Яна Тарьянова – Хозяйка заброшенного элеватора (страница 3)
«Главное, чтобы он не взбесился от скуки. Мало ли как заклинание сработает. Хотя… убежим, если что, по полю он за нами гнаться не сможет. А остальное – головная боль Дормидонта и управляющего».
Вопрос закупки продуктов разрешился быстро и без проблем – за чаепитием. Они выложили на стол яблоки, Дормидонт порылся в своих запасах и принес кучу сладостей, хлеб, сыр и масло. Божественное пиршество. Гном, явно заскучавший без общества, выслушал просьбу Гжеся и пообещал покупать им еду.
– Управляющему напишешь потом. Пока со своими деньгами в магазин ходить буду, потом рассчитаемся. Берите пряники, не стесняйтесь. Я за продуктами раз в неделю хожу. Боюсь Тиму одного надолго оставлять. Теперь, когда вы за ним присмотреть можете, буду ходить почаще.
Гжесь не сразу понял, что Тима – это тепловоз. Дормидонт огладил рыжеватую бороду – без косичек и вплетенных бусин, еще один признак, что не чистокровный, те без украшений бороды как голые – и начал перечислять ассортимент продуктов в магазинах, вызывая зависть и слюноотделение.
– Крупы всякой навалом. И гречка, и рис. Рис местный невкусный, я привозной высматриваю. Вам могу пропаренный купить. Можем кашу с сухофруктами приготовить. Очень вкусно получается, но мне одному обычно лень возиться, а на всех не грех и покашеварить.
Гномы были известными сладкоежками, каше с мясом предпочитали молочную с сахаром, но Гжеся и братьев это устраивало. Волки слышали, что на элеваторе в изобилии водится мелкая дичь, но не хотели охотиться и передали двуногим половинкам заботы о еде. Отчего бы и не съесть кашу с сухофруктами?
– Порешаем бытовые дела, потом я вас на Тиме покатаю, – пообещал Дормидонт. – Пишите списки, завтра с утра пойду закупать. Если чего мыльно-рыльного не хватает, тоже пишите. Куплю. Тут всего в достатке.
– Напишем, – пообещал Гжесь. – Сначала надо осмотреть территорию. Хочу оценить ограду.
– Что тут оценивать? – махнул рукой гном. – Одна видимость, а не забор. Раствор некачественный был, слишком много песка. Выветрился, кирпичи падают, кругом дыры. В западной части прямо к домам проход. Я тропку протоптал. В ту сторону к магазину ближе, чем через ворота.
– А оттуда ходят?
– Да кто оттуда может ходить? Там старухи живут, им не до прогулок по пересеченной местности. Ребятня сюда не добирается, парк и детские площадки в другой стороне.
Гжесь сделал себе мысленную пометку – пробежать вдоль ограды и хорошенько обнюхать все тропки. Запах сразу покажет, ходят или не ходят.
Глава 3. Ксения. Знакомство с соседями
Она осмелилась спуститься по лестнице, ведущей к какой-то темной площади, и обнаружила что за зданием станции имеется подобие цивилизации. Магазинчик «Продукты» со светящейся вывеской, неработающий банкомат и – о чудо! – стоянка такси. Ксения рискнула сказать адрес пожилому мужчине, лениво лузгавшему семечки, и даже получила дополнительную услугу – водитель сходил на перрон, забрал и погрузил в багажник ее сумки. К счастью, в Щедропольске брали оплату переводом на карту. Наличных у Ксении не было и требовалось их где-то добыть – чувствовалось, что в следующий раз может не повезти. Городок выглядел потерянным во времени: они проезжали мимо частного сектора, где на лавочках возле калиток сидели старухи в платках, провожавшие взглядами машину. Автомобили на вечерних улицах можно было по пальцам пересчитать. Водитель притормозил на перекрестке, пропуская пешеходов, и Ксения поняла, что здесь нет не только бомжей. Пробок! Здесь нет автомобильных пробок! Это настолько восхитило, что она немного примирилась с действительностью.
Таксист довез ее до небольшого района, застроенного двухэтажными домами, получил щедрые чаевые и занес сумки на второй этаж. Ксения достала ключи, переданные ей адвокатом, отперла замок – дверь была новой, железной – и осторожно вошла в тесную прихожую. Тихо. Слабый запах ее собственной парфюмерии. За дверью напротив раздались какие-то звуки, и Ксения, обретя живость, затащила сумки и заперлась. Разговаривать с соседями ей категорически не хотелось. Отвыкла от такого общения и не представляла, как поддержать беседу. И что о себе говорить тоже не знала. Не сообщать же всем, что она хозяйка элеватора. А как объяснить, зачем она приехала в такую дыру?
Отложив придумывание лжи на потом, она прошла в большую комнату. Ее вещи, привезенные в коробках, были сложены штабелями возле стен и мебели. Одна из спален тоже была забита коробками и пакетами, а во второй кто-то навел порядок: чистота, новенькая кровать, под покрывалом свежее постельное белье. Ксения осторожно пробралась к балкону, открыла дверь, впустила свежий воздух и осмотрела пейзаж. Темнота, темнота, редкие огни, лай собак… господи, петух орет, что ли? Ксения рассмеялась и тут же расплакалась. За что ей это? Жизнь в деревне с петухами и без возможности вызвать такси.
Она выплакалась, вытерла слезы, взяла себя в руки, закрыла балконную дверь и отправилась в ванную – смыть дорожную пыль, липкие клочья потрясения и страх перед будущим. Теплая вода с пеной успокоила, в холодильнике нашлись нарезки колбасы, сыра и хлеб. Ксения заварила себе чай, съела бутерброд, глядя в окно, и улеглась спать – без лишних раздумий и слёз. И это было неожиданно и приятно.
Разбудил ее громкий и решительный стук в дверь. Ксения некоторое время ждала – а вдруг стучащему надоест, и он уйдет? – а потом не выдержала, накинула халат и пошла к источнику шума. Взгляд в глазок ничего не прояснил – что-то большое, голубое и с пятнами.
– Кто там?
– Я твоя соседка, Галина Сергеевна. Принесла подарок на новоселье. Узнать хочу, как ты тут, деточка. Твой дядя сказал, что у тебя нервные припадки бывают. Мы с мамой беспокоимся.
«Что? Дядя? Припадки?»
Дяди у Ксении отродясь не было, из всех родственников имелась только сестра, с которой она не поддерживала отношения. И припадков тоже не было, хотя, если жизнь будет заваливать ее такими ежедневными потрясениями, то начнутся.
Она открыла дверь, мило улыбнулась соседке и поддержала разговор, выуживая обрывочные сведения о дяде. Черт его знает, кто это был – то ли адвокат, то ли какой-то сотрудник службы безопасности – но по ушам он теткам-соседкам проехался знатно. Ксения, понимаете ли, переехала в Щедропольск, чтобы уединиться в тишине и покое после автокатастрофы, одарившей ее нервным потрясением и припадками.
Счет к Виталику, вышвырнувшему ее из дома, удвоился. Ксения понимала, что не сможет отомстить бывшему мужу, но помечтать-то можно? Продаст она этот элеватор, по пути на Урал заедет в Москву, и… Что можно сделать она не придумала – перед мысленным взором сразу предстал директор службы безопасности агрохолдинга, отставной генерал.
Тетка, заметившая, что она замечталась, в сотый раз назвала ее деточкой и впихнула в руки увесистую банку маринованных огурцов. Банка, закрытая полиэтиленовой крышкой, источала сильный запах укропа. Ксения поморщилась – укроп в соленьях она не любила, и даже раков предпочитала сваренных без зелени, что вызывало удивление у окружающих. Она пообещала Галине Сергеевне вернуть банку, а также зайти и познакомиться с ее мамой. Попрощалась, закрыла дверь и вынесла огурцы на балкон.
День прошел в распаковке коробок и поисках нужных вещей. Солнце раскалило квартиру, как будто не последние дни августа, а жаркий июль. Или Африка. Дверь на балкон пришлось держать открытой и к вечеру Ксения почувствовала, что от запаха укропа у нее вот-вот начнется самый настоящий припадок.
– Надо их выкинуть, – пробормотала она, подкравшись к балкону. – Но как? Если слить маринад в мойку или унитаз, вся квартира укропом провоняется. Хоть вниз со второго этажа кидай! Но мне же нужно вернуть банку.
Она подошла к перилам, стараясь держаться подальше от огурцов. Пристально осмотрела прилегающие к дому окрестности. Мусорный контейнер выделялся ярким оранжевым пятном. Вокруг росли кусты и деревья, скрывавшие разрушенную ограду. Ксения долго раздумывала и решила дождаться темноты, дойти до контейнера и выкинуть огурцы в близлежащий густой куст. Авось мышки съедят или птички склюют. Должен же в природе кто-то жрать маринованные огурцы? Вот и вклад в экологию.
Сказано – сделано. Ксения переоделась в темные вещи и прихватила пакет с накопившимся мусором. В подъезде было тихо, и она, опасаясь оступиться, спустилась по лестнице, прошмыгнула по освещенному фонарем клочку двора и нырнула в кусты. Фонарь остался за спиной и это ненадолго ослепило. Зато потом, когда глаза привыкли к изменившемуся свету, стало ясно, что ветки, траву и разрушенную ограду серебрит полная луна. А звезд сколько, батюшки!
Ксения застыла с банкой в руках, позабыв об укропе. Она рассматривала необъятное черное небо, мерцающее холодной россыпью драгоценностей, которые нельзя было купить, отнять или выклянчить.
«Какая красота! Как давно я не смотрела на звезды. Сейчас сделаю себе чай и сяду с чашкой на балконе. Полюбуюсь вдоволь».
От созерцания ее отвлек шорох и негромкий треск. Ветки зашевелились и из куста выглянула здоровенная собака. Ксения ошеломленно пискнула – собак в целом она не боялась, они ее никогда не трогали, ластились, но появление крупного пса в ночи отозвалось неприятным холодком в животе. Убегать было нельзя, она знала, что животные чувствую страх, поэтому наскребла немного твердости и скомандовала: