Янина Логвин – Мы над океаном. Книга 1 (страница 28)
У меня вспотели руки и никак не удается нормально взять фотокамеру. А еще поднять глаза. Я почему-то никак не могу посмотреть на Палмера.
А я так волнуюсь, что едва не роняю свою фотокамеру, но Палмеру каким-то чудом, удается удержать и мою руку, и мой рабочий инструмент. Так и не взглянув на меня, он тут же разжимает пальцы и отвечает Эмбер:
Он разворачивается и резковато отбрасывает от лица волосы, собираясь уйти. Показывая тем, что разговор окончен, и в этот момент я все же нахожу в себе смелость остановить его просьбой:
…Эмбер не отвечает. Вряд ли ей известен ответ на этот вопрос. Но разглядывая фотографию Палмера в газете крупным планом, девушка восхищенно вздыхает:
— Эшли, ты богиня снимка! Вот это взгляд! Клянусь, когда я говорила с ним, он казался другим. Как тебе удалось его раскрыть? Он же здесь настоящий, понимаешь? Плохиш с сердцем. Он словно спрашивает: «Да что вы знаете обо мне? О том, какой я внутри? Да ничего!» Честное слово, если бы Моран не пропустила это интервью в номер — я бы тут же ушла из газеты!
— Я была уверена, что она не пропустит. Твой вопрос о девушке был очень рискованным, Эмби. Даже Закари это отметил.
— Да брось, Эш! — Эмбер хихикает, довольно разглядывая статью. — Он был главным в этом интервью! Я знала, что делаю, и Моран это поняла. Да грымза вообще была в восторге, когда его прочла! Не такой уж она сухарь, как мы о ней думаем. К тому же прекрасно знает, что личные факты всегда привлекают внимание.
— Ну, с этим доводом сложно поспорить, — соглашаюсь я. — Людям всегда интереснее то, что их не касается.
— Именно! И теперь номер «Ellison news» прочтут все — это раз! И два — вот попомни мои слова, на следующий матч «Беркутов» слетятся все девчонки нашей школы без исключения! Будут сидеть на трибунах и угадай что делать?
Я тоже улыбаюсь, заражаясь весельем подруги.
— О боже. Я раскусила твой план, Эмбер! Раскупят все билеты и будут таращиться на красавчика Палмера!
— Бинго! — победно поднимает Эмби вверх указательный палец. — И это только добавит ему очков! Так что Хью прав — мы очень даже что-то задумали! Может, Мэтью и темная, но бесспорно личность, Эш. И Моран это понимает. Ей нужна слава для школы любой ценой, а нам — справедливость! Вот и посмотрим, на что способна пресса. И такие ли популярные здесь некоторые личности вроде Рентона и его компании, какими они себя считают!
Глава 19
После того, как Палмер ушел из моей комнаты, его не было в школе неделю. Среди учеников прошел слух, что он упал с мотоцикла и только чудом не разбился, гоняя с друзьями в районе Кораллового холма, но я-то знала правду, почему он пропускает занятия.
Я никому ничего не рассказала о жестокой драке, как и обещала Мэтью. Но, конечно, ничего не смогла забыть. Это оказалось сложно — вычеркнуть из памяти произошедшее на парковке и разговор следующей ночью, в которую мы оба не знали, что нас ждет, и жить себе дальше, словно ничего не случилось.
Исчезнув из моего дома, парень никак не желал исчезать из мыслей, и я ничего не могла с этим поделать. Я продолжала ощущать в душе беспокойство о его судьбе, и помнить о той стороне его мира, которой неожиданно коснулась.
А вот он, как оказалось, очень легко меня забыл.
Я направлялась по коридору к одному из классов на очередной урок, когда неожиданно увидела Мэтью, идущего мне навстречу в толпе других учеников, и растерялась, как быть.
Надо ли с ним поздороваться? Или, может, спросить, как он себя чувствует? Ведь все равно никто не услышит, если мы перебросимся всего парой фраз.
