Янина Логвин – Мы над океаном. Книга 1 (страница 29)
Я так стремительно подхожу к длинному прилавку, у которого стоят парни и девушки, что неожиданно оказываюсь в очереди следующей за Золотой тройкой: Шоном, его лучшим другом Дугласом Хартом и задиристым Эваном Коллинзом — вратарем «Беркутов».
Они, несомненно, только что подошли, иначе бы их уже пропустили вперед — девчонки в очереди оглядываются и с интересом посматривают на парней. Но это не отменяет мою собственную оплошность. Все выглядит так, будто я сама выждала момент, чтобы оказаться рядом с Шоном. И подумав об этом, я мысленно чертыхаюсь. Отворачиваюсь к прилавку и пододвигаю к себе поднос, от души надеясь, что меня не заметят.
Только бы не заметили, иначе разговоров не избежать! Все только начали забывать о моем статусе «брошенной девушки» и дурацком прозвище, как я сама готова о себе напомнить!
— О, парни, смотрите, кто тут! Малышка Уилсон! Наша умница-фотокор решила наконец-то удостоить нас вниманием! — Первым меня замечает Дуглас и, поворачиваясь, пихает плечом Рентона.
— Привет, Эшли! Крутой фотоотчет в сегодняшней газете. Мне понадобилась лупа, чтобы себя рассмотреть!
Делать вид, что я глухая, бесполезно, и мне приходится неохотно поздороваться с парнем:
— Привет, Харт. Вообще-то, я решила поесть. Но спасибо, я старалась.
— Да мы это заметили! Как тебе игра?
Сегодня в школе все только и говорят о матче, так что вопрос звучит вполне уместно.
— Э-э, ну… было здорово. Вы отлично сыграли. Особенно в последних двух таймах. Хотя все переволновались, пока Джеферсоны вели в счете.
Это правда, и я не виновата, что она не совсем приятна парням. Однако лебезить перед ними не собираюсь, какими мы бы популярными они в школе ни были.
— А ты в курсе, что это благодаря тебе? — заявляет вдруг светловолосый Дуглас, продолжая ухмыляться, и я удивленно поворачиваю к нему голову:
— Мне? Почему это?
— Потому что наши лисицы, конечно, горячие цыпочки и здорово зажгли во время представления команд, но вот во время игры только одна из них продолжала отвлекать на себя внимание. И у тебя это отлично выходило — я имею в виду твои эпичные падения у ворот «Бульдогов»! Такую рыжую девчонку, как ты, сложно не заметить. Особенно если она симпатичная!
Похоже, он насмехается, но мне не интересно это выяснить. Я протягиваю руку к лоткам с пищей и накладываю в порционное блюдо курицу с рисом и немного салата. Ставлю себе на поднос, стараясь не замечать Шона, который замер между друзьями и уставился на меня.
Дуглас довольно высокий тип с наглой ухмылкой, и определенно мнит себя сердцеедом. А еще уверен, что любая старшеклассница в школе будет пищать от его внимания. Но я их всех успела изучить. И знаю, что в ответственный момент этому парню не хватает уверенности в себе. Как я уже сказала, от объектива фотокамеры ничего не скрыть.
— Придешь завтра на тренировку, Эш? — спрашивает Дуглас слишком мило, и это совсем на него не похоже. — Тренер Херли и Шон хотят изменить положение игроков на поле. Нам бросила вызов школа Линкольна, матч уже скоро.
Хм, а вот это новость. Но Закари, должно быть, уже в курсе.
— М-м, вряд ли. Я присутствую только на показательных и финальных тренировках, если ты помнишь.
— А в пятницу на свидание?
— Что? — от неожиданности я поднимаю голову и моргаю на парня. — Какое еще свидание?
— Обычное! Я приглашаю тебя на свидание, Эшли. И да, ты не ослышалась. Можем в пятницу сходить в кино.
Конечно, Шон тоже это слышит и, похоже, не ожидает, потому что бросает другу без намека на улыбку.
— Дуглас, ты спятил? Заткнись!
— Почему это, Рентон? Это ты у нас занят Кейт, а я свободен. К тому же не похоже, что Эшли по тебе убивается. Не правда ли, детка?.. И потом, может, именно я стану героем следующего выпуска «Ellison news». Здорово я придумал?
Он смеется, а я обзываю его про себя придурком и отворачиваюсь.
— Так мы договорились насчет пятницы, Уилсон? — не унимается Дуглас. — Я обаятельный и обещаю, тебе не будет со мной скучно.
— Нет, не выйдет.
— Что? Не доверяешь мне?
— Скорее, не прониклась твоим обаянием. И мне уже скучно, Харт, — огрызаюсь, мечтая поскорее отсюда сбежать, — если ты не заметил. Прямо сейчас!
Парни буквально обступили меня, и я заметно нервничаю. Если захотят, они смогут разговаривать иначе, и вот тогда мне придется защищаться по-настоящему. Хью не соврал, их всех задела статья и фото Палмера, но ни один из них не может приказать мне, что делать и кого фотографировать.
