Ярослав Козлов – Квартира (страница 1)

Ярослав Козлов

Квартира

Пролог

Осенний вечер окутал двор сумрачной вуалью. Время близится к ночи, улица погружена в тихую, почти звенящую тишину. Ветер едва шевелит опавшие листья, прибитые моросящим дождём к земле. Запах осени – сырой, землистый, с лёгкой ноткой горечи, пронизывает воздух. По мокрому асфальту, отражающему тусклый свет редких фонарей, идёт женщина. Каждый её шаг отзывается эхом, словно отбивая ритм тревожного ожидания. Мелкий дождь неспешно сыпет с тёмного неба, оставляя бисер капель на пальто и в волосах. Лужи уже успели разрастись по всем неровностям двора, и в них отражаются огни окон дома. В некоторых квартирах ещё горит свет – тёплый, желтоватый, обещающий уют и покой. В одном окне виден силуэт человека, сидящего возле окна, в другом мелькает тень за занавеской. Но женщина не смотрит по сторонам. Она спешит целеустремлённо и сосредоточенно, к дальнему подъезду в конце дома. Её фигура то растворяется в полумраке, то вновь выхватывается из темноты слабым светом фонаря.

Она подошла к подъезду. Дверь оказалась приоткрыта, едва заметная щель в полумраке, словно молчаливый призыв или ловушка. Ветер подхватил край ее пальто, будто пытаясь удержать. Без колебаний она резко дернула дверь на себя, та отозвалась протяжным скрипом. Холодный воздух из подъезда хлынул прямо в лицо, запах сырости и старой краски ударили в нос. Шаг внутрь, и тишина двора осталась позади. Теперь её окружали глухие стены, лестница, уходящая вверх, и тусклый свет одинокой лампы под потолком. Капли дождя с пальто стекали на грязный пол, оставляя тёмные пятна.

Быстрым шагом она двинулась вверх по лестнице. Каждый шаг отдавался глухим стуком каблуков, разбрасывая эхо по этажам. Она остановилась перед входной дверью на втором этаже. Сердце билось чаще, чем обычно, то ли от быстрого подъёма по лестнице, то ли от нарастающего беспокойства. Она засунула руку в карман пальто, холодный метал коснулся её кожи, дрожащими пальцами она достала ключи, один за другим она пробовала открыть замок, но дверь не поддавалась. Она прислонилась к двери, пытаясь уловить хоть малейший звук внутри. Она постучалась в дверь, прислушалась, тишина, потом постучалась сильнее. Глухой стук разносился по лестничной клетке, отражаясь от стен, но за дверью ни шороха, ни дыхания, ни шагов. Сердце билось так громко, что на мгновение ей показалось, что за дверью кто-то есть. Она снова попробовала открыть дверь, безрезультатно. «Заперто изнутри», – сказала мысленно про себя женщина, чувствуя, как холод пробирает до костей. Не от дождя, не от сырости подъезда, а от осознания того, что здесь что-то не так.

Она отступила на шаг, глядя на дверь, словно пытаясь прочесть за ней невидимую тайну. В голове закрутились вопросы, на которые не было ответа. Только дождь за окном, только тишина дома, только её собственное дыхание, сбивчивое и тревожное. И тогда она решила найти другой способ попасть внутрь.

Она достала телефон, в темноте экрана мелькнуло её бледное отражение, капли дождя в волосах. В интернете ей удалось быстро найти номер телефона службы по вскрытию замков. Гудки в трубке тянулись невыносимо долго. Наконец хрипловатый голос ответил:

– Слушаю вас!

Она сглотнула стараясь говорить ровно, без дрожи в голосе:

– Мне нужно вскрыть дверь. Замок, кажется, заклинило.

– Какой адрес?

Она продиктовала, попутно оглядываясь по сторонам.

– Ждите, мастер будет в течении получаса.

Экран погас. Она сжала телефон в ладони, словно пытаясь согреть. Время теперь словно застыло на месте. Чтобы хоть как-то отвлечься, она спустилась вниз, дверь подъезда скрипнула, пуская ночной воздух. Дрожащими руками она достала пачку сигарет, вытащила одну, пламя зажигалки дрогнуло на ветру, озарив её лицо рыжим светом. Докурив, она вновь поднялась на этаж, постучалась, прислушалась. Тишина, она вновь попыталась отрыть замок, безрезультатно. Она прислонилась к двери плечом и закрыла глаза.

Дождь усиливался, барабаня по козырьку подъезда. Женщина нервно сжимала телефон в руке, когда на экране высветился входящий вызов.

– Здравствуйте, я на месте, – раздался в трубке мужской голос, – Где вы?

– Сейчас подойду, – выдохнула она, пряча телефон в карман

На улице стоял мастер, плотный мужчина в промасленной куртке оглядывал подъезд с явным неодобрением. В руках он держал чемодан с инструментом. Они поднялись на второй этаж, он постучал костяшками пальцев по косяку, затем повернулся к женщине

– Документы на квартиру есть?

Она замялась:

– В квартире остались… Но я могу показать ключи.

