Яна Невинная – Развод. Вторая семья моего мужа (страница 32)

– Ты меня не слышишь, – я покачала головой, в бессилии прикрывая глаза, – и никогда не услышишь. У тебя только своя правда. Зачем ты сказала, что беременна от моего мужа, если отец ребенка был готов жениться на тебе? У тебя скоро свадьба, ведь всё у тебя хорошо…

– Готов? – сестра визгливо расхохоталась. – Его родители заставили! Мне теперь всю жизнь мучиться, воспитывая ребенка, которого я не хотела, с мужем, который не хотел на мне жениться! Еще и под контролем старой стервы. Учит она меня, как мне питаться! – ярилась и ярилась Юля. – Его заставили на мне жениться, понимаешь ты это или нет?

– Но это же лучше, чем быть матерью-одиночкой, разве нет? – попыталась я хоть как-то понять логику сестры, которые не поддавалась никаким здравым рассуждениям.

Как ни крути, всё Юле не так, ничего не может ее удовлетворить.

– А ты бы и рада была, если бы я стала матерью-одиночкой? – язвительно накинулась она на меня, и до меня дошло, что этот разговор бесполезен. – А что, святая Анжелика, ты бы взяла этого ребенка, если бы я вдруг решила сбежать и уехать за границу?

– О чем речь? – рядом с нами появился мой муж, вселяя в меня глубокое чувство поддержки. Он обнял меня и строго посмотрел на Юлю. – Не советую устраивать сцены в нашем доме. Ты чем-то недовольна, Юля? Может, мне рассказать твоей новой родне, что ты хотела выдать ребенка за моего?

Юля выдохнула с сипом, сдуваясь и сникая. Глаза стали бегать туда-сюда, она не боялась меня, но перед моим мужем испытывала явный страх.

– Вы меня не так поняли, – начала откровенно прогибаться под него, – я ничего такого не имела в виду. Мы же с Ликой сестры, да, Лика?

– Она тебе никто, – Дима даже не планировал с ней церемониться, он еще крепче притиснул меня к себе, а ее придавил уничтожающим взглядом к земле. – Еще раз ты попробуешь хотя бы что-то сказать против нашей семьи, горько пожалеешь. Я не люблю разбрасываться словами, так что уясни с первого раза и матери своей донеси мою позицию. Я не собираюсь повторять еще раз ради нее. И мой тебе совет: не выставляй себя еще большей идиоткой, чем ты есть. Ты мечтала попасть в высшее общество. Попала. Так в чем твоя проблема?

– Никакой проблемы, – у Юли проявился прямо-таки ангельский голосок, – я всё поняла, буду тише воды, ниже травы. И маме я всё передам.

– Отлично. А теперь бери свой телефон и стирай номер Анжелики из контактов. Убирай ее из друзей во всех соцсетях. Если тебе нужно будет связаться с моей женой, будешь действовать через своего отца. Но я не представляю, зачем вам с ней связываться. Такого повода не будет, ты поняла меня? Даже с праздниками будешь поздравлять через бумажные открытки по почте, как и полагает делать родственникам.

Юля трясущимися руками достала телефон из сумочки и начала выполнять приказы моего мужа. Она вся дрожала, и видно было, что перепугалась не на шутку. Кивала, глотая слезы. Такая жалкая, и не верилось даже, что только что наезжала на меня, теперь же она готова была пресмыкаться.

– А теперь иди, – велел он властным голосом с нажимом, – тебя ждет твоя свекровь. Прощай.

– Можно я не буду никого из них провожать? – взмолилась я, поворачиваясь к мужу. На меня навалилась жуткая усталость, хотелось просто пойти наверх, снять тесное платье, туфли на каблуках, распустить прическу и смыть косметику.

– Иди, любовь моя, я всех провожу, а тебе положено чувствовать себя неважно, – он обхватил мои щеки и нежно поцеловал в губы, от ласковых касаний мужа мне стало так хорошо, что отпустила тревога.

Я с улыбкой приняла его поцелуй и наклонила голову, с интересом заглядывая в его глаза. В них было столько заботы, любви и обещания, что я захотела поскорее оказаться с ним вдвоем в темноте нашей спальни. Чтобы он снова и снова доказывал мне свою любовь.

– Как ты меня назвал?

– Моя любовь. Моя единственная и несравненная любовь. Мой ангел, – прошептал муж, снова впиваясь мне в губы поцелуем.

Эпилог

Анжелика

– Мы, наверное, самая странная семья здесь, – шепнула мужу на ухо, сидя рядом на стуле во время утренника Ванюши, куда мы пришли вместе с Сусанной и ее братом Павлом.

Я еле-еле протиснулась на место, поскольку с таким огромным животом напоминала себе бегемота.

– Кому какое дело? – Дима непринужденно пожал плечами и обнял меня за плечо рукой, а вторую руку положил на мой огромный живот, заботливо его погладил через платье. – После всех скандалов в СМИ мне уже всё равно, что скажут люди. Сейчас меня волнуют всего лишь две вещи: чтобы Ваня увидел меня на утреннике, а ты не родила прямо здесь.

– Что такое? – к нам с тревогой обернулась Сусанна, которая после выписки из больницы еще долгое время восстанавливалась, а теперь вынуждена была ходить с тростью до полного излечения. – Всё в порядке?

