Яна Смородина – Ключ от всех дверей (страница 59)

Но сумочка-то мне нужна.

Я собрала косметику, одежду, которую планировала завтра надеть, и принялась ждать Стаса. Он приехал очень быстро, будто поджидал за углом. Когда раздался звонок в домофон, я не стала открывать дверь, а спустилась вниз сама. Если он позволит себе лишнего — вызову полицию.

Стас сразу же рассыпался в извинениях, едва я вышла из подъезда:

— Май, мне так жаль, прости меня, — он попытался взять меня за руку, а я резко её одёрнула.

В его руках ярким пятном выделялся мой клатч.

— Давай сумочку и проваливай.

— Поговори со мной, пожалуйста, чувствую себя последним уродом…

Чтобы не находиться рядом с ним, я подошла к машине и положила туда свои вещи.

— О чём с тобой говорить?

— Прости. В клубе я не знаю, что со мной произошло, какое-то помутнение в голове. Я не хотел, чтобы так получилось. Не знаю, Май, это всё потому что я очень скучаю по тебе. И я это… я люблю тебя.

— Ты это о чём? — опешила от его признаний я. — Это из любви ты ославил меня на полгорода, когда мы расстались, а позавчера чуть не изнасиловал? Тоже из любви? Странная у тебя любовь. И если ты помнишь, по твоим словам я нужна была тебе только из спортивного интереса.

— То, что тебе тогда сказал — неправда. Мне было очень хреново от того, как легко ты бросила меня. Я хотел, чтобы и тебе было хреново.

— Что ж, ты блестяще с этим справился.

— Я всегда тебя любил. И сейчас люблю. Так жалею, что мы с тобой расстались, — грустно сложил брови домиком Стас. — Давай, попробуем начать всё сначала…

Он как будто не слышит меня. Столько времени прошло, я давно свыклась с пониманием того, что меня не за что любить, а он вдруг вспомнил, что любит, и решился на признания. Как только у меня кто-то появился — сразу стала ему нужна.

— Стас, не надо снова на те же грабли, — устало вздохнула я. — И я знаю, и ты — тоже, что у нас с тобой ничего не выйдет: слишком разного мы ждем друг от друга. А главное — я не люблю тебя.

— У тебя кто-то есть?

— Да.

— В клубе… Это был он? Ты его любишь? — он смотрел на меня глазами побитой собаки.

Вдруг за спиной послышался звук приближающейся машины — резко взвизгнули тормоза. Потеплели пальцы. Я обернулась: Янов Рейндж Ровер. Хлопнула дверь.

Я повернулась к Стасу.

— Люблю. Стас, отдай мне сумочку и уходи. Пожалуйста, — я протянула руку.

А он как умственно отсталый глядел то на меня, то на приближающегося к нам оборотня. Ян поравнялся с нами и по-хозяйски обнял меня за талию. Я посмотрела на него — его глаза, точно так, как в прошлый раз, поменяли цвет на жёлтый. Я вздрогнула, а он не сводил взгляда со Стаса.

— Отдай Майе сумочку, — приказал он.

Стас, заворожённо глядя Яну в глаза, протянул мне клатч. Я забрала его, снова глянула на Яна, и по спине пробежал холодок ужаса. Совсем как в «Бальтазаре».

— Пойдем, — Ян потянул меня за собой. Он подвел меня к своей машине, усадил на пассажирское сидение, шепнул на ухо «подожди здесь, пожалуйста» и закрыл дверь, а сам вернулся к Стасу. Что-то довольно долго говорил ему с каменным выражением на лице, затем похлопал его по плечу, Стас удручённо кивнул, покорно сел в свою машину и уехал. Ян вернулся, и я вышла ему навстречу: глаза его уже были прежнего цвета. Что это было? И, кстати, уже не в первый раз. Частичная трансформация? Нужно будет спросить его об этом.

— Почему ты приехал? Мы же договорились…

— Я почувствовал твой страх и забеспокоился, что у тебя что-то случилось.

— С каких пор ты стал таким чувствительным?

Он заметно занервничал.

— С тех пор, когда ты согласилась стать моей. Принять мою власть пары. Помнишь, ты сказала: «твоя»? Между нами возникла связь, и теперь я могу слышать твои чувства, правда, ещё не на очень большом расстоянии. А со временем ты даже сможешь мысленно позвать меня.

Меня словно молнией ударило. Ничего себе.

— Но я не знала, что простые слова будут иметь такие последствия… Ты меня обманул!

— Я? Ты сама это сказала. И, потом, одних слов мало, ты должна была искренне этого пожелать. Мы оба должны были пожелать. И обозначить свои намерения… физически. Иначе связь бы не возникла.