— Харт, ты не мог бы подвинуться? — прошу, давая понять парню, что мне не комфортно от его внимания. — Я хочу взять киви и апельсиновый сок, но ты загораживаешь…
— А я тебе нравлюсь, Уилсон? Хоть немного? — влезает в разговор черноволосый Эван, оттесняя собой друга. — Ты мне точно нравишься больше, чем Коуч! И даже больше, чем язва Кейт! Правда, чтобы подкатить к тебе, мне придется расстаться с Моникой, но она меня достала своей ревностью… Эй! — возмущается Эван, когда Рентон отталкивает его назад, подступая ко мне ближе.
— Да, заткнитесь вы, придурки! Не слушай их, Эшли! Э-э… привет.
Ну, надо же, кто со мной заговорил. Сам капитан «Беркутов»!
— Привет, — холодно здороваюсь я с Шоном, но вот смотреть на бывшего парня не хочется. На него и так прямо сейчас из зала направлены слишком много любопытных глаз.
— Послушай, Эш… — неуверенно начинает он. — Если ты хочешь поговорить, то я тут и сам думал…
Но я решительно его обрываю:
— Ничего я не хочу. Я очень проголодалась, Рэнтон, и встала в очередь за вами случайно! Но если ты сейчас скажешь хоть слово — уйду! — тихо, но твердо обещаю, не желая больше и секунды оставаться в их компании.
Как раньше Дуглас мог казаться мне забавным? А Эван? Триша по нему сохла целый год, пока не поняла, что он меняет девчонок со скоростью смены сезонов.
Идиоты! Напыщенные и самовлюбленные! Последний год в школе делает их просто невыносимыми!
— Я просто хотел сказать, что у нас с тобой все вышло по-дурацки, и…
Шон вдруг напрягается, замолчав, а я, оставив поднос на прилавке, стремительно разворачиваюсь, намереваясь уйти, но врезаюсь носом в грудь позади стоящего парня. Очень твердую и горячую грудь. А еще хорошо мне знакомую. Я спала рядом с этим парнем всю ночь, так что, даже не увидев лица, сразу же догадываюсь, кто передо мной.
И да, я видела его сегодня в школе и знаю, как он выглядит.
Длинная челка и темные волосы на этот раз собраны высоко на затылке в короткий хвост, так что лицо Палмера открыто и взгляд смотрит прямо. Красивые губы упрямо сомкнуты, а загорелые скулы заострены. В его левую мочку уха вдето маленькое серебряное колечко, и оно только добавляет карим глазам дерзости и опасного блеска.
С ним лучше не связываться, и каждому в школе Эллисон об этом известно.
Мэтью обхватывает рукой мое плечо, не давая сбежать. Его голос звучит над моей макушкой довольно резко и сердито:
— Рэнтон, бери уже свое гороховое пюре с тертой морковью и двигай к кассе! Иначе я тебя сам подвину, клянусь!
— Палмер? — Шон быстро справляется с удивлением и бросает в ответ сквозь зубы: — Не лезь!
— Куда? В твое гороховое пюре? — в сухом голосе Мэтью слышен холодный сарказм. Этим двоим точно никогда не стать друзьями. — Даже и не думал, Рэнтон. Я предпочитаю мясо, горячее и ароматное. Чтобы хотелось вгрызться в него зубами и кричать «мое»! А пюре я уже наелся досыта, меня от него тошнит. Так что дай девчонке взять ее киви и апельсиновый сок. Иначе я подумаю, что тебе и твоим парням больше нечем заняться, и придумаю, как эту проблему решить.
— Не нарывайся, Палмер, — сердится Шон, угрожая. — Ты вернулся, но можешь вылететь отсюда так же легко, как в прошлый раз!
Не знаю, что между ними произошло, но я прямо чувствую, как эти жестокие слова задевают Мэтью, хотя Дуглас и Эван молчат.
Он отвечает не бравируя, но даже я ему верю:
— Как в прошлый, Рэнтон, уже не будет. Для тебя точно. Ну же, Уилсон! Чего ждешь?
Он больше меня не держит, и я беру с прилавка то, что хотела, хватаю пакетик молока для Эмбер и буквально сбегаю к друзьям. И только оказавшись за столиком, понимаю, что не заплатила за обед.
Глава 20
В этот вечер у Кейт нет настроения, и мы ожидаемо ссоримся, столкнувшись с дочерью Патриции в гостиной нашего коттеджа. Хорошо, что родителей нет дома, и нам не нужно притворяться семьей — на это по-прежнему нет желания ни у нее, ни у меня.
Нет, я не хочу вернуть Шона, и даже не стану пытаться. Зачем это мне? Чтобы ей отомстить?
Такая недалекая мысль могла родиться только в голове у Кэтрин Хардинг, но если она ей нравится, то пожалуйста — она может думать ее до посинения! И нет, я не завидую ей, как бы она об этом ни мечтала, и мне плевать, что она обо мне думает. Я в который раз повторяю сводной сестре, что меня не волнуют чужие отношения и не нужен парень, который променял меня на первую встречную Куклу. Значит, и не было никаких чувств!
Да, я не высокого о ней мнения, ну так и она обо мне не лучшего. Кейт может встречаться с кем захочет, для меня вообще сейчас важна только учеба, а не любовь.
Я повторяю это уверено, но оставшись одна в своей комнате, в сотый раз вспоминаю Мэтью Палмера и его потрясающе-пронзительные глаза. То, как он смотрел на меня. Точнее, не на меня, а в объектив фотокамеры, но я согласна с Эмбер — о чем бы он в тот момент ни думал, он был настоящим и его взгляд об этом сказал.