Яна Зверева – Вопросы, от которых... (страница 13)

Картинка вокруг начала расплываться, как акварель под дождём.

– Ты… – успела выдохнуть Жасмин. – Ты кто?

Экскурсовод прижал палец к губам.

– Тот, кому тоже когда‑то пришлось выбирать, – сказал он. – И кто до сих пор не всегда уверен, правильно ли выбрал. Но это уже совсем другая экскурсия.

Мир щёлкнул. Белые стены превратились в зелёные кроны. Каменный пол – в тёплый песок. Запах краски – в запах воды и хвои. Они стояли на том же месте у озера. Солнечный свет был почти таким же, как будто прошла одна секунда.

Кубик лежал на песке, как ни в чём не бывало. На верхней грани – двойка.

***

– Ну, – первым нарушил тишину Артур. – Официально заявляю: мне теперь страшно смотреть на любую игральную кость.

– Это была… – Даня облизнул пересохшие губы. – Это была иллюзия, да?

– Иллюзия тоже информация, – сказал Наиль. – Если она повторяется и что‑то меняет.

Жасмин молчала. Она смотрела на воду. Где‑то внутри щёлкнула своя, очень тихая шестерёнка.

*«Если ты можешь не играть – не играй. Если не можешь – всё равно будешь». *

Амир стоял рядом, руки в карманах, и думал, что синтезатор и озеро – вполне подходящая комбинация для того, чтобы попробовать написать что‑то действительно своё, а не «похожее на…».

Варя серьёзно сказала:

– Экскурсовод был хороший. Он говорил как мультик для взрослых.

– Он вообще был? – шёпотом уточнил Сава. – Или это кто‑то нам в мозг загрузил?

Лиля крепче прижала к себе рюкзак.

– Он говорил, – ответила она очень тихо, – как будто уже нас знает.

И это, почему‑то, пугало меньше, чем должно было.

Какое‑то время они просто стояли. Солнце светило так же, вода плескалась так же, собака всё так же носилась за палкой. Только внутри у каждого что‑то было уже не так.

– Окей, – первым сдался Артур. – Предлагаю официально признать: это было. И это было… странно. И круто. И страшно. Всё вместе.

– Ты когда‑нибудь говоришь «нормальные» предложения? – устало спросил Сава.

– А что, это ненормальное? – обиделся Артур. – У нас кубик переносит нас в музей Пикассо, где экскурсовод цитирует наши мысли. Я максимально адекватен ситуации.

– Можно я запишу эту фразу, – пробормотал Даня. – Отличный слоган для обложки.

Лиля молча положила кубик обратно в шкатулку и застегнула рюкзак.

– Мы… ещё будем? – спросил Лучезар. – Кидать?

– Не сегодня, – неожиданно для самого себя сказал Амир. – Сначала надо… дослушать то, что уже сказали.

Он сам удивился формулировке. Но она показалась правильной.

– Да, – кивнул Наиль. – С научной точки зрения неплохо иногда делать паузы в экспериментах. Иначе не успеешь понять, что наблюдаешь.

– Перевод, – пояснил Сава. – У всех и так мозг кипит.

– Можно я пойду купаться? – робко спросила Варя. – А то у меня мозг маленький, ему слишком много всего.

– Можно, – сказала Наталья, которая как раз подошла проверить, не утонули ли они. – Только не заплывайте далеко.

Они разошлись по берегу, каждый в свою сторону, но ощущение, что они теперь как‑то связаны друг с другом по‑особенному, никуда не делось.

***

Днём жара набрала обороты, и родители торжественно объявили «тихий час» под предлогом «пусть солнце уйдёт».

Даня сидел у себя в комнате, тетрадь с комиксом лежала перед ним, но карандаш почему‑то не слушался. В голове не выходила фраза: «Художник – это не тот, кто умеет рисовать, а тот, кто не может не рисовать».

Он посмотрел на свои прежние рисунки: аккуратные, выверенные, перспектива по линейке, светотень по правилам.

*Умею ли я? Да. Но могу ли я без этого? Вот это вопрос, господин Пикассо…*

И тут в голову влезла другая мысль:

*Если это был не просто глюк, а… событие, оно, наверное, оставило… след в интернете. Фильмы. Интервью. И вообще, я не так много знаю о Пикассо, чтобы спорить о нём с мистическим экскурсоводом.*

Он поднялся и вышел на кухню.

Сергей сидел за столом с книгой, Наталья в углу что‑то печатала на ноутбуке – вечно отчёты даже на даче.

– Пап, – сказал Даня.

– М? – Сергей оторвался от книги. – Ты не спишь?

– Ага, я сплю стоя, – сухо ответил Даня. – Скажи честно: у нас дома есть что‑нибудь… про Пикассо?

Сергей моргнул.

– Про кого? – уточнил он на всякий случай.

– Про художника, – терпеливо пояснил Даня. – Пабло Пикассо. Фильмы, книги, лекции… что‑нибудь.

Наталья медленно подняла взгляд от ноутбука.

– Температуру меряли? – осторожно спросила она у Сергея.

– Даня, у тебя всё хорошо? – добавил Сергей. – Ты ничего… не ел странного на озере?

– Я ел только слова экскурсовода, – честно сказал Даня. – И теперь хочу догрызть тему.

Родители переглянулись.

– Просто ты обычно просишь включить что‑нибудь про… – Наталья поискала слово, – супергероев.

– А Пикассо чем не супергерой? – парировал Даня. – Он изменил искусство целой эпохи.

Сергей тихо фыркнул.

– Ладно, – сказал он. – У меня где‑то есть старый документальный фильм. Я его студентам когда‑то ставил. Чёрно‑белый, скучный, тебе не зайдёт.

– Я проверю, – ответил Даня. – Научный интерес.

Сергей посмотрел на Наталью.

– Ну если просит Пикассо, а не стрелялки, – вздохнул он, – грех не поддержать.

Он встал, ушёл в комнату, через пару минут вернулся с внешним жёстким диском.

– Тут, по‑моему, остался, – сказал он. – Я перенесу на твой ноутбук… когда вернёмся в Москву.

– А… – Даня поёрзал. – А можно… не ждать сентября?

– А, вот оно что, – догадался Сергей. – Фильм – это, конечно, прекрасно. Но путь к нему лежит через верхнюю полку шкафа.

– Пап, – серьёзно сказал Даня. – Я хочу не «поиграть», а послушать. Там, возможно, ключи к…