Яна Невинная – Развод. Вторая семья моего мужа (страница 8)

– Не надо мельтешить, – поморщился свекор. – Мы сейчас как раз разбираемся. Авария была неслучайной. Может, ты заметила что-то странное, когда ехала в машине? Что говорил Дима?

Сестра посмотрела на меня, а потом на моего свекра.

– Я не могу сказать при ней, – приняла отсутствующий вид.

– Что это значит? Что за шутки, Юля? Что такого было между вами с моим сыном, что ты не хочешь озвучивать при его жене? – рыкнул свекор, недовольный ее ответом и тем, что она медлила.

– Юля, – Алла дернула дочь за руку, заулыбалась, улыбка ее была неестественной и скованной – ты что такое говоришь?

– А что, мама? Она же мне глаза выцарапает, – глянула на меня злобно.

Я открыла рот от удивления. Выцарапаю глаза? За что? Мы никогда даже не ссорились, я была за мирное сосуществование несмотря ни на что. Так о чем говорит Юля?!

– Что за шутки? – свекор пришел в бешенство. – Что ты сделала?

– Так и быть! Скажу. Но я ничего не сделала. Мама, – зашипела она на Аллу, которая всё дергала ее за локоть, – ну пусть уж они знают. Что уж теперь? Я беременна!

Все уставились на нее, не зная, что сказать, и Юля передернула плечами.

– От Орлова беременна! – похвасталась, ничуть не стесняясь.

Мой папа стоял с открытым ртом, Алла пришла в себя быстрее и подобралась, словно планировала защищать дочь грудью, Юля продолжала смотреть на меня с вызовом, а меня всё кружилось перед глазами.

Свекровь поймала меня, не дав упасть в обморок, и возмутилась:

– Как не стыдно! Такая грязь! Кого вы воспитали! Связаться с женатым человеком! – зашипела она в холодном негодовании.

– Ты немедленно избавишься от этого ребенка, – процедил свекор, на что свекровь ахнула и запричитала:

– А если Дима не очнется! Это может быть его ребенок, нельзя, нельзя избавиться… Господи, какой кошмар! Позор!

– Отпустите, прошу, – потянулась я к дивану, чтобы просто сесть, потому что ноги меня не держали, и, как назло, в эту минуту в гостиную вошла Сусанна.

– Тебя тут только не хватало, – рыкнул на нее Олег Владимирович, а она сразу же подскочила ко мне и села рядом.

– Анж, твоя сестра спуталась с твоим мужем? Вот же Орлов! Везде поспел!

Глава 11

Мой заторможенный взгляд медленно перетек на Сусанну, которая бодро подсела ко мне на диван. Она с любопытством и огоньком в глазах наблюдала за творящимся беспределом, и мне в голову закралась мысль, что так не вела бы себя женщина, влюбленная в Орлова.

Я расколота на части, как хрупкая ваза, а Сусанна словно за спектаклем наблюдает, переживаний в ней ни на гран, и ревности никакой вроде бы нет, и не успела эта мысль угнездиться в моем мозгу, как она, перекрикивая всеобщий гвалт, наклонилась ко мне:

– Это сестренка твоя, надо понимать? Фифа, сразу видно, с такими надо держать ухо востро. Успела влезть к Орлову в постель, это немудрено, не упустила возможности прикоснуться к богатой жизни, на родство не посмотрела. Ребенком его поймать хочет! – цокнула она языком.

– Она мне не сестра, сводная, по мачехе, дочь от ее первого бра… – машинально поправила я Сусанну и чуть было не побила себя по губам.

Зачем я с ней разговариваю? А она зачем лезет? Решила, что какие-то права здесь имеет, а меня к своим подружкам причисляет? Смешно даже. Моя жизнь превратилась в комедию. В настоящий водевиль. По моей жизни можно снимать мелодраму и показывать на телевидении.

Я отодвинулась и скривила лицо в неприязненной гримасе.

– Тебя не касается, Сусанна, и твоего мнения никто не спрашивал.

– Ой, Анж, ну что ты, в самом деле? – закатила она глаза и покачала головой. – У тебя ко мне какие претензии, я не пойму? Я с Орловым до вашего официального брака пересеклась, а так-то в твою семью не лезла. Ты извини, что врала про то, что я его любовница, нет у нас ничего. Это я придумала, чтобы тебя позлить и немного сбить с тебя спесь. Но Ваня – наш сын, – поспешила она добавить. – Этого не отнять. Но твоя сестра… Вот стерва! И не стесняется! Ты посмотри на нее!

Сусанна удивила так, что я просто открыла рот. Вела себя действительно как лучшая подружка, оказала поддержку, сочувствовала и осуждала Юлю, борясь только за права своего ребенка. Видя это внезапную трансформацию, я лишь насторожилась и недоверчиво на нее смотрела, ни говоря ни слова.

В то время как родня распалялась, выясняя отношения, мы сидели в уголке с Сусанной и вели весьма странный разговор. И правда подружки. По несчастью.

– Ну что ты так смотришь, Анж? – вздохнула она, потянувшись ко мне, но я не дала взять себя за руку. Ведь вне брака мы с Орловым тоже встречались, а она с ним как-то переспала. – Не любит меня Орлов, что уж тут? Тебя любит. По крайней мере, я так думала. – Она взглянула на Юлю, которая стойко держала оборону перед моими свекрами. – Нельзя верить этим богачам, – доверительно сказала она мне.

– Ты понимаешь, что я не хочу с тобой говорить?! – не выдержала я, дыхание давалось мне с трудом, один стресс накладывался на другой, и не было никакого выхода, я чувствовала себя ужасно одинокой, никому не нужной, некому было довериться. Не любовнице же мужа душу изливать.

Наверное, именно поэтому я стала такой жалкой, что разговаривала с Сусанной, которая, особенно в сравнении с Юлей, не казалась уже такой стервой. Правду говорят, что всё познается в сравнении.

Отвернулась, не желая разъяснять ей то, что чувствую. Что тут непонятного? Она мне не подружка. Она мой враг. Та, кого муж от меня скрывал. Ее здесь вообще не должно быть. И тут она сказала то, что заставило меня резко изменить мнение.

– Скажи еще, что нам не крестить детей вместе, – прищурилась она и улыбнулась с хитринкой в глазах, стреляя ими мне в живот, а потом стала понимающе улыбаться.

Во мне что-то дернулось, сердце ухнуло вниз от испуга, который пронзил меня с ног до головы. Она что, на беременность мою намекает?

– Что ты… О чем ты?

– Анж, я же сама была беременной, вижу признаки, – протянула она. – Ты зеленая вся, шатаешься, выглядишь неважно.

– Что ты придумываешь? – начала я отнекиваться, но она лишь прикрыла глаза и снова улыбнулась.

– Я тебе не враг. Раз уж наши дети – родственники, надо налаживать отношения, – сказала максимально миролюбиво.

Я вскочила, не желая больше говорить на эту тему, и решительно подошла к свекрови, вставая с ними на одну линию. Мне хотелось понять, к чему пришли родственники, обсуждая беременность Юли, и, к счастью, меня не стали держать в неведении.

– Юля утверждает, что их роман длится полгода, – на удивление спокойно констатировал свекор, в то время как свекровь в негодовании пыхтела рядом с ним, – что Дима устроил ее в университет, дарил подарки и давал деньги. Катал на машине и оплачивал обучение.

– Это правда, – горделиво заявила Юля, тряхнув копной выбеленных волос, коварно улыбнулась, – я рассказала ему про ребенка и вышла из машины. К аварии я не имею никакого отношения, но ношу наследника Орловых.

Сказала она это так, будто родит по крайней мере царского отпрыска. И ее поведение было мне непонятным. Как можно таким гордиться? Как можно не стесняться того, что ты забеременела от женатого мужчины? Стоять тут, при его родителях, при своих, при его жене – и кичиться этим?

Всего этого стало для меня слишком, и я захотела немедленно уйти. Хоть куда. Просто на воздух. Чтобы понять, что есть что-то кроме этой душной гостиной, где моя жизнь снова и снова превращается в дикий фарс.

– Мне надо выйти, – пробормотала я и поспешила на выход, и, на мою удачу, меня не стали задерживать, вот только спустя минут десять свекор нашел меня в беседке, где я сидела неподвижно, любуясь утками, плавающими в пруду.

Такая идиллия. Мой дом, который казался идеальным. Это всё было ложью? Хотя бы что-то было правдой? Хотя бы одному слову Орлова можно было верить?

– Анжелика, – выдохнул свекор, садясь рядом, – как ты?

Я не нашлась что ответить, лишь сплела пальцы и силилась не заплакать. Сказать мне на это было нечего. Я не знала, как я. Моему состоянию отрешенности я не могла подобрать названия. Сидела и словно звенела изнутри, опасаясь, что тресну и разлечусь на осколки. Вроде бы надо рыдать, плакать, заламывать руки и рвать на себе волосы, а я просто заиндевела.

– Ты должна понимать, девочка, что мне стыдно за своего сына, – произнес свекор, – это грязная ситуация, понимаю. Но мы всё исправим.

– Исправите? Как? Разве это можно исправить? – выдохнула я, и мне стало так холодно, что я не выдержала и обняла себя руками.

– Можно. Я не планирую признавать детей сына, нагулянных на стороне, – проговорил свекор очень четко.

– Будете их прятать? – удивилась я, находя в себе капельку сочувствия и тепла к этим детям.

Воспитывайся я в полной семье, может быть, попросту возненавидела бы их, как плод измены. Но я сама по себе знаю, что такое быть брошенной, забытой и одинокой девочкой, которая ужасно скучает по маме и не понимает, почему папа так жесток, что променял ее на другую девочку и позабыл.

– Дети ни в чем не виноваты, – сказала я твердо, – дети не должны страдать за грехи родителей и отвечать за их ошибки. Они не виноваты, что отец нагулял их на стороне. И имея все нужные средства, не должны жить вдалеке от отца и в бедности. Они достойны нормальной жизни.

– Это благородно, Лика, очень мудро для такой молодой девушки, как ты, – с уважением закивал свекор, – но что ты имеешь в виду? Как они могут быть рядом с отцом?