Яна Ветрова – Путь Холлана (страница 20)

– Да скажи уже ей! – пробурчал Базиль.

Холлан качнул головой: это же надо, ему по очереди отдают приказы два подростка! Наёмник кинул на середину стола серебряный кулон с выбитым треугольником Стэн-Ноута.

Милифри, нахмурившись, протянула руку, повертела пластинку и сжала её в пальцах. Она кинула взгляд на бумагу, которая так и лежала перед ней.

– Там сказано, что с тобой была одна сестра.

Холлан кивнул:

– Одна.

– Худая и большеглазая… Шелли. А остальные? И что за преступник? – Милифри поднялась, нависла над столом и закричала: – Да что же ты молчишь! Что с ними случилось?!

– Все мёртвые, – прошептал Базиль, разглядывая свои большие ладони. Наверное, вспоминал, как они хоронили монашек и культистов под склоном.

Милифри рухнула обратно на стул.

– На них напали, – сказал Холлан. – Мы пришли слишком поздно, но смогли спасти Шелли. Один преступник остался жив. Монашка хочет, чтобы мы доставили его в Ромну.

«Хотя я не вижу в этом никакого смысла», мысленно добавил он.

– Это меняет дело, – произнесла Милифри, сжимая в руке верёвку от кулона. – Мы оставим мальчишку здесь, пускай ищет моего учителя, а сами проводим Шелли в монастырь.

– Думаешь, представитель Порядка не отправил письмо и в Ромну, и в окрестные города?

– Что же, потащишь меня в Стэн-Ноут силой? – взвилась Милифри, и Холлан, сжав челюсти, подумал, что сейчас она как две капли воды напоминает монашку-истеричку.

Только он собрался ответить девчонке, что готов хоть сейчас сунуть её в мешок и тащить на плече, как дверь распахнулась. На пороге стоял мэр Римерфара в удлинённом по столичной моде тёмно-синем пиджаке, который сменил праздничную жилетку и в полутьме казался почти чёрным.

– Совсем не хочется нарушать ваши в высшей степени дипломатичные переговоры, – улыбнулся он, поглаживая бархатный воротник, – но ко мне постучались неожиданные гости.

Холлан нахмурился. Нет, о представителях Порядка или людях Алуина мэр говорил бы по-другому.

– Заходил наш добрый трактирщик Стонтен. Похоже, к нему заглянули добрые люди, посетившие сегодняшнее представление, и разъяснили, что нехорошо получилось с воином из Лиги. Господин Стонтен осознал свою ошибку, извинился и даже предложил вам переночевать в его комнатах, но я с сожалением вынужден был сообщить, что госпожа воин покидает наш уютный городок в ближайшие часы. Тогда он ещё раз извинился и попросил передать вам это – добрейший человек!

Мэр взмахнул рукой, в комнату вошёл слуга и торжественно положил перед Милифри потрёпанный мешок.

– Ой! – вскричала девчонка и принялась рыться в вещах, перечисляя вслух: – Брюки на месте, рубашка, ножик… А зеркальце пропало! И лента для волос!

– Мне очень жаль, госпожа Милифри, но вы пробыли в тюрьме почти сутки, что-то могло… потеряться, – пожал плечами мэр. По его виду было непохоже, что ему жаль. Единственным, о чём он мог жалеть, было то, что он вытащил наследницу из тюрьмы ради представления.

– А как же добрые люди узнали про трактир? – спросила Милифри, завязывая мешок.

– Слухи, знаете ли. Один сказал другому, другой третьему, – мэр Хорст развёл руками, как будто признавая, что даже он не всесилен.

У него и правда были свои представления правильном и неправильном. Милифри понимающе кивнула и кинула мешок под стул.

– Спасибо, господин Хорст, но мы ещё не закончили с переговорами.

Мэр театральным жестом выставил вперёд руку. Не зря он столько лет проводил представления на ярмарке.

– Погодите, госпожа. Когда я сказал «гости», я, конечно, не имел в виду одного трактирщика. Стоило мне проводить Стонтена, как вновь раздался стук в дверь. Этот молодой человек был очень настойчив в том, чтобы увидеть вас, госпожа Милифри.

– Меня? – переспросила девушка.

Мэр улыбнулся, выглянул за дверь и приглашающе взмахнул рукой. Из темноты коридора в полумрак комнаты зашёл высокий человек в сером плаще.

Милифри вскочила, едва не опрокинув дубовый стул.

– Марсен! – воскликнула и тут же зажала себе рот рукой.

– Всё интереснее и интереснее, – заметил мэр Хорст, посмотрев на вошедшего, как на театрального артиста, который снял маску и предстал перед зрителями в новом обличии.

Молодой человек, улыбаясь одним уголком рта, коротко кивнул Милифри, задержал взгляд на Базиле и второй раз кивнул. Затем он оглядел Холлана.

– Всё интереснее… – проговорил молодой человек, а мэр, не переставая улыбаться, спросил:

– Неужели тот самый Марсен?

Господин Хорст был доволен: возможные последствия того, что он вытащил сегодня Милифри на сцену, были с лихвой компенсированы тем представлением, которое разыгрывалось в резиденции персонально для него. А сколько новой информации к размышлению!

– Верь тому, что видишь, но не тому, что показывают, – ответил мужчина.

– Очень хорошо, – кивнул довольный мэр.

– Холлан, что это значит? – шепнул Базиль.

– «Становление Лиги. Том третий: Беседы с Нааром», – отчеканил Холлан.

