Янина Береснева – Приватный танец для темной лошадки (страница 10)
Ритка, выпив успокоительное, возжелала прилечь, и Иван повел ее наверх, а мы смогли продолжить дискуссию без посторонних ушей.
— Допустим, — согласилась я, хотя мне откровенно не понравилось его выражение «навел справки». Знакомы без году неделя, а он уже копается в моей жизни. — Но ты не ответил на вопрос, откуда ты знаешь убитую.
— Она училась с нами в одной школе. Иван тоже ее знает, и что? Короче, по роду моей бывшей работы мне иногда нужна была информация, и я обращался к ней. Виолетта, как бы это поделикатнее сказать, была знакома со многими влиятельными людьми не только в нашем городе. Причем знакома с такой стороны, с которой мне с ними ни за что не познакомиться.
— Понятно, она с ними спала, а с тобой делилась ценными сведениями на благо твоего босса?
— Что-то вроде того, хотя ты и преувеличиваешь ее возможности. Но денег за свою информацию она хотела постоянно.
— Исходя из твоих слов, убить ее мог любой из бывших возлюбленных. Узнал, что она сливает тебе информацию, разозлился…
— Так-то оно так, но последний раз она звонила мне. Потом она отключила телефон, видимо, не хотела, чтобы кто-то мог отследить ее передвижения. И тачку ее тут могли видеть. Короче, мне не отвертеться. Начнут задавать вопросы… Лучше вам не говорить, что она заезжала сюда. Мало ли. Надо связаться со знакомыми ментами, выяснить, что да как.
Я рассеянно кивнула, думая о своем. Случившееся до сих пор не укладывалось в голове: боевик какой-то. Мало вчерашнего, так тут еще убийство. Антон тоже выглядел по-настоящему озабоченным, но звонить кому-то отправился на улицу. Подслушивать разговоры я сочла ниже своего достоинства, потому пошла варить кофе. Судя по всему, уснуть сегодня уже точно не удастся.
Вернувшись в дом, Антон еще больше помрачнел, но кофе взял и по большей части отмалчивался. Я все же уточнила, что ему удалось узнать «через свои связи».
— Менты решили, что Виолетта срезала дорогу через переезд: здесь часто проезжают те, кому надо в центр без пробок. Короче, тут ее никто не видел, и я думаю, не стоит нам лишний раз попадать в поле зрения правоохранительных органов. Когда меня вызовут, скажу правду. Полно свидетелей, что мы были в кафе в то время, как ее убили. Ладно, на сегодня пора отдыхать.
Хмыкнув, я решила не лезть с вопросами: правды у этого жука я все равно не узнаю. Налив себе еще кофе, я побрела наверх, проведать подружку. Дверь в ее спальню была закрыта, телевизор громко работал, и я тактично решила не соваться.
Зажгла свет в своей комнате и улеглась на кровать, уставившись в потолок. Смотреть телевизор не хотелось, книги, стоявшие на полке, тоже не впечатлили. Я подошла к окну и уставилась в темноту, пытаясь представить, чего ждать от жизни.
Ранней весной дачников в поселке, уверена, было немного. Почти все дома стояли темные и угрюмые, только в парочке соседних коттеджей на противоположенной улице горел свет. Но его оказалось достаточно, чтобы я заметила в саду Антона.
Он вышел из сарая, прилегающего к бане, что-то вертя в руках. Мне показалось, что он озирается по сторонам и даже поднял голову вверх, пытаясь заглянуть в наши окна. Я резко отпрянула, надеясь, что он меня не заметил. Антон обогнул дом, но входная дверь не хлопнула. Куда это он собрался? Голос разума призывал меня лечь спать, но любопытство и подозрительность взяли верх.
В крайнем случае, скажу, что вышла прогуляться. Я схватила кофту, тенью выскользнула из комнаты, сбежала по лестнице и осторожно выглянула в гостиную. Она была пуста, а входная дверь закрыта.
Высунув голову во двор, я констатировала, что ворота прикрыты неплотно. Значит, он все-таки вышел. Я ускорилась, боясь потерять его из вида, но, когда покинула двор, увидела тень Антона немного впереди.
Он тоже шел медленно и светил перед собой фонарем. Видимо, за ним он и ходил в сарай. Держась вдоль заборов, я бесшумно скользила за ним, не до конца понимая, что делаю. Вокруг ползали какие-то страшные шорохи, и я немедленно почувствовала себя неуютно.
К счастью, Антон ни разу не повернулся. Так мы миновали начало поселка, и я поняла, что он направляется прямиком к саду. Свернув с дороги на боковую тропинку, он остановился у крайнего дерева и принялся светить на него фонарем. Я осталась стоять в тени, возле забора, боясь громким дыханием обнаружить свое присутствие.
С моего укрытия обзор был не очень, но в целом стало понятно, что Антон что-то ищет. Чертыхнувшись, он выключил фонарь и, резко развернувшись, направился в сторону железнодорожного переезда. Преследовать его дальше я не решилась: во-первых, это было уже опасно, а во-вторых, я не знала, когда ему вздумается вернуться.
