Янина Логвин – Мы над океаном. Книга 1 (страница 44)

— Ладно, ребята, пойдемте, найдем девчонок посговорчивее и послаще, чем эти язвы. Но не расслабляйтесь тут без нас, — обещает нам, — мы еще вернемся!

— Давайте-давайте! Проваливайте, рыбы! — Эмбер отбирает у парней свою биту и сердито хмурится, потому что они все равно не уходят. — Ну, и в чем задержка?

— Привет, Эш! Отлично выглядишь, детка. Ты сегодня настоящая секси!

Ах, вот в чем. Еще не сказал свое слово Шон, и его друзья с любопытством наблюдают за тем, как Рентон подходит ко мне и протягивает руку, пытаясь положить ее мне на плечо.

— Что с тобой, Шон? — удивляюсь я, не позволяя парню себя обнять. — Зачем ты вдруг подошел?

У него нет ответа, но уходить он не собирается. У него появился отличный повод завязать разговор, и он решает его использовать:

— Как тебе наш вчерашний матч? Видела сколько людей пришло? Оказалось, что школа продала все билеты до одного, а это круто, согласись? Теперь мы во всем обошли «Бульдогов»! Кстати, Эшли, оказывается, ты у нас уникальная личность.

— Правда? — недоверчиво ухмыляюсь. — Почему это вдруг?

— Сегодня на городском сайте Сэндфилд-Рока написали, что у нашей школы самое лучшее фото-освещение игры, — сообщает парень. — На утреннем сборе команды Херли сказал, что твои снимки запросил какой-то спортивный журнал штата, и это весомый повод для гордости — попасть на его страницы. Так что вы с ребятами из «Ellison News» отлично работаете!

Мы с ребятами?! Ну надо же, о ком вспомнил. И как вовремя!

Осталось научиться не так открыто намекать о своих желаниях и не считать других идиотами, и можно даже не выглядеть таким придурком!

— Что, Шон, хочешь попасть на центральное фото? — не могу сдержать едкую улыбку. — Наверное, уже представил, как через двадцать лет будешь показывать его своим детям и делиться собственной историей успеха? Я угадала? Ну, и чья это была идея, твоя или Харта — подкатить ко мне?

— Что? Черт, Эшли, — искренне удивляется парень, проводя рукой по волосам, — конечно, нет! Я просто подошел поговорить. Мы ведь с тобой друзья!

Даже моим подругам надоел этот цирк, а мне и подавно. Как же меняет людей популярность — прошло всего полгода, как моего бывшего парня выбрали капитаном «Беркутов», а он уже больше не тот приятный Шон, каким я его узнала.

Именно поэтому сказать ему совсем не трудно. Напротив, очень хочется, чтобы он услышал:

— Мы не друзья с тобой, Рентон. Давно нет! Просто не замечай меня, окей?

В эту минуту к ним подходят их девчонки — моя сводная сестра с подругами, и, заметив нас, Кейт тут же вешается своему парню на шею.

— Не поняла, мальчики. Что вы забыли возле этих неудачниц? Они же скучные, как мумии и такие же неприятные!

Брюс Броуди под шумок уже улизнул, и нам в этой компании тоже делать нечего. Эмбер после поцелуя все еще сбита с толку, мне больше говорить с ними не о чем, поэтому отвечает Триша:

— Неприятные? — округляет она свои миндалевидные глаза и, громко фыркнув, демонстративно упирает руку в красной перчатке в бедро. — Интересно, тогда почему на дохлых мумий здесь похожи вы, а не мы? Пойдемте отсюда, девочки! — обращается к нам с Коуч. — Оставим мумий их археологам, они друг друга стоят!

Мы уходим в женский туалет и помогаем Эмби бумажными салфетками оттереть куртку от краски, которой ее измазал Граймс. Обсудив между собой Кейт с подругами, потихоньку начинаем хихикать, вспоминая поцелуй подруги с Броуди. Она все еще смущена смелостью Брюса, но ей и самой смешно, как здорово получилось уесть Хью, и вскоре к нам вновь возвращается хорошее настроение.

Праздник продолжается, все веселятся, и мы выходим в зал. Возле диджей плейса уже начинает скапливаться народ, там начались «ужасные» конкурсы, так что вечер Хэллоуина в самом разгаре.

— Сладость или гадость, моя пакость?

— Конечно, сладость! И не вздумай меня измазать, Джейк, мы только что насилу отмыли Эмбер! — вскрикивает Триш, когда Финли подкрадывается к своей девушке и ловит ее в кольцо своих рук, поворачивая к себе. — Только давай обойдемся без конфет, у меня все равно их с собой нет.

— Я согласен и на поцелуй! — кивает парень, тут же целуя девушку, а мы с Эмби кривимся, наклоняемся к парочке и шутливо выкрикиваем:

— Фу-у!

— Не соглашайся, Триш, ни за что! Он же мертвяк!

— У него плохо пахнет изо рта и отваливается нос!

— У него опасный вирус!

— Бешенство, кариес и гнилые зубы! Еще немного, и ты превратишься в зомби!

— Спасайся, Триш, он уже начал тебя поедать! Ты это видишь, Эшли? Он сожрал ее рот!

Оставив нашу подругу, Джейк делает вид, что набрасывается на нас, и мы с Коуч с визгом уносимся прочь.

