Яр Кремень – ЭКОНОМИКА СТРАХА (страница 6)

— Там, куда не ходят туристы.

Они двинулись дальше, сворачивая с главной аллеи в боковые проходы. Здесь было тише, темнее и… чище. Глюк оценил это одобрительным кивком.

— Вот это я понимаю, — сказал он. — Порядок.

— Глюк, здесь нет никого, — заметила Искра.

— Зато чисто. Значит, здесь убирают.

Он провёл щёткой по указателю, на котором было написано: «СЛУЖЕБНЫЙ ВХОД. ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА».

— Идеально, — сказал Глюк, любуясь блеском.

— Глюк, мы не для того здесь, чтобы наводить красоту, — вздохнул Чеддер.

— А для чего? — искренне удивился Глюк. — Если вокруг чисто, то и расследовать легче.

— Это… логично, — признал Гаджет.

— Чистота всегда логична, — гордо ответил Глюк.

Они прошли через служебный вход и оказались в длинном коридоре. Стены были голыми, без рекламы, без картинок. Только серый бетон и редкие вентиляционные решётки. В конце коридора виднелась дверь, из-за которой доносился странный звук.

— Что это? — спросила Искра, положив руку на бластер.

— Похоже на… плач, — сказала Тень.

— Монстры плачут? — удивился Гаджет.

— Теперь — да.

Чеддер толкнул дверь.

За ней оказалась небольшая комната, заваленная коробками и старыми декорациями. В углу, свернувшись клубком, сидел… Мохнач. Тот самый монстр, которого они встретили раньше. Теперь он был ещё более взъерошенным и грустным.

— Ты здесь живёшь? — спросил Чеддер.

Монстр кивнул и указал лапой на табличку на стене: «КОМНАТА ОТДЫХА ПЕРСОНАЛА. АТТРАКЦИОН №3».

— Тебя выгнали с работы? — спросила Искра.

Мохнач заурчал. Тень перевела:

— Он говорит, что его аттракцион закрыли. Туристы перестали бояться. Теперь он здесь, ждёт, пока… пока его не уволят.

— Уволят? — переспросил Глюк. — А кто будет пугать?

— Никто, — ответила Тень. — Монстры больше не нужны.

Глюк подкатился к Мохначу, достал щётку.

— Не грусти, — сказал он. — Я тебя почищу. Чистые монстры всегда нужны.

Мохнач посмотрел на него своими огромными влажными глазами и тихонько уркнул.

— Он говорит «спасибо», — перевела Тень.

Глюк принялся за работу. Щётка зажужжала, и по комнате поплыл запах свежести. Крылатик, сидевший у Глюка на спине, спрыгнул и тоже попытался чистить, но только размазывал пыль.

— Нет-нет, — терпеливо объяснял Глюк. — Надо вот так. Круговыми движениями.

Крылатик старательно повторил.

— Он у тебя ученик, — усмехнулась Искра.

— Талантливый, — серьёзно ответил Глюк. — Но ему нужна практика.

Мохнач между тем начал урчать громче. Это было уже не просто урчание — это было что-то похожее на песню.

— Ему нравится, — сказала Тень.

— Конечно, нравится, — ответил Глюк. — Чистота — это удовольствие.

Чеддер отошёл в сторону и выглянул в окно. Отсюда был виден весь парк — яркий, шумный, но какой-то ненастоящий. Люди ходили по аллеям, как заводные куклы, и никто не смеялся.

— Мы должны попасть на фабрику, — сказал он. — Туда, где делают этот сыр.

— Туда ведёт только один путь, — ответила Тень, показывая на карту. — Через главный аттракцион.

— Через какой?

— «Страх высоты».

Искра посмотрела наверх. Там, в небе, висела огромная конструкция — башня, уходящая в облака, с прозрачными кабинками, которые медленно поднимались и падали.

— Я полечу, — сказала она.

— Зачем? — удивился Чеддер.

— Затем, что это единственный способ попасть на фабрику. А ты у нас вести переговоры будешь.

— Искра…

— Не спорь. Я справлюсь.

Она подошла к Мохначу, который уже сиял от чистоты, и спросила:

— Там опасно?

Мохнач заурчал. Тень перевела:

— Он говорит, что опасно только тем, у кого есть эмоции. А у туристов их нет.

— А у меня есть, — усмехнулась Искра.

— Тогда будь осторожна, — сказал Чеддер.

— Всегда.

Глюк закончил чистить Мохнача и подкатился к Искре.

— Возьми меня с собой! — попросил он.

— Зачем?

— Я буду чистить кабинку. Если она будет чистой, то и лететь будет легче.

— Глюк, это аттракцион, а не уборка.

— Аттракцион — это тоже помещение. А помещения надо чистить.

Искра вздохнула.

— Ладно. Но только не мешай.

— Я никогда не мешаю. Я помогаю.

Они вышли из комнаты. Мохнач проводил их благодарным взглядом.