— Но я… э… — забормотала я и несколько раз открыла и закрыла рот. Сама сказала. Да уж, с этим не поспоришь. Как такое могло произойти? Я искренне пожелала этого? Когда? Да, действительно, была похожая мысль. И закрепление… физически, блин… Ну почему со мной вечно происходит такое? — Ты бы мог меня предупредить!

— Обычно это случается гораздо позже, мне и в голову не пришло рассказывать тебе о том, что бывает между волками уже в союзе или перед его заключением. И я не был вообще уверен, что с ведьмами это тоже работает. Потому что с людьми — нет. И я даже не думал об этом! А что, ты против?

— Меня это, честно говоря, пугает. И вообще, почему все стараются меня поработить? Сначала Бабушка, потом Федя; внезапно объявившийся родитель требует, чтобы я ему подчинялась, а теперь — я в твоей власти! Почему я не могу быть свободной? Чувствую себя рабыней Изаурой какой-то! — не на шутку разошлась я.

Ян поменялся в лице.

— Я никогда не попрошу тебя делать то, чего ты не хочешь. И тем более, не собираюсь требовать от тебя подчинения. И уж точно я не хочу быть рабовладельцем — ты совершенно свободна, — напряжённо глядя в сторону, сказал он.

Мне стало стыдно. И чего я крик подняла? Поэтому решила немного сменить тему:

— А я смогу слышать тебя?

— Вряд ли. Волки, конечно, слышат друг друга оба. Но у нас ведь особый случай, — он осторожно взглянул на меня. — Хотя, кто его знает?

— Это несправедливо. Ты обо мне будешь знать всё, а я о тебе ничего, — от обиды я закусила губу. — И, вообще, больше тебе ничего говорить не стану, а то брякну что-нибудь — и окажусь послом доброй воли от миссии оборотней где-нибудь в Африке, — пробурчала я.

Ян хмыкнул. Ладно, подумаю над этим потом.

— А что ты сказал Стасу?

— Это был мужской разговор, не для твоих хорошеньких ушек, — улыбнулся он и погладил меня по щеке. Я увернулась от его прикосновения.

— Ну вот, начинается — не твоего ума дело! — снова взорвалась я, раздражённо села в свою машину и захлопнула дверь.

Я отъехала от дома. Поглядывая в зеркало заднего вида, я отметила, что Ян едет за мной. На заправке я вышла, чтобы вставить пистолет в бензобак, и наблюдала за бегущими цифрами на табло колонки. Мои ладони потеплели — сзади подошёл Ян.

— Не злись.

От того, что он знает о моих эмоциях, стало ещё обиднее. Я тряхнула волосами.

— Лучше ничего не говори.

— Я правда не могу разорвать связь. Да и не хочу. И мне жаль, что ты восприняла всё так, — он обнял меня. — Ты ведь приедешь ко мне? Мне будет плохо без тебя.

У меня ёкнуло сердце. Не могу на него злиться. Я кивнула.

Пока Ян был занят разговорами по телефону, я изучила его коллекцию дисков, и решила, что точки соприкосновения между нами всё же найдутся. Во-первых, «Imagine Dragons», во-вторых и в-третьих, «30 Seconds To Mars» и «A-HA». Ну ещё пара нейтральных для меня групп и классика в рок-обработке.

Прошлась мимо книжных полок, провела пальцами по корешкам книг. Интересное собрание сочинений… Тут и история, криминалистика, судебная психология и судебная психиатрия, что понятно: профессия обязывает. Тут же художка: фантастика, научная в основном, Герберт, Хаксли, Стругацкие… Мне нравится.

Брем Стокер. Ха-ха.

Я раскрыла книгу в середине, взяла яблоко из вазы и уселась с ногами на широкий подоконник, подсунув под спину диванную подушку. Классно, уютно и вид, что надо.

— Ну как тебе мои литературные пристрастия? Уживёмся? — появился в дверном проёме Ян.

— Вполне, — я перелистнула станицу и сочно хрустнула яблоком.

Ян уселся рядом, потянул за рукав рубашки, обнажая моё плечо.

— Раз уж ты обо мне всё знаешь, да ещё и с недавних пор слышишь, что я чувствую, — завела я разговор, — скажи, почему ты тогда меня отбрил? — спросила я и закрыла книгу. — Что значит: ты не хотел, чтобы я жалела об этом?

— Я думал, что ты всё поняла, — удивился Ян, поймал мою руку и откусил у меня пол-яблока.

— Ничего я не поняла! Зачем бы я спрашивала об этом?

— Ты же тогда сама сказала, что пила «Молот ведьм».

— Ну, и что?