Здесь наши ребята — Фиби, Роан, и Закари. Их общество намного приятнее общества популярных зазнаек, и мы какое-то время сидим у бара, болтая и пробуя напитки. Но сколько бы я ни веселилась, мои глаза все время ищут Палмера.

Мы несколько раз встречаемся с ним взглядами, находим друг друга среди мелькающих между нами фигур, но рядом с Мэтью другие парни и другие девушки, и я с грустью в душе надеюсь, что он не скучает.

— Роан! Роан! Ешь червяка! Если ты его не съешь, я тебя заставлю писать статью!

— Джошуа, быстрее! Это всего лишь рыбий глаз!

— Роан!

— Джо-ош!

Я люблю конкурсы и пусть не посещала подобные вечеринки раньше, но команда ведущих постаралась, чтобы конкурсы в «Лихорадке» были интересными, и сейчас парни перед нами пытаются опустошить тарелки с едой, соревнуясь, кто сделает это первым.

У парней завязаны глаза, а на тарелках лежат устрицы, улитки, кусочки хрящей и что-то еще, слизкое и сырое, но совершенно точно съедобное. Однако, когда они находят еду пальцами и подносят ко рту, им со всех сторон кричат гадости, так что победить в конкурсе совсем не просто.

— Фу, это же тухлый пенис летучей мыши!

— Нет, это ее мозги!

— Какая разница, лопай, Джош! Все равно после такой еды тебе недолго осталось!

Побеждает Джош, а бедный Роан буквально сереет к концу конкурса и, сняв с лица повязку, под общий хохот убегает в туалет.

В следующем конкурсе все желающие пробуют криком задуть свечу. Получается далеко не у всех и не сразу, так что победителю, задувшему три свечи сразу, справедливо надевают на лицо маску из известного фильма-ужасов «Крик», и он тут же принимается пугать ею девчонок, пока они не сдергивают с него маску и не натягивают ему майку на голову.

Зато Эмбер неожиданно удается выиграть тыкву. Она вызывается разрисовать маркером красный шарик клоуна Пеннивайза*, но вместо страшной физиономии рисует на шарике такую глупую рожицу, что именно ей отдают главный приз весом в двадцать пять фунтов.

— Какой ужас! Моя мама будет в диком восторге! Вот только как мне «это» дотащить до машины? Можно я ее кому-нибудь подарю?

Ди-джей за плейсом снова включает ритмичную музыку, и клуб возвращается к танцам.

Через час все уже взмокли, скоро полночь и пора будет возвращаться домой, когда ведущий вечера вдруг приглушает звук и заговорщицким голосом объявляет новый конкурс. Горячий, страстный и порочный, который наверняка понравится популярным парочкам, потому что принять в нем участие рискнет не каждый.

— Предупреждаю, смелость понадобится, как парню, так и девушке. Никакой пыли в глаза и детских игр! Никаких договоренностей и дружеских шалостей! Вам придется убедить нас, что между вами настоящая страсть, или даже не пытайтесь в этом участвовать… Мы раскусим вас и забросаем тухлыми яйцами! Ну так что, кто рискнет? Конкурс на самый горячий танец и поцелуй не в губы объявляю открытым! И помните, коснетесь губ — проиграете! Победители получат пять сотен долларов и ужин в ресторане за счет ночного клуба «Лихорадка»!

— В прошлом году Джон Тэккер поставил Ребекке Фуллс такой засос на шее, что она с ним целый месяц в школу ходила. Грымза Моран даже их родителей к директору вызывала, но они все равно расстались, — пожимает Эмбер плечами. — А придурок Тэд Гринвуд выставил грудь своей девушки на всеобщее обозрение, и все закончилось ее истерикой и слезами. Никто не поверил, что это вышло случайно. Но знаешь что, Эш? — спрашивает подруга, и я ловлю ее загоревшийся взгляд:

— Что, Эмби?

— Посмотреть на это все равно интересно!

Согласна. О подобном конкурсе мы много слышали, но присутствуем впервые, и поглазеть на участников столпилась масса народа, освободив место для танцев от диджей плейса до длинного бара — как раз под сеткой-гирляндой из ярких желтых фонариков, подвешенных под потолком.

— Ставлю на Рентона и Хардинг! Они такие классные! — слышим мы радостные вскрики девчонок рядом с нами. — Обожаю Кейт, она такая стильная и крутая! Вот увидишь, они с Шоном точно будут участвовать! Я видела, как она прихорашивалась в туалете.

— Еще бы не будет! — хмыкает Эмби, с насмешкой отвернувшись от девчонок и наклонившись ко мне. — Здесь же ты! А наша бледная Кукла ни за что не упустит случая доказать всем, что она лучше. Что ж, посмотрим, как она справится с танцем без тренера лисиц, мисс Риз. Ее Рентон — еще тот деревянный Пиноккио!

Эмбер и незнакомые девчонки угадали, и Кейт выходит из толпы, высокомерно тряхнув светлыми локонами, вытаскивая в образовавшийся круг Шона. По парню видно, что он не особо рад перспективе танцевать на публику, однако одобрительные крики из зала «Давай, капитан! Кейт! Шон!», заставляют его довольно заулыбаться и обнять свою девушку.