Но заметив выражение его лица — закрытое, не допускающее и намека на приветливость, поджала губы и отвела взгляд. И не ошиблась.
Парень просто прошел мимо, даже не заметив меня. И в тот же день на уроке биологии вел себя так, словно мы с ним никогда не пересекались и по-прежнему не знакомы близко. Мне с трудом удавалось не оборачиваться в его сторону и не слушать шепот Триши — подруга использовала любой повод, чтобы наклониться к моему уху, обернуться и взглянуть на Палмера. Что не удивительно. Так делала не только она, так что вряд ли парня это всерьез беспокоило.
Мэтью не соврал, сказав, что у него отменное здоровье. За неделю следы драки с его лица практически исчезли, а вскоре Джейк сообщил новость, что тренер Херли возвращает Мэтью в команду по лакроссу. Ему понадобилась еще неделя, чтобы вернуться в основной состав «Беркутов», а затем и отличиться во время пятничной игры с «Бульдогами», доказав, что в прошлом спортивном сезоне школы он по праву считался лучшим игроком.
В этом году к тому же Палмер стал старше и сильнее. Думаю, что Шону оказалось нелегко держать за собой лидерство капитана, потому что парни за Мэтью потянулись. Плевать им было на его неблагополучную семью и привод в полицию. Было в Палмере что-то такое, что, несмотря на всю правдивость слухов о нем, удерживало возле него внимание и не отпускало. Так что я их хорошо понимала.
Он больше не обедал в одиночестве, как в первые дни после своего возвращения в школу. Теперь за его столиком во время обеда неизменно кто-то сидел — не только парни, но и девчонки из «Красных лисиц». И конечно же, разговоров о нем прибавилось. Похоже, появление Палмера грозило расколоть надвое не только «Беркутов», но и симпатичных лисичек Кейт. Многие из них открыто искали внимания Мэтью — вроде той же Надин, или Тамары, и это было более, чем заметно.
Со сводной сестрой я после своего падения в бассейн не общалась. Мне вдруг по-настоящему стала безразлична ее личная жизнь и отношения с моим бывшим парнем. Мы обе старались избегать друг друга, и нас это устраивало. А если и обменивались колкостями, то наедине и без родителей, и я искренне надеялась, что так дальше и будет.
Сейчас я полностью отдавалась учебе и работе в газете с ребятами. И еще немного — фотографии. Эта страсть увлекала меня тем сильнее, чем больше я погружалась в процесс создания снимков и возможности показать жизнь максимально правдиво в каждом кадре.
Но самым сложным предметом продолжал оставаться английский. И не потому, что у меня были сложности с языком — напротив, он мне легко давался, а потому, что именно на уроках английского Палмер входил в один со мной класс, проходил между рядами парт и садился за столик позади меня. Выдыхал тяжело про себя: «Ну, вот, снова эта Уилсон!» — и в течение следующего часа прожигал взглядом мой затылок.
А может быть, мне только так казалось, но все равно высидеть урок в метре от парня было сложно, хотя он ни разу ко мне не обратился.
В конце концов, я поняла, что Мэтью на самом деле вычеркнул тот случай из своей жизни, и постаралась сосредоточиться на словах учителя.
…Мы отходим с Эмбер от новостного стенда и направляемся в столовую, рассчитывая успеть пообедать за оставшиеся полчаса перемены. На улице уже середина октября, и все ученики со школьного дворика перебрались во внутреннее помещение столовой, где довольно просторно, шумно и много столиков.
Сейчас большинство из них заняты старшеклассниками, и за нашим столиком уже сидят Триша с Джейком и Закари.
Эмбер просит меня взять ей пакетик шоколадного молока и спешит к друзьям. А я тороплюсь к раздаточному прилавку, чтобы выбрать обед — последнее время я перестала собирать себе в школу по утрам ланч-бокс, не желая лишний раз сталкиваться на кухне с Кейт, так что рассчитываю на школьное меню.