Яна Рихтер – Игра в любовь. Попробуй (на) влюбиться (страница 3)

При упоминании Эли улыбка осветила лицо:

– Ну, если Эля, значит будем, – подмигнул он Данилу.

Встретиться компанией после летних каникул было интересно, они давно не собирались в полном составе. Летом половина из них разъехалась, и иногда если они и собирались, то крайне усеченным составом. Каким-то волшебным образом Медведю удалось вместить в одну компанию и школу, и команду. Лучший друг Гор, одноклассник и по совместительству лучший доигровщик команды «Факел», Димка Бес, Макс Синица, ну и Кит Белый – члены команды и друзья по школе, Илья Фома и Данил, их классный либеро – тоже команда. И Эля со своими подружками. Значит, в субботу будет круто, надо быть в теме, но без ущерба для физической подготовки.

К своим шестнадцати Кирилл понял, чего он хочет, и решил двигаться к своей цели независимо от того, поддержат его родители или нет. В семье были уверены, что парень пойдет протоптанной дорожкой – отец был известным в городе юристом, был учредителем самого крупного юридического консалтинга. Мог помочь и с обучением, и с последующим трудоустройством, родитель гарантированно бы помог наработать младшему сыну практику и вывести его на стабильный серьёзный доход.

Кир же решил, во что бы то ни стало свяжет свою жизнь с волейболом, приложит максимум усилий, чтобы получить звание кандидата в мастера спорта и пройти отбор на бюджет в Российский университет спорта. У него для этого есть все данные. Медведев был обладателем высокого роста и хорошо развитой мускулатуры, природа создала его для спортивных побед.

А если что-то пойдёт не так, он лучше в армию пойдет, чем хоть один год проведет, обучаясь профессии, от которой его тошнит.

Глава 3

Дождь лил как из ведра. Крупные капли летели с большой скоростью и, ударяясь об асфальт, упруго подпрыгивали вверх. Стена осеннего дождя была такой плотной, что ей пришлось бежать, прорываясь через сопротивление. Зонт Катя Мухина как обычно забыла дома.

Первая неделя жизни в новом конструкторе под названием 10 «А» класс. «Каждой твари по паре», и в этой солянке придётся барахтаться ещё два года. Девушка тяжело вздохнула, скинула мокрые лоферы, швырнула сумку в угол и прошла в ванную. Вода, гипоаллергенное жидкое мыло, и школа была смыта с кончиков пальцев безвозвратно. Хотя бы на сегодня. Она представила мультяшных микробов, которые с криками и воплями уносятся в сливную трубу вместе с пеной, и хохотнула. Подсушив волосы полотенцем, ей пришлось стянуть мокрую школьную юбку, жакет избавиться о прилипшей к телу рубашки, и завернуться в махровый халат.

– Мамуууль, – Катя заглянула на кухню.

– Привет, –  ответила мама.

Перед ней столе стояла кружка, витающий в воздухе аромат говорил, что это чай с жасмином. Мама конечно же улыбалась, но была как под гипнозом, смотрела куда-то в одну точку. Такое растерянное выражение лица. Задумчивый взгляд. Девушка сразу всё поняла, только одно событие способно выбить из колеи её «замурчательную» маму.

– Что, опять звонил? – недовольно спросила Катя.

– Кто? – мама сделала вид, что не поняла вопрос.

– Мам, ну я же вижу, что звонил. Чего надо ему?

Мама вздохнула и опустила глаза.

– Просил на каникулах тебя в Италию с ними отправить. – тихо сказала она.

– Я не поеду, – уверенно ответила девушка.

– Кать, не надо так.

– А как? Как надо, мам? – раздражённо спросила Катя.

– Он и так жаловался, что я тебя настраиваю. Опять судом грозил. – говоря это, мама отвернулась к окну.

Катя вдруг поняла, её эмоции и возмущение предназначаются совсем не мамочке, а другому родителю, и ей стало стыдно. Она подошла и обняла маму.

– Мамуль, забудь. И не расстраивайся! Надо будет, буду хорошей девочкой, буду улыбаться, со всем соглашаться, кивать и «спасибо» говорить, – она перевела дыхание и категорично продолжила, – Но мымру его терпеть не буду, и детёнышей её невоспитанных тоже.

– Доча, так нельзя, дети не при чём, они не виноваты. – сказала мама.

– Мааам, да это не дети! Это невоспитанные дикие обезьяны, без чувства такта и совести. Жадные, завистливые, постоянно орущие и хвастающиеся. Они нас за людей не считают, мам, – возмущённо высказалась девушка.

– Иди сюда, киса, – мама притянула её к себе и поцеловала в нос.

Отец. Внутри всё опять болезненно сжалось. Пять лет назад как гром среди ясного неба его «я ухожу». Оказалось, что последний год их маленькая счастливая семья стала на одного человека больше. Только Катя и мама об этом не знали. Несмотря на видимое благополучие, папа в один день собрал вещи и переехал к другой женщине.