Я еще пару минут понаблюдала за удаляющимся силуэтом и с удовлетворением констатировала: в свете фонарей Антон был как на ладони. И, судя по всему, интересовали его именно кусты у переезда, где, по его словам, пару часов назад нашли труп Виолетты.
Дорогу к дому я преодолела бегом, во дворе слегка затормозила и тихо вошла в дом, стараясь не хлопать дверью. Поднявшись на второй этаж, обнаружила дверь Риткиной комнаты открытой: подружка смотрела телевизор, а в ванной шумела вода. Судя по всему, Иван был занят водными процедурами.
— Ты где была? — спросила Ритка, заметив меня.
— Дышала воздухом.
— С Антоном?
Я отрицательно покачала головой, а Ритка вздохнула:
— Не ходила бы ты одна по этому дурацкому поселку. Неровен час…
— Кстати, об этом я и хотела поговорить, — прикрыла я дверь, переходя на полушепот. — Тебе не кажется, что нам пора и честь знать?
Тут я не удержалась и вкратце рассказала Ритке о своих подозрениях насчет Антона и о том, что только что видела его на переезде.
На удивление, подружка в этот раз не стала крутить пальцем у виска:
— Я и сама думаю, что здесь что-то нечисто. Конечно, не хотелось бы никого подозревать, но вся эта история с гостиницей, нападение на тебя, потом убийство этой Виолетты…
— Заметь, во всех этих историях фигурирует Антон.
— Он друг Вани, черт… Так не хотелось бы в очередной раз ошибиться в мужике. А при чем здесь тогда Аникеев, ведь он тоже с ней мутил? Или действительно по делу встречался? Антон же сказал тебе, что Виолетта продавала информацию о сильных мира сего. Может, я зря на Аникеева накинулась.
— Да уж, тут что угодно можно придумать…
— А что если они не поделили бабу, а потом ее же и порешили? — встрепенулась подружка.
— Может, все-таки пора в полицию?
Ритка покусала палец, размышляя, но тут внизу хлопнула дверь, и мы быстро закруглили разговор. Подружка пообещала поговорить с Иваном. И добавила:
— Завтра решим, что делать дальше. Сегодня давай отдыхать, потому что сил моих больше нет.
Я согласилась с ней и побрела в свою комнату. Антон включил внизу телевизор и махнул мне рукой, предлагая присоединиться.
— Пожалуй, пойду спать, — пробормотала я, пожелав спокойной ночи и ему, и вышедшему из ванной комнаты Ивану. Честно говоря, спать одной в комнате было неуютно: мысли об убитой Виолетте не оставляли меня. Опасаясь, что долго не смогу уснуть, я еще раз приняла горячий душ и попробовала считать овец.
Вопреки опасениям, ни живые, ни мертвые в эту ночь меня не беспокоили: заснула я быстро, а утром меня разбудил стук в дверь и Риткин настойчивый зов.
— Эй, вставай уже, чего закрылась?
— А который час? — потянувшись за телефоном, я присвистнула. — Ого, чего ты раньше меня не разбудила?
Я щелкнула замком, а Ритка ввалилась в комнату в халате и с чашкой кофе.
— Сама недавно проснулась. Мужчины готовят завтрак, велели тебя звать.
Кофе я у нее отобрала и с удовольствием сделала пару глотков:
— Ну что, ты поговорила с Иваном?
— Если честно, не до конца. Вчера нам было как-то не до этого, — подружка смутилась, а я изумленно приподняла брови. Раньше особой стыдливости за ней я не замечала. «Любовь творит чудеса», — пробормотала я, возвращаясь к кофе.
— Только не смейся, но сегодня Ваня предложил мне съездить в гости к его родителям, они тут неподалеку живут. Мне кажется, у нас все серьезно. И насчет Антона он сказал, что ему можно доверять: он человек простой, из народа. Может, малость хамоват, но ты могла бы присмотреться…
— Твой человек из народа вообще-то бандит, а ты уже присмотрелась к одному такому по фамилии Аникеев. Ну и что хорошего с них можно взять? Ладно, пошли оценивать шедевры кулинарии. Надеюсь, Иван на самом деле запал на тебя, а не просто пытается задержать нас тут подольше с неясной целью.
На кухне мужчины делали тосты, а на столе меня поджидал свежезаваренный кофе. Все это я оценила, но решила не откладывать разговор в долгий ящик:
— Итак, господа, что мы имеем в конечном остатке? Конечно, пребывание в вашем гостеприимном доме можно назвать приятным, но хотелось бы уже хоть как-то продвинуться в понимании перспектив.
— Можно еще раз и по-русски? — хмыкнул Антон, а я в очередной раз убедилась: хамоват и не отличается умом и сообразительностью.
— Короче, сколько нам еще тут торчать, Тоха? — конкретизировала я вопрос. — Что там с твоим боссом: он нашел гадов? Есть хоть какие-то подвижки?
— Так бы сразу. Как раз еду к нему на переговоры: сообщили, что есть информация по нашему делу. Не волнуйся, тебя никто не ищет. Никаких камер в гостинице не было, так что твое участие в этой истории можно замять.