Кто бы мог подумать, что мы с матерью Вани будем так хорошо общаться. В итоге мы все пришли к удобным договоренностям, и никто не был в обиде. Ваня жил с мамой, а у нас часто гостил. Наверное, меня никто бы не понял, но это моя жизнь и отчитываться я ни перед кем не собираюсь. Хотя Ирина Кирилловна и капала постоянно на мозг, но мы поставили во главу угла здоровье, безопасность и благополучие детей, и всё делали для этого, отбросив обиды и предубеждения в сторону.

– Вы чего так переполошились? – улыбнулась я им неловко, стараясь скрыть, что живот подтягивает и сводит от легкой боли. – Со мной всё в порядке. Срок только через три дня.

– Я, вообще-то, рожала, – напомнила Сусанна шепотом и понимающе посмотрела на живот, – а у тебя срок подходит, да и дети не спрашивают, когда им родиться, могут и пораньше собраться. Сумка готова у вас, если что?

– Какая сумка? – спросил Дима и нахмурил лоб, а когда мы с Сусанной взглянули на него с упреком, тут же до него дошло, и он хлопнул себя по лбу. – Точно. Понял. Сумка в роддом. Мы ее, конечно, подготовили. Сейчас я наберу водителю, он подвезет, если надо.

– Не надо, – пискнула я с излишним энтузиазмом.

– Надо-надо, – в противовес настояла Сусанна.

И на этот раз спорить я не стала. С благодарностью улыбнулась мужу.

Мы с ним и сумку подготовили, и на УЗИ вместе ходили, и к врачу, и на курсы молодых родителей. Дима был идеальным отцом и мужем. Он очень старался, с полной отдачей. Исполнял все мои капризы. Заставлял пить витамины и следил за моим рационом. Чуть что, звонил врачу, места себе не находил, если что-то было не так. Волновался. На руках меня носил, я всю беременность провела как принцесса. Мне было не в чем его упрекнуть. Он отлично справился, несмотря на то, какая сложная перед ним – и перед всеми нами – стояла задача.

И это я не про беременность, а про все события в целом.

В это время заиграла бравурная музыка, воспитатели начали заводить детей в зал, нарядная шеренга шла по кругу, а родители дружно зашушукались и включили камеры своих мобильных телефонов.

– Давайте смотреть, со мной всё в порядке, – я как можно более убедительно улыбнулась, стараясь отвлечь внимание от себя и переключить его на детей.

Я сама лично готовила стишок вместе с Ваней, поэтому мне очень хотелось посмотреть, справится ли он с волнением и расскажет ли его. Это был очень душевный момент – мальчик впервые почувствует, что его отец пришел на утренник. Они будут встречаться глазами, и между ними будет крепнуть и крепнуть связь.

Я понимала, что для Димы это тоже важно, что он жалеет о прошлом, о том, что скрывал сына, считал его чем-то побочным, второстепенным, сейчас ему нужно восполнить утраченные годы и дать Ване поддержку и опору. Любовь.

Сперва Орлов с благодарностью посмотрел на меня, ведь если бы не я, этого момента не было бы. А потом мы все обратили внимание на сцену. Утренник шел идеально. Ваня просто сиял от восторга, видя, что мы все пришли на него посмотреть.

– Ты что, плачешь? – приобнял меня Дима.

– Это слезы радости, Дим, – прижалась к нему, не чувствуя больше ничего, кроме умиления и счастья. Прислонилась к мужу боком, утопая в объятиях и рисуя в грезах наше будущее.

У нас будет девочка. Она вырастет, и мы пойдем уже к ней на утренник.

По щекам снова побежали слезы, но я их даже не стирала. Из-за беременности я стала жутко эмоциональной и чувствительной. Очень скоро родится наша славная девочка, и нас станет трое. Малышка словно услышала меня и в ответ на мое касание пнула ножкой. Я тихонько охнула.

– Бунтует наша хулиганка? – шепнул мне на ухо Дима, поглаживая меня по спине. – Ты в порядке? Нам не пора в роддом? – он был готов тут же вылететь по направлению к клинике.

– Она потерпит, да, моя крошка? – спросила я свой живот. – Просто хочет услышать, как братик читает стишок.

– Хорошо, но ты обязательно говори, если что.

Мы сразу же договорились, что у нас будут совместные роды. Других вариантов не рассматривалось. Со своей семьей я практически не поддерживала отношения, несмотря на то, что они постоянно пытались наладить контакт. Но я решила, что их больше не существует в моей жизни. Слишком много негатива. Мы с Димой наслаждались новым расцветом наших отношений, которые выдержали все испытания, так что не хотели, чтобы в наш тесный мирок проникло зло.

Я узнала, что отец и Алла решили жить отдельно. Расстались. Что-то там у них не срослось, я не вникала, да и мне никто не докладывал. Папа устроился на работу в такси, а Алла открыла интернет-магазин. Юля тяжело переносила беременность и в итоге, родив ребенка, сбежала за границу с каким-то взрослым мужчиной. Наверняка не выдержала гнета свекрови и нелюбовь мужа, которому ее навязали. Жизнь в высшем обществе не оправдала ее надежд.