Яна Лари – Их (не)порочный ангел (страница 43)
Во дворе хозяйку уже дожидается машина. Я уверенно прохожу мимо, выхожу за ворота.
На чём притопала, на том и утопываю.
Один из охранников, что-то буркнув в рацию, вдруг вырастает передо мной. Я растерянно замираю, только в общих чертах улавливая суть его слов.
Требует пройти досмотр.
Да ради бога. Изгаляйтесь, уроды.
Зло вытряхиваю к его ногам содержимое сумочки. Достаю из бокового отдела только телефон и бумажник, остальное пусть себе, козлы, оставят.
А им и не нужно ничего, соображаю, заметив среди личных вещей знакомый браслет.
Всё то время, что ждём Лию, смеюсь так, как никогда, наверное, не смеялась. До икоты и холодных спазмов в груди.
— И что теперь? — с ненавистью рявкаю в её породистое каменное лицо. — Закопаете с чистой совестью?
— Ты, девочка, на бандитских сериалах выросла? — иронично вздрагивает край её губ. — Ну да чему тут удивляться… В общем, ситуация такова. Этот ребёнок не должен родиться. Моему сыну пожизненная спекуляция на отцовских чувствах ни к чему. Повторюсь, у меня мало времени. Тебя сюда не приглашали, но я позволю выбрать, как будешь отсюда уходить. Как думаешь, на сколько лет потянут два ряда бриллиантов и алмаз в двадцать девять карат с моими показаниями и твоими отпечатками при всей продажности нашей судебной системы?
Я молчу. Мысль о тюремной камере спазмом сковывает связки.
— Итак, ты можешь дождаться полицию, а можешь прямо сейчас уехать на машине с моими людьми в частную клинику, где опытный врач устранит все мои к тебе претензии.
Поднимаю на Лию загнанный взгляд.
— Но срок уже большой…
— Я знаю, девочка. На то и был расчёт, ведь так?..
— Артур вам никогда не простит, — шепчу вместо ответа.
— Но расскажешь ты ему об этом уже из-за решётки. Связи моего супруга Артуру пока не по зубам. Или же исчезни из его жизни и будешь восемнадцать лет ежемесячно получать деньги на карту. Я готова щедро заплатить за свободу своего единственного сына. Но если в тебе спустя год-другой вдруг взыграет жадность, помни, что Артур продажности не прощает. Как только согласишься, ты навсегда потеряешь вместе с ребёнком и его. Твой ответ?
А если откажусь, с чем останусь?! С пустым карманом и тюремным прошлым?
Господи. Там этих камушков на миллионы…
От безысходности хочется проораться. Я выдыхаю, закрывая на секунду глаза.
— Вы Бога не боитесь, Лия?
— А ты не боялась?.. — бесцветно улыбается она.
Мой телефон звонит.
Снова Артур. Я каждый раз добавляю его номер в чёрный список. Спустя какое-то время он докучает мне с нового.
Ребёнка я внезапно потеряла. Так звучит версия, выбранная Лией для него. На этом всё.
Переключаю на видео. Артур принимает.
Молча смотрим друг на друга. Минуту, вторую…
Он сильно осунулся. Стеклянные глаза не моргают. Выбеленные волосы растрёпаны во все стороны, на лице трёхдневная щетина.
— Ника… Как ты? .
Голос бесцветный, слегка подпитый.
Я пожимаю плечами.
Расстояние берёт своё — между нами больше нет сумасшедшего секса и нам стало совсем не о чём говорить. Но он почему-то упорно продолжает названивать. Как за дозой приходит.
— На свидание собираюсь.
Откидываю волосы за спину, демонстрируя новые серьги. С некоторых пор я питаю особую страсть к бриллиантам. А ещё выяснилось, что когда ты свободна как ветер, владеешь роскошной квартирой, оставшейся в память о неудавшемся браке, и можешь позволить себе изредка наведываться в пафосные места, встретить зажиточного мужчину не так уж сложно.
