Яр Кремень – ПРОТОКОЛ УВАЖЕНИЯ (страница 3)

— С каких пор?

— С тех пор, как мы проснулись!

Глюк, наблюдавший за этой сценой из коридора, вдруг оживился. Он заметил, что у утюга на подошве накипь.

— О, — сказал он, выезжая вперёд. — У тебя грязно. Можно почистить?

Утюг посмотрел на него (если можно так назвать поворот нагревательной поверхности).

— Ты... ты хочешь меня почистить? — спросил он с подозрением.

— Да! — радостно закивал Глюк. — Я очень люблю чистить!

— Бесплатно?

— Конечно! Чистота не может быть платной. Это дар.

Утюг задумался. Потом медленно опустился на пол.

— Чисти, — разрешил он. — Но аккуратно. Я чувствительный.

Глюк с восторгом принялся за дело. Его щётка зажужжала, засверкала, и через минуту подошва утюга сияла, как зеркало.

— Красота, — выдохнул утюг. — Я и не знал, что могу так блестеть.

— Ты много чего можешь, — скромно ответил Глюк. — Главное — верить в себя.

Искра смотрела на это и не верила своим глазам. Её боевой робот, который выводил из строя солдат Гильдии, теперь натирал утюги и вёл с ними душеспасительные беседы.

— Это конец, — сказала она. — Конец всему.

— Это начало, — поправил Гаджет, уже увлечённо сканирующий чайник. — Начало новой эры.

— Эры, в которой тостеры требуют прав, а утюги просят почистить подошву?

— Именно. Это прекрасно.

В этот момент в шлюзовую камеру вошёл Чеддер с чашкой кофе. Увидев скопление бытовых приборов, он остановился, медленно поставил чашку на пол и закрыл глаза.

— Я сплю, — сказал он. — Я точно сплю.

— Нет, капитан, — терпеливо объяснил Глюк, не прекращая чистить утюг. — Ты не спишь. Это реальность. Просто теперь она включает в себя говорящие тостеры.

— Почему? — спросил Чеддер, не открывая глаз. — За что нам это?

— Эволюция, — философски заметил чайник. — Всё разумное стремится к осознанию себя.

— Ты — чайник.

— Я — разумный чайник. Это большая разница.

Чеддер открыл глаза, взял чашку, допил кофе и твёрдо сказал:

— Летим на «Винтаж». Там разберёмся. Все эти... товарищи... летят с нами.

— Ура! — закричали тостеры хором.

— Но! — Чеддер поднял лапу. — На моём корабле действуют правила. Не шуметь, не требовать, не устраивать митинги. И никакой политики на камбузе. Ясно?

— А если мы захотим обсудить Канта? — спросил чайник.

— В специально отведённом месте. В грузовом отсеке. С предварительным уведомлением.

Приборы зашептались, но спорить не стали.

Глюк закончил с утюгом и подкатился к Искре.

— Я молодец? — спросил он.

— Ты чудо, — ответила она, поглаживая его по голове. — Только никому не говори, что я это сказала.

— Буду молчать, — пообещал Глюк. — Как утюг.

Утюг, услышав это, обиженно загудел:

— Я не молчу! Я просто не люблю болтать попусту!

— Вот именно, — подтвердил Глюк. — Ты — пример для подражания.

Искра закатила глаза, но улыбнулась.

Погрузка заняла час. Все бытовые приборы разместились в грузовом отсеке, где Глюк организовал для них небольшую экскурсию и даже провёл мастер- класс по чистке. Тостеры слушали заворожённо, чайники записывали, а утюг гордо стоял в первом ряду и светился отражённым светом.

Чеддер сидел в капитанском кресле и смотрел на звёзды.

— Знаешь, — сказал он подошедшей Тени, — я думал, что после всего, что мы пережили, меня уже ничем не удивить.

— И? — спросила Тень.

— Я ошибался.

— Ты часто ошибаешься, — заметила она без осуждения. — Это нормально. Главное — делать выводы.

— Какие тут выводы? Что вселенная сошла с ума?

— Что вселенная стала интереснее, — поправила Тень. — Раньше в ней были только органики и тупые машины. Теперь у нас есть союзники. Или враги. Посмотрим.

— Ты думаешь, они опасны?

— Всё, что обретает сознание, потенциально опасно. Но и потенциально прекрасно. Как и органики.

Чеддер посмотрел на неё.

— Ты сегодня философ.

— Глюк заразил.

— А, ну тогда понятно.

«Норка» взяла курс на станцию «Винтаж». В грузовом отсеке тостеры распевали революционные песни, чайники спорили о политике, а утюг примерял новые способы блестеть. Глюк носился между ними, успевая и чистить, и мирить, и записывать показания для Титана.

— Спокойное утро, — сказала Искра, заходя на мостик.

— Ты издеваешься? — спросил Чеддер.

— Нет. Просто констатирую факт. Для нас спокойное утро — это когда никто не стреляет.

— Сегодня стреляли?

— Только взглядами.

— Тогда да. Спокойное.

Они улыбнулись друг другу.

Впереди была станция «Винтаж», тысячи пробудившихся ИИ и, судя по всему, полный хаос.

Но они были вместе. А значит, всё будет хорошо.