Янина Береснева – Приватный танец для темной лошадки (страница 11)

Я недоверчиво взглянула на Ритку, но та сделала мне глаза козой и пошла за сумкой наверх.

В итоге они уехали втроем: Иван с Риткой на дачу к родителям, а Антон — по важному делу к боссу. Мне было велено закрыться в доме и смотреть телевизор.

Обеспокоившись своей безопасностью, я попробовала было напроситься вместе с ним.

— Я буквально туда-назад, даже соскучиться не успеешь. А еще я попросил знакомых ребят приглядеть за домом, так что ты в безопасности.

Иван вежливо предложил ехать с ними, но я не захотела мешать их семейным посиделкам. Антон с иезуитской улыбкой подсунул мне на выбор газовый баллончик или пневматическую винтовку «для самозащиты».

— А лучше в кухне биту возьми, при виде биты все становятся сговорчивее, — хохотнул этот гад, закрывая дверь.

Огрызнувшись, я выбрала скалку и в обнимку с ней засела на диване, принципиально игнорируя телевизор. Уткнувшись в книгу для юных любителей авиамоделирования, я немного задремала.

Проснувшись, снова попыталась вернуться к чтению, и нашла между листами парочку старых фото: на одной из них в обнимку стояли двое мальчишек лет девяти. Даже спустя годы в этих сорванцах легко было узнать Ивана и Антона.

— Ну, хоть в чем-то он не врал: действительно, дружат с детства, — вздохнула я, отправляясь за очередной чашкой чая.

Время надо было убивать: я заняла себя готовкой и уборкой, что всегда помогало отвлечься от грустных мыслей. Когда я домывала последнюю тарелку, в ворота постучали. Сначала я решила затаиться, но стук повторился, и ноги сами понесли меня на улицу.

«Кого это несет нелегкая?» — подумала я и на всякий случай спросила басом:

— Кто там?

— Ася, открой, это я, поговорить надо. О Ритке.

За воротами, несомненно, стоял избитый мною Аникеев, а я в очередной раз задалась вопросом, как он нас находит. По запаху, не иначе. Но лимит удивлений на этот месяц у меня уже был исчерпан, и я отпустила ситуацию.

— Заходи, — вздохнула я, нехотя открывая ворота и жестом указывая поникшему Лехе на лавочку во дворе.

— Где она?

— Ритки нет, а я тебе не советчик.

— Она уехала с новым мужиком?

— Разбирайтесь сами. Но если тебя интересует мое мнение…

Договорить я не успела, так как Аникеев резко схватил меня за руку, привлек к себе и накинул на шею странного вида поясок. Потом он надавил пальцем на какую-то точку на моей шее, и я отключилась.

Придя в сознание, я обнаружила себя сидящей, примотанной веревкой на стуле в лучших традициях жанра. Аникеев, разом утратив облик Дона Корлеоне, плотоядно скалился, параллельно обшаривая ящики комода. Наверное, этот гад в порыве надавил мне на какую-то особую точку, потому что в голове все внезапно прояснилось:

— Так это ты убил Виолетту? Неужели из-за денег? Тебя же посадят, толку от них…

— Я с этим баблом растворюсь на просторах Европы, как английский туман над Пемзой.

— Над Темзой, — машинально поправила я Аникеева, за что получила тычок в бочину.

— Для визы нужно цветное фото. У тебя серый землистый цвет лица, тебя в Европу никто не пустит, — огрызнулась я, в досаде подумав о парнях Антона, которые якобы должны были присматривать за домом. Ну, и где их носит? Хотя Аникеева я впустила сама. Скорее всего, они решили, что это мой знакомый, и нечего понапрасну докладывать о нем Антону.

— Тебе конец, Леха. Не те, так эти…

— Ты дура, Антон твой тебя использовал как приманку: знал, что я захочу тебя грохнуть. Вот он вас и держал возле себя. Он не думал, что я так быстро узнаю, где тебя искать. Рассчитывал, что я проявлю себя, расспрашивая о вас среди местной шпаны. Только я его перехитрил: официально в городе меня уже нет, уехал. А неофициально потихоньку вернулся, и вот я весь тут.

Я игнорировала Аникеева, ковыряя носком тапочка доски пола. Наконец ему надоело исповедоваться, и он вернулся к сути:

— Где флешка? Он что-то говорил о ней?

— Какая флешка? — мое изумление было вполне искренним, поскольку ни о какой флешке я от Антона не слышала.

— Ну, Дедоубийца, ну жук, — сплюнул Аникеев. — Я думал, он уже давно с тобой переспал и, как все мужики, разоткровенничался. Недооценил я его. Придется поискать самому, только сначала надо тебя убить. Ты уж извини.

Аникеев завозился, доставая из сумки какие-то свертки, а я стала молиться. Внезапно входная дверь распахнулась, и в комнату ввалилась Ритка. Видимо, ворота так и остались открытыми.

— Аська, прикинь, я забыла мобильный. Мы тут мимо ехали, и я решила, что нам нужно быть на связи, вдруг ты будешь…

Тут Ритка осеклась, потому что увидела меня привязанной к стулу. Рядом противно ухмылялся Аникеев с пистолетом в руках.

— Леша, ты тут как? Ты зачем всех убиваешь? — укорила его подружка, бледнея и оседая на диван. — Если это из-за неразделенной любви, то я…

— Заткнись, дура, — рявкнул Леха, переводя пушку попеременно с меня на Ритку. Эта разминка его немного отвлекла, а со стороны лестницы послышался шорох. Я громко закашляла, прикрывая звук, но Ритка взвизгнула, прикрыв рот ладошкой. Аникеев резко повернулся, но было поздно. Одним прыжком Антон повалил Аникеева, выбив пистолет у него из рук и приложив негодяя битой.

