Ярослав Питерский – Месть сладка! (страница 7)

Семен Зимаров, ехал на своем «Ленд Круизере» по осеннему городу – на очень важную встречу. Его через своих посыльных позвал к себе сам Сигизмунд Овечкин. Это было очень странным. Обычно Овца просто звонил и приглашал Семена на беседу по мобильному телефону, но в этот раз все было не так. К Зимарову приехал Рашид «шестерка» Овечкина, всегда выполнявший, роль посыльного и сказал Семену, что его хозяин ждет Зимарова в своей общественной приемной на улице Ленина. Это было тоже неожиданным и подозрительным. Сигизмунд постоянно устраивал небольшие планерки со своими друзьями, знакомыми подчиненными и партнерами по бизнесу в офисе металлургического комбината, председателем совета директоров которого и являлся сам, а тут, общественная приемная.

Семен не мог понять, что это значило. В догадках и сомнениях он пробыл весь путь до дома, где находилась эта самая приемная. Вообще это было лишь пафосное название, по разговорам «общественная приемная» была ни что иное, как чрезвычайный штаб для «нестандартных» ситуаций. Этот штаб Сигизмунд создал несколько лет назад. Выкупив в центре города старый деревянный дом постройки царского времени. Хорошенько отреставрировав его снаружи, Сигизмунд заплатил большие деньги, чтобы полностью перестроить внутри. Шикарные кабинеты и приемные были обустроены, по последнему слову техники и дизайна, но главное, он напичкал дом аппаратурой не позволяющей прослушивать разговоры внутри помещения.

Для этого он закупил оборудование в Европе и США, а устанавливать его и проверять пригласил бывших сотрудников КГБ находящихся в отставке и на пенсии и работающих на Сигизмунда. Получилась прекрасная «зона молчания», (как ее называл сам Сигизмунд), в которой Овечкин мог вести любые переговоры и отдавать самые важные и непредсказуемые приказы. Поэтому Семен был в замешательстве и большой тревоги, когда ехал на эту встречу.

С Овцой их связывали лишь коммерческие отношения. Но это тоже было лишь высокой фразой. Зимарин банально платил Овечкину дань проценты с прибыли от торговли на своем городском рынке. Особой теплой любви между ними не было. Что мог предложить Овечкин на этой загадочной встречи Семен не мог даже предположить.

Огромный внедорожник, въехал во двор. За пар коваться на маленьком пяточке было большой проблемой. Семен ругнулся и стал вталкивать тушу своего «Ленд Круизера» в свободную ячейку. Выходить из машины пришлось боком, дверь открылась лишь на несколько сантиметров. В рядом, стоящей «Вольво» – сработала, охранная сигнализация, когда Семен, легонько ее задел рукой. Но, через, несколько секунд, сирена умолкла. Семен, взяв толстую барсетку, прошел внутрь приемной.

На входе стояли охранники в форме секъюрити западного образца. Их лица были невозмутимы и практически одинаковы. Бравые молодцы с бычьими шеями прошарили Семена магнитоискателем и молча, кивнув на барсетку, дали понять, что бы он оставил ее здесь. Зимарин, подчинился приказу туполобых охранников и прошел к кабинету Овечкина. Секретарь, пышногрудая блондинка дежурно улыбнулась и указала рукой на дверь. Семен вошел вовнутрь.

Овечкин сидел за большим рабочим столом в одной рубашке. Галстук его был ослаблен, а верхняя пуговица расстегнута. Сам Сигизмунд откинулся на большом кожаном кресле назад. Его поза показывала, что он расслаблен и можно вести себя непринужденно.

Здравствуйте Сигизмунд Ефремович.

Привет Зима! Проходи, ели хочешь, плесни себе, что ни будь выпить там на столике.

Семен подошел к столику с бутылками, но спиртного наливать себе не стал, а взял маленькую бутылочку с минеральной водой «Пирье». Открутив крышку, глотнул освежающую жидкость.

Зима, как ты думаешь, что самое главное в бизнесе? Овечкин кивнул на стул, возле себя приглашая Семена присесть.

Не знаю, возможно, прибыль. ответил тот и уселся на стул.

Нет. Не правильно. Прибыль можно потерять, можно повысить, а вот свой авторитет никогда. Если ты его потерял, значит – потерял и бизнес. Философски высказался Овечкин. Семен не понимал, куда он клонит.

Зима, как ты думаешь, мы теряем свой авторитет?

Не знаю, по моему, все нормально, вас уважают. осторожно ответил Семен.

Нет, Сеня, ты лукавишь. Теряем. В последнее время все больше и больше. Налоговые, менты, комиссии всякие.

Ну, ведь без этого не куда не денешься.

Денешься, Сеня, денешься!

Нет Сигизмунд Ефремович, если власть такую политику ведет – то не денешься, против власти – не попрешь!

Власть, ведет? Какая власть? А на хрен нужна такая власть, если она ведет такую политику?

Вы это о чем? совсем растеряно спросил Зимарин.

Кто стоит за всеми этими неприятностями и убытками для нас?

Как, кто мэр. Он ведь сам объявил, что поведет борьбу с криминалом и незаконным оборотом денег и теневых средств. Ты же знаешь.

Вот именно! Знаю! А что толку? Авторитет и бабки то я теряю! И ты теряешь, причем не малые! Сигизмунд пристально посмотрел на Зимарина.