Катя отчётливо помнила тот день и никак не могла стереть его из памяти. Она тогда получила «пятерку» за ВПР по математике, и выбежала из школы счастливая. Улыбаясь, щурилась на солнце, и даже проскакала в «классики» на асфальте перед школой. На парковке девочка не нашла водителя, который всегда возил её в школу, но не придала этому значения – она же освободилась раньше. В приложении на Айфоне выбрала «Вызвать такси», зная, что её сообщение попадет к закрепленному за ней водителю, которого проверила служба безопасности папы. Элитная школа для района бизнес-класса в пригороде. И сколько она себя помнила, они всегда жили здесь в окружении густого шикарного сада, в красивом доме в голландском стиле. Тогда в машине она ехала и рассматривала в окно зелёные поля ярко-зелёного сочного цвета, и ей хотелось, чтобы каникулы наступили как можно быстрее. Дома Катя даже не успела скинуть туфли, так и встала в холле, оторопев. У двери стоял чемодан. Большой темно-коричневый, из кожи крокодила. Родители её не заметили, они стояли у окна, папа кричал на маму, которая плакала:

– Что тебе не понятно, Алла?

– Лёш, – мама опять всхлипнула.

– Не цепляйся, не надо, не поможет. Я всё решил. – жестко прервал он жену.

– А как же мы, Лёша? Катя? – почти шёпотом спросила мама.

– Катя моя дочь, так и останется. – в его голове сквозило пренебрежение.

– Кто она?

– Зачем тебе это знать, Алла. Достаточно, что она интересная красивая женщина.

– А я, значит, не красивая… – сомнение в голосе.

– Хватит, – перебил он её, – Посмотри на себя! Клуша. Мамка. У неё, кстати, тоже дети, но она выглядит, как конфетка. Ты перестала развиваться, Алла, с тобой скучно. Всё, хватит.

В конце фразы он схватил и встряхнул её, что голова мотнулось в сторону. Катя испугалась, обошла чемодан, встала на пороге гостиной:

– Маааам? – девочка повернула голову и посмотрела на отца.

– Катя… – отец отпустил жену и нацепил равнодушную маску.

– Па? – детский звонкий голос, снова немой вопрос, какого чёрта здесь происходит.

– Я буду жить отдельно, Кать. – отец отвернулся, чтобы дочь не смогла посмотреть ему в глаза.

А потом он просто ушёл. Катя плакала. Она жалась к маме, они вдвоем сидели на диване, и мама гладила её по голове и говорила, что все будет хорошо. Через месяц они узнали, что дом по брачному договору принадлежит отцу, и тот решил его продать. Катя и мама собрали вещи и переехали в маленькую однокомнатную квартирку, которая осталась от бабушки. Мама поменяла работу, и почти не бывала дома, пришлось взять ипотеку, чтобы переехать в квартиру побольше. Первого сентября Катя пошла в обычную школу в её новом районе. Часто ей в тот год снилось, что она ещё в пригороде, пришла со школы и спешит наверх к себе, чтобы быстрее переодеться и пойти на верёвочный городок недалеко от их домика в конце улицы, как обычно. Все следующие пять лет папа играл заботливого отца раз в месяц, его новая семья была против встреч каждую неделю, и это причиняло ей боль. Катя не хотела его видеть. И встречаться с ним не хотела. И уж тем более не сидеть за одним столом с его мымрой. Это какой же беспринципной сукой надо быть, чтобы увести чьего-то отца из семьи. У новой жены папы было двое детей, и вчетвером они создавали иллюзию дружной семьи. Отец реализовывал себя как родитель, изредка вспоминая, что у него есть ещё один ребенок. Хрена ему лысого, а не Италию. Это в одиннадцать лет она была не в состоянии отказаться от совместных выходных с этим зоопарком, терпела издёвки отпрысков новой пассии, её тупые вопросы. Каждую встречу она переживала предательство снова и снова, каждую встречу папа опять выбирал не её. Теперь у Кати есть своя точка зрения, и девушка может сказать ему «не хочу тебя видеть». Конечно тут же последуют санкции, возможно ей урежут расходы, как уже неоднократно бывало. Только папаша даже не догадывается, что ей всё равно, что она не сможет купить себе новое платье в брендовом магазине. Потому что она может сшить наряд в сто раз круче. Тяжело, что он может отыграться на маме. Но и с этим ни что-нибудь придумают. Всякое уважение пропало к нему, когда он ежемесячно стал требовать отчёта расходов его алиментных платежей. Катя начала его игнорировать, устраивать уважительные причины не встречаться. Ну и ладно, думала она, ещё два года и ей исполнится 18, тогда манипулировать ей он больше не сможет. Она вычеркнет человека из своей жизни. Потому что её папа навсегда остался в

Глава 4

Разболеться в самом начале учебного года Мухе не хотелось, а потому после душа, выпив теплый чай с мёдом, Катя упала на кровать, завернулась в одеяло и провалилась в сон. Ей снился Тадж-Махал и показ мод, будто по дорожке перед дворцом вышагивают под ритмичный бит модели, чередуя современную дерзость нарядов с традиционным индийским саре. Среди моделей точно была Белла Хадид с острыми скулами и раскосыми глазами. Она шагала, чуть покачиваясь, и несла на себе гвоздь коллекции, шикарное платье с тремя переплетающимися шлейфами. Это была её коллекция, Кати Мухиной, это был её триумф. Зрители аплодировали, стоя.