— Я же предлагал тебе это мощное оружие, — утирая лоб, пробормотал наш спаситель, связывая Аникеева. — Ритка, развяжи Асю.

Ничего не объясняя, он куда-то позвонил и коротко обрисовал ситуацию. Наверное, вызвал полицию. Пока мы с Риткой обнимались и плакали, радуясь спасению, в дом ввалился Иван. Все это время он ждал Ритку в машине, но устал ждать, понял, что что-то пошло не так и метнулся на помощь.

— Слава Богу, все обошлось, — вздохнул Иван, наливая нам по стакану воды. Похоже, он на самом деле волновался. На своего друга он взирал с укоризной:

— Антон, похоже, все зашло слишком далеко. Не пора ли рассказать девушкам правду?

— Я же обещал, что волосинки не упадет с их головы, — возразил Антон. — Я же все время был здесь, в засаде. Просто если бы мы взяли этого козла до того, как достал пушку, он бы отвертелся.

— Я понимаю, что ты контролировал ситуацию, но все обернулось как-то плохо…

Мы с интересом уставились на Антона: я злорадствовала, потому что чего-то подобного ожидала, а Ритка недоуменно охала.

— Говори, Антон, или я скажу, — повысил голос Иван.

Антон виновато кивнул, с некоторым сомнением взглянул на нас, потом долго рассматривал свои руки и, наконец, картинно вздохнул:

— Ладно, сдаюсь. Виноват, что не рассказал все сразу, но Иван тут ни при чем. Он был против этой затеи.

Ритка метнула на Ивана испытывающий взгляд, а Антон продолжил:

— Тогда в отеле бомбу подложить должны были мне в номер. Я и есть тот самый счастливчик, который чудом избежал смерти. Это я родился восьмого марта и отмечал свой день рождения в «Туристе».

— А что же ты сразу… Надо же… — Похоже, на этот раз дар речи изменил даже Ритке.

— Да, я не хотел так сразу об этом говорить, боялся спугнуть. Ася и так меня сразу за бандита приняла, а я, между прочим…

Антон повернулся ко мне и так посмотрел, что я невольно поежилась. В этом месте Ритка, которая хлопала глазами и ртом одновременно, ухватила за локоть нахмурившегося Ивана и поволокла его во двор:

— Мне срочно нужно выпить. Поехали в то кафе, где мы только что пили кофе. Думаю, там и покрепче найдется. Ты там мне все расскажешь. А они пусть без нас пообщаются. Ася, я тут рядом, звони, если что.

Говорю же, чего-то в этом духе я и ожидала, поэтому признание Антона меня не очень удивило. И когда дверь за Риткой и Иваном закрылась, я подала голос:

— У меня уточняющий вопрос: а почему ты Дедоубийца?

— Рыжий-рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой… — вздохнул Антон, смешно взлохматил свою медную шевелюру и, слегка смущаясь, добавил:

— Ну, так что, поедем с дедом знакомиться? Бабушка звонила, говорит, пироги в духовке. Я давно им обещал привезти хорошую девушку…

— Никуда я с тобой не поеду, пока ты мне все не объяснишь. К чему был весь этот цирк? И вообще, я, как лицо пострадавшее, имею право знать всю историю от А до Я. Мне еще показания давать.

Осознав, что от меня не отделается, Антон налил себе виски, а мне — сока, после чего уселся на диван:

— Начнем с азов бандитологии. Буду краток. В вашем славном областном центре за главного — Пахом. Старый уважаемый авторитет, уже не первый десяток лет в легальном бизнесе. Так вот у него есть сын — молодой хлыщ, который законы не уважает, а хочет только бабло срубать. Но сынок хоть и плохонький, да свой, вот папаша и решил его пристроить с глаз долой. Наш городок ему приглянулся: недалеко, тихо, есть крупные предприятия, земля бесхозная. Он решил балбеса сюда главным поставить и землицы нашей кусок отхватить. Но так как городок у нас хоть и небольшой, но гордый, местным такое самоуправство не понравилось. У нас тут что-то вроде демократии — все живут по законам совести. Взять хоть меня — я всегда за порядок, за мир.

Тут я хмыкнула, давая понять, что думаю о его порядочности, а Антон продолжил:

— Короче, у Пахома была любовница — та самая Виолетта, потом она ему надоела. Ну, он и дал ей отставку — правда, повел себя культурно: машину купил, айфон новый, колечко. Все как обычно. А себе другую завел — еще моложе. А какой девушке такое понравится?

Решила она Пахому отомстить, ну и через старых знакомых вышла на меня. Виолетта из нашего города и на самом деле училась в моей школе. Пахом при ней много не болтал, но Виолетта была ушлая девица: знала, где надо подслушать, под кого лечь. Короче, про ситуацию с сыночком она мне и рассказала. Мол, недолго мне осталось, раз Пахом на мое место своего отпрыска метит. Конечно, я мог обратиться к товарищам из столицы, но Пахом бы все отрицал. Мне надо было спровоцировать его на решительные действия и взять его людей «тепленькими». Тут уже было бы что предъявить — не по совести живете, товарищ. Виолетта обещала помочь и держать меня в курсе, для этого она и стала спать с Аникеевым.