Влюблённый по уши, женатый на скучной ханже, а оттого восхитительно щедрый Владимир уступает Вяземскому разве что в постели. Довольно спорный, впрочем, недостаток, учитывая разницу между продолжительностью женского оргазма и восемнадцатью годами ежемесячных выплат. Те деньги я потом пущу в дело во имя финансовой независимости, а пока шикую за счёт влюблённого Володи и обрастаю нужными связями.
— Ника… Я не понимаю… Мы же недавно… — Артур запинается. До сих пор не может вслух произнести.
— Недавно что? — смеюсь хрипло. — Плод на таком сроке утилизируют, даже не хоронят. Фактически ты так и не стал отцом. Так кого оплакиваешь?
Его губы растягиваются в болезненном оскале.
Мне нравится то, что я вижу. Это моя маленькая месть его матери за вседозволенность.
Наслаждайтесь Ваше Высочество.
Мы с Лией виделись ещё раз — уже после аборта, когда подписывали договор.
Пусть так. Но и она во мне ошиблась. Годы пролетят, я подожду… Артур имеет право узнать, пусть даже это его мне не вернёт.
Продолжаю смотреть в его немигающие глаза и невольно сглатываю.
Там не осталось даже ненависти. Всё умерло.
Это последний наш разговор.
И я, задерживая дыхание, первой завершаю звонок.
Всё.
— Прощай, Артур…
Эпилог
— Зря ты не приехал к нам на майские праздники. Ромка до последнего ждал. Замариновал ведро шашлыка, от мангала до самого заката не отходил. Все дворняги округи на запах сбежались. Там, кстати, щенки такие потешные были! Круглые как колобки. Сейчас покажу…
Макс отрывает задумчивый взгляд от моего лица, чтобы посмотреть в экран телефона.
— Вы обоих купили, что ли? — рассеянно спрашивает он, и я понимаю, что последние пятнадцать минут меня никто не слушал. В последнее время я всё чаще ловлю на себе его внимательный взгляд, когда рассказываю о Роме.
— Нет, конечно. — Качаю головой смутившись. — Хозяйка квартиры даже хомяка завести не разрешает. А так иногда охота потискать кого-то мягкого.
Макс скептически фыркает, но за насмешливым прищуром понимания больше, чем он хочет показать.
— Это потому что вам уже своих детей пора тискать, а не животных мучить.
— Скажешь тоже. У меня учёба, да и живём на два дома…
Голос всё-таки дрогнул. Я убираю телефон в рюкзак и с преувеличенным интересом всматриваюсь в даль. Аромат цветущих яблонь кутает сердце надеждой. Скоро каникулы. Мы с Ромой снова будем неразлучны. Всё наладится.
Первая обида улеглась. О'кей, чтобы провести лето вместе, я готова смириться с периодическими визитами Инги. Пусть с переменным успехом, но мы пытаемся соблюдать нейтралитет. По сути, это не принципиально, главное ведь отношения с Ромой. Остальное как-нибудь переживу. Не такой мачеха монстр на самом-то деле, если говорить совсем уж откровенно.
— Кать, мне в офис скоро чесать, а мы ещё мороженое не ели. Я метнусь до ларька. Иди пока, лебедей посмотри.
Кивнув Максу, втягиваю ещё по-весеннему прохладный воздух и плотнее запахиваю куртку. Медленно бреду к мосту, огибая немногочисленных прохожих. Мы здесь бываем почти каждую среду, когда у меня окно между лекциями совпадает с его обеденным перерывом. Удачное время, по будням тут тихо и немноголюдно.
Дойдя до середины моста, ищу глазами любимую пару птиц.
Наверное, у всех так, когда на душе неспокойно, мы начинаем себя успокаивать, высматривая какие-то добрые знаки. У меня это два белых лебедя, которые частенько, замерев на водной глади, трогательно соприкасаются лбами, образуя две половинки сердца.
Увижу их и внутри сразу тепло так становится.
Наивно, может быть. Независимая женщина едва ли таким страдать станет, а использует свободное время, например, чтобы присмотреть какой-нибудь товар со скидкой, но в этом вся я. Мне нужно быть с любимым рядом. Постоянно. Пусть даже мыслями, знаками, отсылками, неважно как.