Тот никак не мог понять, что хочет Овечкин. А главное, почему он пригласил именно его одного. Ведь у Овцы столько друзей и верных соратников. А сам Семен себя ярым сторонником не считал. Он просто платил дань, не желая войны и убытков с неприятностями для себя, своей семьи и своего дела.

К чему вы клоните Сигизмунд Ефремович? Мэра завалить что ли?

Фу как грубо! Завалить! Нет, не те времена, да и наследить можно. Бороться нужно другими методами.

То есть как это еще?

Другой мэр нужен, свой. Или хотя бы – кандидат в мэры.

Другой? Так ведь этого недавно избрали?! И он прочно сидит! Против него – честно не поборешься, потому, как он сам – мало, чем запачкан.

Не может быть, что бы человек был безгрешен. Ведь он не в раю живет.

Да, но, если он взяток не берет, я уже пробовал, хат себе не строит, дач не имеет, машин тоже. В семье – опрятен.

Это я уже слышал, но найти пятно у него – это моя проблема.

А, зачем вы меня позвали то? Я-то чем помочь могу?

А, ты то по моему помочь мне и можешь. Сигизмунд загадочно улыбнулся.

Не понимаю вас. Что я могу?

Я знаю, что ты меня недолюбливаешь, как и все те кого – я крышую! И дань беру! Вернее налог с прибыли. Так устроен мир. Никто просто так отдавать заработанное не хочет и это понятно. Но не в этом дело.

А в чем? Что надо то?

А надо вот что. Сейчас ты поймешь, почему я именно к тебе обратился. Во-первых, никто никогда не подумает, что эту партию я через тебя играть буду. Связи и логики нет. А во-вторых, потому, что именно у тебя на рынке есть нужная мне кандидатура, вернее человечек. Работает он на тебя.

Семен не мог понять, что замыслил Овечкин. А разговор про работающего у него человека, вообще завел его в тупик.

Не понимаешь?

Нет, а кто это такой работает у меня, кто помочь вам, то есть нам может.

Это твой дружок студенческий. Который книгу сумасшедшую пишет, эдакий новый «Майн Кампф»

Олежка Пупеев что ли? Да ведь он просто не нормальный неудачник. Зачем он вам?

Вот! Я вижу, что в точку попал! Чем бредовей будет идея и чем не нормальней человек, тем легче, ее во платить! Ты читал, о том, как Гитлер к власти приходил?

Нет, не читал, мне это и не интересно про всякую сволочь еще и читать!

А зря! Зря не читал. Я специально много книг об этом пролистал.

Зимарин вновь глотнул минералки и, смахнув выступивший пот со лба – ответил:

Вы извините Сигизмунд Ефремович, я никак не пойму – причем тут Пупеев? Причем Гитлер? И вообще, что вы хотите?

Я хочу, чтобы ты из Пупеева для меня кандидата в мэры сделал. Что бы он потом на меня работал, сам этого не зная.

Зачем это вам? Ведь у Олега в голове бред всякий, да и как я из него кандидата сделаю?

А это твои проблемы. Я тебе денег дам, причем много. На его раскрутку. А зачем он мне, потом увидишь. Это время покажет.

Да, но как я его уговорю?

Это твои проблемы. Я даю деньги, ты решаешь ее. Для начала, издай книгу его. Это первый шаг будет, а там сам увидишь. Да, я пока с твоего рынка налог тоже сниму. Тебе тоже на ноги встать надо.

Зимарин очень удивился такому предложению. Щедрость Овечкина его даже смущала. «Задумал он огромную аферу» крутилось в голове Зимы.

В общем, я вижу, мы с тобой друг друга поняли. Связь будем держать через Рашида. Звонить не надо. Конспирация должна быть полной. Будем общаться на словах через – верного человека.

Понятно. Но все же Сигизмунд Ефремович, свернуть шею мэра, мне кажется не реальным!

Это мы посмотрим. Кстати у него знакомая одна пропала – очень симпатичная девушка была! Ты не чего не слышал?

Зимарин, встал со стула и пожав руку Овечкину – напрягся от его слов. В них скрывался, какой-то очень важный смысл, но какой?

Мужчина с совершенно седой головой и красивым, атлетически сложенным телом лежал на огромной двуспальной кровати. Он совершенно голый был прикрыт лишь одной простыней. На вид ему было не больше сорока пяти. Но на самом деле ему недавно исполнилось шестьдесят. Звали мужчину Андрей Петрович Синявин.

Яркий солнечный свет, словно бритва лазера, резал полутемную комнату. Тяжелые синие портьеры не давали ворваться уличным краскам в роскошную спальню. Но маленький проныра, совсем крошечный, солнечный зайчик, все же пробил полумрак штор и бегал по глазам лежащего.

Андрей Петрович вздрогнул и проснулся. Машинально вытянув левую руку, он ощупал простынь рядом с собой, но не чего, кроме глади постельного белья не обнаружил. Резко вскочив, Синявин, посмотрел на пустую кровать. Его взгляд упал на при кроватную тумбочку, на которой стоял электронный будильник. На часах горело без пяти восемь. Это было ужасно поздно для Андрея Петровича. Обычно он вставал в половине седьмого. Позже делать подъем не позволяла должность, которую занимал Андрей Петрович. А его рабочий находился в самом главном здании города. Андрей Петрович Синявин был законно избранным мэром Белоярска.