Получилось слишком громко. На него одновременно посмотрели Милифри и Марсен. Если это был, конечно, тот самый Марсен.

– Чувствую, тут намечается какая-то прелюбопытнейшая история! – сказал мэр Хорст. – Люблю истории, знаете ли. Надеюсь когда-нибудь услышать эту за бокалом вина, однако чем дольше вы торчите в моей резиденции, тем менее вероятным становится такой исход событий. Свои переговоры можете продолжить в пути – знать не желаю, куда, главное, что отсюда.

Перед тем, как выйти за дверь резиденции, Марсен остановил мэра и что-то зашептал ему на ухо. Тот нахмурился, покачал головой:

– Даже так? Но вы понимаете, что я не могу вмешиваться в…

– Знаю. Я справлюсь своими силами. Но раз мы встретились, то лучше вам быть в курсе.

– Я усилю охрану до конца ярмарки.

– Не стоит. Это вызовет подозрения. Мои люди будут начеку.

– Сколько же у вас людей, позвольте поинтересоваться? – спросил мэр с недоверием, но тут же сменил тон: – Я могу быть полезен.

– Я это учту.

Базиль переминался с ноги на ногу – ему не терпелось выйти на улицу, и он уже сообщил Холлану, что беспокоится за монашку. Милифри нервно теребила лямку мешка и не отрывала взгляда от Марсена. Холлан тоже рассматривал мужчину. Телохранитель Милифри был высоким и стройным. Когда они вышли из полутёмной комнаты, стало видно, что шрам на щеке молодого человека, застарелый, белый и кривой, похожий на галку, приподнимает уголок его губы, поэтому кажется, что на его лице застыла лёгкая улыбка. Слегка выгоревшие на солнце волосы скучного серого цвета, серо-голубые глаза, нос с небольшой горбинкой. Хоть щёки ещё сохраняли юношескую припухлость, но под глазами залегли тени и мелкие морщинки. Насколько Холлан знал по рассказам, Мара, легендарная руководительница Лиги, чьим сыном якобы являлся молодой человек, была темноволосой. Это, конечно, ни о чём не говорило. Хотя какая в пустоту разница! У наёмника одна задача – дотащить наследницу до Стэн-Ноута.

В голове крутилась ещё одна фраза из «Бесед с Нааром»: ступая на мост, считай шаги. Холлан не представлял, куда ведёт этот сраный мост и сколько шагов теперь отделяют его от твёрдой почвы под ногами.

– Значит, ты забираешь Мили домой? – по-деловому обратился Марсен к Холлану, когда мэр, наконец, выпроводил компанию за дверь.

– Да, – ответил наёмник, и одновременно с ним Милифри воскликнула:

– Нет!

– Представление сегодня было очень интересное, – сухо сказал Марсен, глядя на девушку, которая вновь залилась румянцем. – Я, правда, только конец успел посмотреть, но мне довольные зрители сообщили, что ты читала Покаяние дважды.

– Марсен, я…

– Это подождёт. Есть местечко, где можно спокойно побеседовать?

– Мы уходим из Римерфара немедленно, – отрезал Холлан.

– Значит, нам по пути, – безапелляционно заявил молодой человек.

На улицах города им почти никто не встретился – до закрытия ярмарки было ещё много времени. Марсен решил дойти с ними до коровника – Базиль сболтнул, куда они идут, а потом ещё долго виновато косился на Холлана. Теперь молодой человек шёл впереди, изредка оборачиваясь к наёмнику, чтобы тот указал направление. Как и говорил Базиль, бывший телохранитель наследницы заметно прихрамывал. Милифри сделала ещё попытку заговорить с ним, но молодой человек сказал, что ему нужно кое-что обдумать.

– Может, мне вообще не стоит рассказывать тебе то важное, что я узнала? – Милифри использовала свою княжескую интонацию, но на Марсена эти штуки не действовали.

– Ты в любом случае скажешь, – сказал он. – Не будь ребёнком.

Милифри залилась краской, на мгновение остановилась, а затем пошла, понурившись, на некотором расстоянии за своим бывшим телохранителем. Глядя на ссутулившуюся спину девушки, Холлан надеялся, что Марсен, или не Марсен, холодной встречей уже несколько охладил пыл девчонки, и теперь она сама с радостью побежит в Стэн-Ноут. Ещё ему пришло в голову, что возможно удастся каким-то образом сбагрить Марсену монашку с культистом, раз уж не подвернулось других вариантов.

О Луна! – Холлан запрокинул голову. Какое же дурное оказалось задание! Тонкая полоска услужливо высунулась из-за облака – она сегодня висела на небосводе среди бела дня. Исчезающий серп луны намекал, что напиться наёмнику придётся ещё не скоро. А ведь кажется, что он покинул Порт-Акар целую вечность назад! Только данная самому себе клятва отделяла Холлана от бутылки. Вот наступит следующее полнолуние, и тогда… Сначала, пока он ещё был способен отличать хороший алкоголь от пойла, Холлан заходил в заведение поприличнее и заказывал самый лучший островной ром, чтобы прошлое не вытекало по капле, а срывало пробку. Позже, когда ему становилось всё равно, что плещется в кружке, он перемещался в портовые кабаки. Кстати, в этот раз он не дополз до «Тётушки-креветки»! Хозяин этого заведения был таким душевным стариком! Когда Холлан был уже пьян – хоть выжимай, трактирщик отправлял своего помощника, чтобы тот помог Холлану добраться до дома.