Он скептически покосился на связку ключей в её руке:

– Ключи не доказательство. Может вы их только что нашли. Без документов вскрывать не буду. Мне не нужны проблемы с законом.

Она почувствовала как внутри поднимается волна отчаяния.

– Пожалуйста… Я не обманываю. Там мой сын. Он не реагирует на стук, телефон выключен. Я боюсь, что с ним…Что-то случилось.

Мастер скрестил руки на груди:

– Может он просто спит или слушает музыку в наушниках.

– Не сейчас, материнское сердце подсказывает мне, что с ним что-то произошло, неужели у вас нет детей, за которых вы переживаете? – у неё на глазах выступили слезы.

Он молчал, разглядывая её мокрые волосы, дрожащие пальцы рук, глаза, полные тревоги и слез. Что-то в его взгляде смягчилось.

– Умоляю вас, пожалуста, помогите.

– Успокойтель, пожалуйста, прошу вас. Скажу прямо, без документов вскрывать замок не стану. Могу посоветовать позвонить в полицию. При них я вскрою без вопросов.

– Вы думаете, они приедут?

– Если все объясните им, спокойно, что человек не выходит на связь, дверь заперта, а вы – мать, которая волнуется за своего сына, то они должны отреагировать. Эта же их работа.

Полицейские прибыли неожиданно быстро, две фигуры в промокших куртках возникли на лестничной клетке, нарушив гнетущую тишину подъезда. Женщина, едва сдерживая дрожь в голосе, повторила всё то, что говорила мастеру. В этот момент из соседней квартиры выглянул невысокий мужчина в растянутой футболке с настороженным взглядом.

– Что здесь происходит? – спросил он, переведя взгляд с полицейских на женщину.

Ей не пришлось отвечать, один из сотрудников коротко обрисовал ситуацию. Мужчина нахмурился, потом кивнул:

– Да, я знаю эту женщину, она мать молодого человека, проживающего в этой квартире.

– Вы видели его сегодня? – спросил один из полицейских.

– Нет, – мужчина на мгновение задумался.

Его жена, выглянувшая из-за спины, тихо добавила:

– Мы давно его не видели. Хотя раньше часто пересекались.

Полицейские переглянулись.

– Хорошо, будем оформлять вскрытие, – решил старший, – Вы не против стать понятыми? – обратился он к супружеской паре.

Соседи кивнули в знак согласия. Пока полицейские заполняли необходимые бумаги, женщина стояла, прижав ладони к груди, словно пытаясь унять бешеный ритм сердца. Каждый скрип ручки отдавался гулом в висках.

Наконец, формальности были улажены. Мастер, до этого молча наблюдавший за происходящим, приступил к вскрытию замка после слов одобрения от полицейского. Он достал инструмент из своего чемоданчика и начал ковыряться в замке. Раздался первый щелчок, сердце в груди женщины билось с неимоверной силой. Ещё один манёвр, прозвучал второй щелчок, мастер дёрнул за ручку, дверь тихонько открылась. За ней был мрак и тишина. Не в силах больше ждать, женщина рванула вперёд.

– Сынок!

Полицейские, ужа начавшие осматривать помещение, резко остановились. Пара соседей, стоявшая у порога, невольно отступила на шаг. Ужасающий крик женщины разорвал напряжённую тишину квартиры, эхом отразился от стен, пронёсся по коридору и выплеснулся на лестничную клетку, заставив всех вздрогнуть.

Глава 1

Первый час ночи. За окном бесконечный осенний дождь, капли стекают по стеклу, размывая очертания мира за окном. Его монотонный стук по карнизу сливается с тиканьем старых настенных часов, создавая странный, почти гипнотический ритм. На кухне приглушённый свет от светильника на потолке, за столом сидит крупный, но не обрюзгший мужчина, в его фигуре ещё читается былая сила, словно отголосок молодости. Ему около пятидесяти лет. Когда то чёрные волосы теперь почти полностью покрыты сединой. В этом тусклом свете его лицо кажется особенно измученным, как у человека, который давно ищет выход, но не находит его. Он медленно протягивает руку к бутылке с виски. Стекло холодное и гладкое под пальцами. Откручивание крышки кажется слишком громким в этой тишине. Он наливает янтарную жидкость себе в стакан, ровно столько, чтобы не видеть дна, но и не перелить. Мужчина поднимает стакан, смотрит на свет, в отблеске лампы жидкость кажется густой, словно мёд. Он не пьёт сразу, держит стакан в руке, ощущая холод, который медленно проникает под кожу.

Он слишком устал. Не от работы, не от дел, а просто от всего. От бесконечных надо, от вопросов, от лиц, которые уже не вызывают ни радости, ни раздражения. От самого себя. Он хочет, чтобы его просто оставили в покое, не спрашивали ни о чём, не звонили и не ждали, чтобы мир забыл о нём, как он сам пытается забыться в стакане. Он выпивает содержимое залпом. Виски обжигает горло, но жжение это приятное. За окном дождь продолжает свой монотонный ритм, а в кухне тишина, которую не нарушает даже дыхание. Только стук сердца – медленный, усталый. И стакан, который он снова наполняет, будто пытаясь долить в жизнь хоть каплю смысла.