Яна Смородина – Ключ от всех дверей (страница 58)

Ян поднялся со своего места и, обняв меня сзади, поцеловал в шею.

— Просто ты пахнешь ирисками. И на вкус, как ириски. М-мм… Такая сладко-сливочная…

— Ирисками? — удивилась я. — Я их сто лет не ела. Да и вообще я их не люблю — они к зубам прилипают.

— Ага. Склеивают челюсти намертво.

Убийственный комплимент.

— Ну. Так с какой радости я ими пахну?

— Ведьм мы отличаем по цветочно-сладковатому запаху, но у всех он отличается. А твой очень похож на ириски.

Супер. Кто-то розами благоухает или там, я не знаю, фиалками, а я — ирисками!

— Ах, вот в чем дело! — сообразила вдруг я. — А я тогда подумала, что за золотой ключик? А это в смысле «Золотой ключик»!

— Всё-таки ты подслушивала!

— Неправда! — возмутилась я, поспешно пряча малиновые уши под волосами.

— Не ври, подслушивала!

— Это вышло случайно! Я за книгой вернулась, а тут вы.

— Да, да…

— Не веришь — не надо! А у оборотней какой запах?

— В основном запахи леса.

— А мы чувствуем пальцами…

— Знаю. Кстати о чувствах. Пошли завтракать.

— Я так растолстею и перестану быть невозможно красивой.

— Не растолстеешь. И не перестанешь. Одевайся.

О, боже, ещё один командир на мою голову.

Позавтракали» мы в кафе в торговом центре. А потом Ян утащил меня в кино, и я даже не помню, что мы смотрели, потому использовали места для поцелуев по прямому назначению, которое следует из их названия. Прямо как подростки, честное слово! Но было здорово. В общем, когда мы вернулись к нему домой, уже вечерело.

— Какие планы на завтра? — неожиданно спросил Ян.

Ах, да! Мне же завтра в универ! Нужно вернуться домой, для смены прикида. И ещё на какие-то шиши заправить машину — деньги мне не перевели. Ещё и карту восстанавливать, блин!

— Завтра у меня первый день практики. Нужно наведаться в деканат и забрать документы. А потом — бесплатно работать!

— И где же ты будешь трудиться?

— Федька договорился с другом его отца — он адвокат. Так что буду постигать трудности этой профессии.

— Вместе с ним? — он мрачно сверлил меня взглядом.

— С кем? С Федькой, что ли? Да нет, он — уголовник, у него практика в прокуратуре в следствии. А ты что, ревнуешь? — я с улыбкой заглянула ему в глаза — он отвернулся: ревнует. — Для ревности нет никаких причин — мы с Федькой просто дружим.

— Да? А ты со всеми своими друзьями целуешься?

Ой, про это я как-то забыла.

— Это было недоразумение, — виновато пробормотала я, — и технически я его не целовала. Он хотел тебя отвадить — таким экстравагантным образом заботится обо мне, — я помолчала. — И, между прочим, я не участвовала в его планах. То есть получается, конечно, что участвовала, но он меня в них не посвящал! И между нами ничего такого никогда не было!

И чего я оправдываюсь? Ну, Федя, интриган недоделанный!

— Да, надо было сначала набиться к тебе в друзья — уж я бы о тебе позаботился, — Ян ворчливо меня приобнял. — И мне сразу показалось странным твоё приглашение встретиться на балконе, переданное запиской через официанта.

— Какое ещё приглашение? Ничего не было такого! — удивилась я. И тут меня осенило. — Вот гадёныш! Это я про Федьку. Мне даже страшно спросить, что ты тогда подумал обо мне.

— У меня от созерцания той сцены остались смешанные чувства. Сначала я разозлился. Очень. Но потом я поразмыслил обо всем и пришёл к выводу, что это не ты меня приглашала. И, кстати, было видно, что тот поцелуй не слишком тебя впечатлил. Особенно, когда ты спросила Фёдора, не обалдел ли он. Но мне всё равно не понравилось.

— Идиотская ситуация, конечно… Кстати, о чём вы тогда с ним беседовали в парке, господин королевский мушкетер?

— Он тебе что, не сказал?

— Нет. Из него бы вышел непрошибаемый партизан.

— Ну, он очень негодовал по поводу того, что я рассказал тебе о твоем происхождении и требовал, чтобы я оставил тебя в покое.

Я помрачнела. Неприятная для меня тема. О моём происхождении.

— Ну ладно, мне пора домой, готовиться к завтрашнему. Отвезёшь?

— А давай, ты возьмёшь всё, что тебе нужно и вернёшься? Не хочу с тобой расставаться.

— Значит — не оставишь меня в покое?

— Никогда.

Ян отвёз меня домой, а сам поехал по делам — мы договорились, что я приеду к нему сама. Дома я немного прибрала, а то наш с Яном тандем нанес ущерб не идеальному, конечно, но порядку, царящему обычно в нашей с Жанной квартире.

Ну, а потом набрала Федьку.

— Ты где пропадаешь? Я тебе целый день звоню! Хотел уже тебя в розыск объявить! — сразу напустился на меня он.

— Я была у Яна.

— В смысле?

— В прямом. Мы с ним теперь вместе. Ну, встречаемся, то есть, — повисла многозначительная пауза. — Ты чего молчишь?

— Перевариваю. Кстати, нашлась твоя сумочка. Я по привычке сначала набрал твой мобильный, и знаешь, кто мне ответил?

— Кто?

— Стасик. Говорит, что звонил тебе на домашний, а ты не отвечаешь. Хочет вернуть тебе сумочку. Нашёл, говорит.

Какая радость. Стасик. Козёл безрогий. Ну, пусть звонит, если не боится.

— Будем считать это хорошей новостью. А то я уже собралась в очередной раз покупать новый телефон. Ладно, Федь, увидимся. Пока.

— Пока.

Как только я положила трубку, зазвонил телефон. И, конечно же, это был Стас.

— Май, привет.

— Говори, чего хотел, — обойдется без приветствий.

— Прости меня, пожалуйста, не знаю, что на меня нашло в клубе.

— Федя сказал, что ты нашёл мою сумочку. Верни, пожалуйста, — проигнорировала его раскаяние я.

— Да, да, конечно. Я сейчас тебе её привезу!

— Не надо ко мне приезжать! — крикнула я в трубку, но он уже отключился.

Вовсе он мне здесь не нужен! Я занервничала. Меня даже слегка потряхивать начало. И, вообще, как-то страшновато оставаться с ним наедине. Может, у него с головой не порядке.