он так взвинчен.

Утренние процедуры прошли на автомате: ледяная вода на лицо, чёткие движения зубной щёткой. Ритуал порядка. Пока я вытирался, в дверь просунулась сонная голова.

— Син… ты сегодня во сколько вернёшься? — спросила Рейки, моя младшая сестрёнка. В её глазах была та же неуверенность, что и всегда после визитов отца.

— Постараюсь пораньше, Рейки, — сказал я. — Не задержусь. Нужно что-то?

— А… конфет купишь? «Рафаэлло»? — она сделала большие глаза, её коронный приём.

— Ради тебя куплю, — согласился я, проводя рукой по её растрёпанным волосам. — Только не уписывайся ими до ужина. И уроки сделай.

— Сделаю! — она просияла и потянулась обнять меня. Я позволил, на секунду ощутив её хрупкость. Ей нужна была эта стабильность. Хотя бы в мелочах.

Одевшись, я вышел на улицу. Воздух был холодным и влажным, пахло опавшей листвой и далёким дымом. Вологодчина просыпалась медленно, троллейбусы с скрипом ползли по мокрому асфальту. И тут, на полпути к остановке, меня накрыло. Резкая, пронзительная боль в правой руке, будто я с размаху упал на неё или получил сильный удар. Я ахнул, инстинктивно схватившись за запястье. Никаких повреждений. Боль ушла так же быстро, как пришла, оставив после себя лишь странное, пульсирующее эхо. Чёрт. Что за фигня? Это уже никак логике не поддавалось. Не моя боль. Чужая. Но чья?

Чтобы отвлечься, я полез в телефон, за новостями. Головоломка требовала фоновых данных. «Маска начал увеличивать продажу оружия на чёрном рынке. Его до сих пор не могут найти: дело передано не только полиции, но и ГБР, ВГБ и приданному отряду «141». Интересно. Усиление активности. «В 2026 году ожидается релиз долгожданного ремейка «Готики». Хорошая новость. Надо будет проверить, потянет ли мой комп. Пока я вёл этот внутренний монолог, анализируя разрозненные факты, ноги сами принесли меня к школе.

Марк уже ждал у ворот, нервно переминаясь с ноги на ногу. При моём приближении он резко обернулся.

— Эй, Марк. Раскрывай карты. О чём хотел поговорить? — спросил я, останавливаясь перед ним.

— Син, я копал. Эта фигня… она очень странная. Вчера, когда мы гуляли, и Иори застыла в магазине — это было около четырёх. Ты сказал, у тебя тоже в это время был ступор. Мне кажется, это всё связано. Не случайно.

— Так. То есть ты предполагаешь, что если кто-то из нас… испытывает сильную эмоцию, боль, что угодно – остальные это чувствуют? — сформулировал я гипотезу, сам поражаясь её абсурдности.

— Да! Именно! Или можем почувствовать то, что внутри происходит. Как какой-то… общий канал! – Марк говорил быстро, его глаза горели азартом первооткрывателя, смешанным со страхом.

–И как ты хочешь это доказать? – спросил я скептически. – Нам нужны контролируемые условия, данные, исключение случайных факторов…

— Я пока думаю! Но я не хочу чувствовать эту фигню, Син! Особенно чужую! — в его голосе прозвучал genuine испуг, который он тут же попытался заглушить бравадой. — Хотя… если это боль Иори, то, может, и ничего… Шучу, шучу!

— Марк, ты лучше справляешься со шутками, чем с теориями заговора, — сухо заметил я.

— Возможно, — он вздохнул.

И в этот момент я почувствовал это. Не боль. Тепло. Мягкое, разливающееся тепло в груди, будто кто-то прижал к сердцу грелку. Оно было приятным, но оттого не менее чуждым.

— Син? Что с тобой? — насторожился Марк, заметив изменение в моём выражении лица.

— Ничего. Просто… почувствовал тепло в груди. Не моё.

— Видишь! — воскликнул Марк. — Оно работает в обе стороны!

— Син, какие у тебя сегодня планы? — спросил он, меняя тему, будто боялся слишком глубоко залезать в эту пугающую реальность.