Янка Рам – Роман с подонком (страница 2)
- Дивнодеево. Хутор. Раньше большая деревня была, теперь и на карте нет.
- Долго ещё?
- Почти приехали.
Мы проезжаем мимо большой белой церкви. Даже, скорее церковного комплекса. Он стоит на холме.
- Это монастырь, - комментирует мама, снимая шейный платок.
- Женский? - ухмыляюсь я, облизывая губы.
Мне небрежно прилетает от неё сумочкой.
- Шучу! - прикрываюсь предплечьем. - Шучу я!
Идиот. И зачем ляпнул? Для мамы сейчас больная тема все это блядство. Башка не варит просто...
- Кстати об этом! - нервно и рассерженно. - Аглая... хорошая чистая девочка. Не смей не то, что тронуть, слово кривое сказать или взгляд косой бросить. Понял?!
Цокаю, закатывая глаза.
- Да нахрен она мне нужна?
- Ты понял меня?! - звенит её голос. - Только попробуй, Ян.
- Да всё... Боже... - с сарказмом морщусь. - Не прикоснусь я к твоей Аглае.
- И будешь вежлив! И вести себя будешь как брат.
- О-о-окей. Как брат. Обещаю.
Как же хреново-то... бесит все. Начиная от ароматизатора в машине.
Рывком дергаюсь вперёд, срывая висящий на зеркале ароматизатор. Выбрасываю раздраженно в окно.
- Можно подумать, мне всрался вообще этот колхоз - "чистый и хороший". Я не по этим... - морщась от головной боли, ворчу я.
- Не смей так говорить о девушках.
- Да там такие девушки... - закатываю глаза. - Знала бы ты этих провинциалок, не защищала бы.
На всё готовы, как дубайские шлюхи!
- Аглая не такая. Отнесись к ней как к Лауре. Они и так к нам на отрез ездить отказывались, после ваших издевательств над девочкой.
- Да ничо мы не делали такого... просто... подростки... - мычу я, сжимая виски.
- Надеюсь, ты повзрослел.
Ну естессна!
- Соломон, дай сигарету.
- Извините, Ян Александрович, не курю.
Цокнув, заглядываю в карманы на сиденьях. Может, оставил кто пачку? Нихрена…
- Интернет там нормально хоть ловит? - ищу по карманам телефон.
- Не ищи. По телефону тебя бы уже давно нашли. Мы без телефонов.
- Да ладно?!
Как без телефона-то?! Там же большая половина моей реальности упакована!
- Нет там связи все равно. Там и электричество не всегда есть.
- Супер, мля... - зажевываю ругательство. - Ты что не могла крестницу в приличное место вывезти?
- К генералу хочешь?
- Нет...
- Тогда, хватит!
- Ну что ты на меня злишься? Не пил я... И Аглаю твою пальцем не трогал...
Горестно вздыхает, сжимая моё запястье. Смотрит в окно.
Я знаю, почему она на меня злится.
Потому что я напоминаю ей молодого отца. И недавно она узнала, что у него внебрачный ребёнок, мой ровесник. Причём, в нашем кругу. Мой друг детства. Узнала, уже глубоко беременной моим младшим братом, Ромкой. Мама очень тяжело это пережила. И чуть не потеряла ребенка. Хотя казалось бы.... Двадцать лет назад было! Ну накуролесил сдуру по молодости! Да забей и все. Отец - идеальный муж. Не считая того инцидента. Но... Скандал, истерики, развод... Только-только мириться начали. Дома все дышать боятся! Но с тех пор мама такая. На надрыве. Слова нельзя сказать.
И шутка моя не в тему, конечно.
- Аглая... - бормочу тихо.
Имя-то какое дурацкое. Словно из прошлого века.
Глава 2 - Неожиданность
Машина тормозит перед небольшой каменистой речкой.
- Ну, все, приехали.
Мама выходит из машины снимает обувь. Заходит в воду. Мы с охранником переглядываемся.
- В смысле? - бормочу я.
- Светлана Александровна, вода ледяная, не стоит, - пытается остановить её Соломон.
- Сумки взяли и за мной. Летом здесь не проехать. Где-то боны есть, но я не знаю, где их искать. Мы обычно здесь мимо монастыря зимой по льду проезжали. Ну что встали? Не глубоко здесь. Да и идти потом недолго.
Вздохнув, забрасываю одну из сумок на плечо. Вторую забрасывает Соломон. Пока мы мнемся на краю холодной воды, мама уже выходит на том берегу.
Чуть выше колена. На своей тачке бы проехали. Но эта - маленький женский мерс. И вряд ли...
Перейдя реку, сижу на большом камне, сушу ноги. Чтобы надеть обратно брюки и обувь.
Мама держит свои туфли в руках, не спеша надевать. Рвёт траву, растирает между пальцами.
- Мм... полынь! Хорошо-то как...
- Не вижу ничего хорошего. А магазин где? Пить хочу.
- Вот здесь можно пить, - наклоняется к каменистому ручью, стекающему в реку.
Загребает в ладони. Пьёт.
- Точно? - подхожу к ней, повторяя. - Может, она радиоактивная.
- Ты когда свои коктейли пьёшь так наверное не волнуешься? - недовольно.
- Да не пил я!
Вода вкусная! И я зависаю у ручья, пытаясь утолить свой сушняк. Умываюсь.
Головная боль чуть отпускает.