Яна Зверева – Вопросы, от которых... (страница 2)

***

3. ЖАСМИН И НАИЛЬ

– Ты всё ещё можешь передумать, – сказал Ильдар, не отрывая взгляда от трассы. – Лицей при университете – это серьёзно. Стабильность. Нормальная профессия. Ты же знаешь, мир сейчас непростой. Надо иметь фундамент.

Машина катилась по гладкому асфальту, за окном постепенно редели многоэтажки, меняясь на частные дома и лесополосы.

Жасмин в этом году заканчивала девятый класс, ей было почти шестнадцать.

Высокая для своего возраста, стройная, с ровной осанкой – как будто ей с детства говорили «держи спину». Тёмные густые волосы до середины спины были стянуты в высокий небрежный пучок, из которого выбивались пряди. Смуглая кожа, большие тёмно‑карие слегка раскосые глаза, длинные ресницы и выразительные брови делали её взгляд взрослым, даже когда она просто молчала.

Сейчас она была в простой чёрной футболке и шортах для дороги и пляжа, но в рюкзаке лежала любимая длинная юбка и лёгкая рубашка – на случай, если вдруг случится «настоящая сцена», даже если это просто будет пустая веранда.

– Папа, – сказала она спокойно. – Я могу быть нормальной много где. Но живой я… не везде.

Алия, сидя рядом, вздохнула.

– Музыка может быть хобби, – мягко сказала она. – Хорошее, красивое. Никто не запрещает тебе играть, петь. Но профессия должна быть…

– Нормальная, – закончили они с Ильдаром синхронно.

Наилю было двенадцать, он только закончил шестой класс. Он сидел сзади, вытянув ноги, чёрные волосы коротко подстрижены по бокам и чуть длиннее сверху, карие глаза – живые, любопытные. Фигура – сухощавая, движения быстрые.

Он стянул с одного уха наушник.

– А «нормальная» слово кто придумал? – поинтересовался он. – Вот если я стану астрофизиком, это нормально?

– Конечно, – не задумываясь, ответил Ильдар. – Это серьёзно. Учёные всегда нужны.

– А если Жасмин будет делать музыку, от которой людям чуть полегче жить, это несерьёзно? – уточнил Наиль.

– Души лечит Аллах, – мягко сказала Алия. – А люди должны делать своё. Музыка – хорошо. Но на что ты будешь жить, если не получится?

Жасмин сжала пальцы в замок.

Она знала, что они её любят. Знала, что не желают зла. И от этого было только тяжелее.

Если бы родители были врагами, можно было бы уйти в свою мечту, хлопнув дверью. Но они были домом. Этой мыслью она себя и держала. И одновременно ей казалось, что она именно этим дом и разрушает – и если послушает их, и если не послушает.

Классная задачка: как не предать ни себя, ни их. Ответа в учебнике нет, – горько подумала она.

– На даче ты отдохнёшь, – сказал Ильдар. – Там голова проветрится. И ты сама поймёшь, что я прав.

А если я пойму, что вы не правы? – хотела спросить Жасмин.

Но во рту стало сухо.

За деревьями замерцало озеро – большое тёмное пятно воды, которое в этом году пахло не только летом, но и выбором.

***

4. АМИР, АРТУР И ЛИЛЯ

Их дорога была короче: дача стояла почти у самого озера.

Амиру было семнадцать, кожа смуглая, тёплая, с ровным оливковым оттенком, для индийца он был достаточно светлокожим (может потому что уже 10 лет жил в Москве), высокий, красивый, с правильными чертами лица и черными слегка вьющимися волосами до ушей. В Индии с такой внешностью он бы, возможно, мог стать звездой Болливуда или известным певцом. Мог бы… вот только жил в России. Он только что закончил девятый класс и впереди у него был вопрос, который взрослые называли «выбором профиля», а он – «что теперь делать с этой жизнью». Он знал, что все решения за него уже давно приняты и расписаны: на русском языке он уже давно говорил свободно и даже почти без акцента, как в прочем, и на хинди, и на английском, поэтому мог поступить в любой университет. Но папа считал, что это должны быть РУДН или МГУ. Почему-то вариант продолжить обучение в Индии даже не рассматривался. И от этого было вдвойне тоскливо.

– Мы останемся на всё лето? – спросила Лиля, прижимая к себе маленький рюкзак.

Лиле было почти 9, она закончила второй класс. Хрупкая и тонкая, с темно-русыми волосами чуть ниже плеч, собранными в неидеальный хвост, большими светло‑карими глазами, которые будто всё время задавали вопрос, кожа светлая, но с лёгкой смуглинкой, доставшейся от отца. На щеках и переносице – редкие светлые веснушки.

– Прямо на всё‑всё?

– Если папу срочно не вызовут в город, – ответила Елена. – А так – да. Тут и воздух, и вода, и тишина. И можно играть сколько хочешь.

– А если я не хочу играть, – ровно сказал Амир, глядя вперёд.

– Тогда можешь петь, – попыталась пошутить Елена. – Пение ещё никому не мешало.

Амир не улыбнулся.

Рахеш посмотрел на него в зеркало.

– В Индии сейчас страшная жара, – спокойно сказал он. – Люди там мечтают о такой прохладе и таком озере.

– В Индии моя мама, – так же спокойно ответил Амир. – То есть… была.

Тишина в салоне стала густой.

Лиля потянулась вперёд между сиденьями.

– А там тоже есть озёра? – спросила она. – Тоже большие?

– Есть, – мягко сказал Рахеш. – И реки, и горы, и города. Когда‑нибудь ты всё это увидишь.

Артуру было десять, он учился в пятом классе и считал, что это уже почти взрослость.

Он постукивал пальцами по колену в ритме, который слышал только он. Ниже Амира, крепкий, чуть коренастый, с вечно растрёпанными каштановыми волосами и карими глазами с озорным огоньком, ниже Амира, коренастый, крепкий.

– Может, в этом году на озере группу соберём, – сказал он, не глядя. – Я, Амир, Жасмин… Она же будет?

– Жасмин, – повторила Елена. – Да, они уже сказали, что приедут. Было бы здорово. Музыка у воды.

Амир перевёл взгляд с дороги на воду. Мысль о том, чтобы играть, петь, делала этот дачный мир хоть чуть‑чуть терпимее.

Лиля смотрела, как между стволами деревьев открывается гладь озера, и чувствовала то узнаваемое щекочущее чувство в груди, которое бывает, когда что‑то очень важное уже рядом, а ты пока не знаешь, что именно.

***

5. ТОВАРИЩИ ПО НЕСЧАСТЬЮ

К вечеру все четыре машины по очереди въехали в посёлок у озера.

– Разгружайтесь, – говорили взрослые. – Потом пойдёте к воде.

В каждом доме всё было примерно одинаково:

– сумки, кроссовки, пакеты,

– «Аккуратнее с банками!»,

– «Это в холодильник, это на второй этаж»,

– старые мячи, найденные под кроватью,

– пакеты с книгами, которые, по мнению родителей, дети будут читать «вечером, когда интернета не будет».

Дачи стояли недалеко друг от друга:

– старый, но отремонтированный дом Савы, Лучезара и бабушки Анны Петровны;

– аккуратный дом «как с картинки» Дани, Вари и их родителей;

– просторный деревянный дом с резными наличниками Жасмин, Наиля и их бабушки с дедушкой;

– и самый солидный, с верандой и видом на озеро, – дом Рахеша, Елены, Амира, Артура и Лили.

Дети уже видели друг друга в прошлые летние каникулы: