Яна Сокол – Дэниель (страница 4)

В этот момент принесли заказ. И это дало ей небольшую передышку.

Хочет или нет, но она небезразлична ко мне. Видеть это после стольких месяцев отрицания было просто безумно приятно. Я как наркоман, дорвавшийся до дозы, пытался получить от нее еще и еще больше этих маленьких, но все же доказательств ее неравнодушия. Хоть она и пытается упорно отрицать наше взаимное притяжение, кажется, даже себе не признается в том, что что-то чувствует ко мне.

– Тебе не нравится рыба? – еле дождался ухода официанта.

– Что? Почему вы спросили? – она явно не ожидала от меня такого вопроса.

– Ты сморщила свой очаровательный носик, когда увидела рыбу.

– Не то чтобы не нравится, просто не мой фаворит.

– У тебя на нее аллергия?

– Нет, только на арахисовую пасту. А у тебя на что-нибудь есть аллергия?

– Я рад, что ты пытаешься меня узнать. – Она смотрела на меня недоуменно. – Ты впервые заинтересовалась чем-то, что касается меня.

Нимфа смутилась, и небольшой румянец покрыл ее щечки. Как же мне нравилось видеть ее смущение. Она была в этот момент такой ранимой, нежной. Не офисная королева, а женщина, реагирующая на мужчину. Реагирующая на меня.

– Я пытаюсь быть вежливой, – смутилась она.

– У тебя это замечательно получается. У меня аллергия на креветки и на аспирин.

– На аспирин? – округлила она глазки.

– Да. Удивлена?

– Впервые слышу о том, что у кого-то аллергия на аспирин, – сказала она, всматриваясь в меня, будто ожидая что я сейчас признаюсь ей в своей лжи.

– Сам в шоке. А что из еды ты все же не любишь? – решил я понемногу прощупать почву.

– Лук, – выдала она, не задумываясь, а потом, будто пришла в себя и смутилась.

– Лук? Я тоже его не люблю, – решил я ее поддержать, тем более что это была правда.

– Ничего не имею против сырого, но вареный… – попыталась она объяснить, но смутилась еще больше.

– Его запах убивает? – подсказал я.

– Не то слово. А вы? – заинтересованным взглядом она уставилась на меня.

– Лук, как ты и сказала, ну и брокколи, – я улыбнулся тому, как она расслабленно выдохнула.

– Приятного аппетита. – Она ела, откусывая маленькие кусочки, облизывала свои пухлые губки, а я не мог оторвать от нее взгляда. – Что?

– Почему ты всегда мне отказывала? – вырвалось у меня, от чего она поперхнулась.

– Мистер Холл! – вскрикнула она, схватив стакан и поверх его края оглядывая зал. Стал ли кто свидетелем ее позора.

– Думаю, мне понравится услышать свое имя из твоих уст, – поддел я ее, в отместку за то, что она не ответила.

– Вы же сами предложили спокойно пообедать, – она всегда делала вид, что не понимает моих намеков, и этот раз не стал исключением.

– Вообще-то, это я согласился, а ты захотела бессовестным образом меня кинуть, одного.

– Я осталась, – возразила она, смущенно.

– Ты исправилась, – поправил я ее, идя на компромисс.

– Я исправилась, – согласилась она, и я увидел, как дернулись уголки ее губ.

Время обеда пролетело слишком быстро. Я выбирал нейтральные темы для разговора. Хотел, чтоб она чувствовала себя непринужденно рядом со мной. И, кажется, мне это немного удалось. Она расслабилась и даже смеялась над моими шутками.

Такой она мне нравилась даже больше, чем в гневе. Улыбающаяся и расслабленная. Как же хотелось перетащить ее к себе на колени и впиться в этот рот поцелуем. Но здесь и сейчас абсолютно не подходящее время. Когда я ее поцелую, ничто не должно ее отвлекать. Боюсь, что ограничиться только поцелуем мне не удастся.

Сам себе удивляюсь. Я такими порывами не страдал. Раньше. До нее. Что же ты со мной делаешь, моя Нимфа?

Глава 2

Дэниель

После работы летел к ней как угорелый, но все равно не успел застать ее в офисе, моя снежная леди уже уехала домой. Что ж, прекрасный повод провести разведку на территории врага. Уже подъезжая, подумал о цветах и тут же отмел эти мысли. Зная Миру, мог запросто представить, что она меня ими же и отходить может. Хотя нет! Она, все с тем же надменным выражением на своем миленьком личике просто закроет перед моим носом дверь. Пока ехал, прокручивал в голове сценарии того, как она может меня встретить. Вроде бы просчитал все варианты и был готов ко всему. Наклеив на лицо широченную улыбку, позвонил в дверь. Каково же было мое удивление, когда на том месте, где должна быть Мира, ее не оказалось. Перевел взгляд ниже и обомлел. К такому сюрпризу я точно был не готов. Маленький пацан смотрел на меня, округлив от удивления глаза. Сомневаться в том, кто он, не приходилось, на меня смотрела уменьшенная копия Миры. Начиная от волос и заканчивая его глазами. Мы оба таращились друг на друга целую минуту.

– Ты кто? – все же вырвалось у меня.

В личном деле была пометка только о том, что она разведена, но про ребенка там не было ни слова.

– Это ты кто? – спросил он, не выговаривая все буквы. – Мама сказала, чтобы я всегда спрашивал, кто там. Так ты кто?

Несмотря на шок, не смог удержаться от улыбки.

– Думаю, твоя мама имела в виду не совсем это. Ты должен был спросить, кто там, до того, как открыл дверь.

– Как? За ней ничего не видно, – кажется, меня посчитали глупцом.

– Как зовут твою маму?

– Мама, – удивился малой.

– А имя у твоей мамы есть? Меня вот зовут Дэниель. А тебя?

– Николас.

– А маму?

– Миранда.

– Окей! Это мы выяснили. Можно ли мне войти, Николас? А то держать гостя в дверях не очень хорошо, – придя от первичного шока в себя, решил, что поплыву по течению, посмотрю, куда это приведет.

– А ты гость?

– Конечно. Я работаю вместе с твоей мамой, и мне нужно поговорить с ней.

– Ну ладно, – сказал он, пропуская меня в квартиру.

Квартира была небольшая, если судить по гостиной. Не знаю, чего я ожидал, но точно не того, что увидел. Бежевый диван с розовыми подушками. И под цвет к ним белые с розовым шторы на окне. Огромный светлый ковер на всю комнату. Небольшие подушки разных цветов, разбросанные по полу. И много комнатных цветов. Единственное, что не вписывалось в эту чисто женскую гостиную, – большое темно-зеленое кресло. Я не мог представить в этом теплом интерьере снежную Миру. Она всегда одевалась в строгие костюмы темных тонов. Ни одной лишней детали типа браслета или сережек, на что были падки все женщины. А если и надевала, то только то, что и под лупой не рассмотришь. Строгие прически, из макияжа – только гигиеническая помада. Она, как всегда, меня удивила. Чтобы отвлечься, перевел взгляд на мелкого. Тот с интересом рассматривал меня. Что ж, союзник в тылу врага мне не помешает.

– Ник, можно мне тебя так называть? А ты можешь называть меня просто Дэн. Ведь друзья обращаются друг к другу по-дружески.

– Ты хочешь со мной дружить?

– Конечно, а ты разве нет?

– Ну не знаю, – протянул он, оглядывая меня сверху донизу. – Ты большой, – вынес он свой вердикт.

– Разве это может кому-то помешать стать друзьями? – деланно удивился я, усаживаясь в единственное место, где, как мне показалось, я не выглядел бы комично, – кресло.

– Ну не знаю, – протянул он опять. – У тебя есть игрушки? Мы с друзьями играем вместе и даем друг другу машинки, поиграть. А у тебя, кажется, нету, – он заглянул мне за спину. Не знаю, что он хотел там найти, но явно этого не нашел и грустно так вздохнул.

– Конечно, есть. Просто ты же сам сказал, что я большой, а у больших – большие игрушки, и их нельзя принести с собой. Моя машинка внизу припаркована.

– Ну, это неинтересно. Я дам тебе свою, а ты что мне дашь?

– А я дам тебе свою, когда выйдем на улицу.

– Правда? – от его недоверчивого взгляда чуть не засмеялся в голос, он напомнил мне Миру в этот момент.

– Честное слово. А я свое слово держу.